Последняя жизнь принца Аластора
– Мы исправим некоторые причины, не проблема, – ответил я. – Но сначала надо понять, где Пира держит Прю. Самого подходящего места, старого замка, больше не существует. И вообще, здесь, как говорит Аластор, многое изменилось. Так что, на него в этом волнующем приключении особенно рассчитывать не приходится.
– Не могу сказать, что удивлена. Кстати, – Нелл наклонилась ближе, глядя мне прямо в глаза. – Ты самый помешанный червячок с нарциссическим расстройством, который когда-либо проползал рядом с моей жизнью. Та речь на площади? Серьезно?
«Понятия не имею, что она имеет в виду, – чопорно сказал Аластор. – Однако я замечу, что маленькая ведьма, видимо, разбирается в червяках, раз она от них произошла».
– Он совершенно лишил нас прикрытия, – сказал я. – Надеюсь, у тебя найдется еще то зеленое взрывчатое вещество. Потому что, учитывая то, что они называют Пустотой, нам оно может пригодиться.
Нелл поморщилась.
– Вообще-то, оно кончилось. Я случайно уронила полную бутылочку. Поэтому и случился большой взрыв.
Скорее, большой хлоп.
– Ничего не поделаешь, – сказал я. – У тебя же есть в запасе другая магия, да?
Нелл глубоко вздохнула и забрала у меня рюкзак.
– Тебе еще кое-что следует знать. Помнишь, я говорила тебе, что ведьмы напитываются силой от луны? Что таким образом каждую ночь восстанавливается наша внутренняя магия?
Я кивнул.
– Да, и что?
– Ты успел заметить, что здесь нет луны? – спросила она.
Мой мозг заскрипел. Я подошел к окну и попытался снять паутину, чтобы увидеть небо. Я думал, что ее просто скрывал туман, и луна здесь тоже меняла фазы, как дома. Но и правда. Никакой луны.
«Солнца тоже нет, – радостно добавил Аластор. – Нижнее Королевство – кокон вечной тьмы».
Нелл прижала книгу к груди, я смотрел на нее. Обычно именно у нее была куча идей и вариантов. В Салеме у нее, конечно, тоже бывали моменты сомнений, но такой я ее никогда не видел. Встревоженной. Неуверенной в себе.
– Я смогу использовать некоторое количество магии, но не знаю, насколько ее хватит. Может не хватить.
– Некоторое количество лучше, чем ничего, – попытался я ее успокоить. И загнать собственное беспокойство подальше. – Думаю, это значит, что нам нужно торопиться, только и всего. И мне это нравится. Не хочу оставаться здесь ни одной лишней секунды.
Дьявольские картинки не выходили у меня из головы. Поверженная Прю, Прю под пытками, мертвая Прю.
– Червяк действительно понятия не имеет, где ее искать? – спросила Нелл.
«У меня всегда есть понимание. В некоторых случаях оно приходит позже, в некоторых – раньше. Вообще-то я как раз собирался предложить пойти на второй ярус, в Сад Костей. Там мы сможем раздобыть информацию о твоей сестре, а также о так называемой Пустоте».
– Ты слышала о месте под названием «Сад Костей»? – спросил я. – Есть что-нибудь о нем в твоей книге?
– Гуди Элдерфлауэр совершала тайные путешествия в Нижнее Королевство для сбора информации. Она такая классная, ты просто не представляешь! – сказала Нелл, листая страницы. – Здесь должно что-то быть…
Нелл все листала книгу, держась за нее, как за спасательный трос во время шторма. В конце концов, она подняла глаза и закусила губу. Видимо, ничего.
«На этом уровне расположен рынок, как я и говорил, – нетерпеливо начал Аластор. – Теперь маленькая ведьма будет проверять каждое слово в своей инфернальной книжечке? Она забыла свою смелость дома? А голову она дома не забыла?»
«Можно подумать, ты эталон отваги. Я встречал голубей смелее».
«Конечно, встречал, – ответил Аластор. – Мусорные голуби готовы выклевать глаза демонам, которые встанут у них на пути».
Я помотал головой, но чем сильнее я пытался избавиться от образа, который Аластор нарисовал в моем воображении, тем ярче он становился. Я не мог винить Нелл за то, что она нервничала. Если этот мир опасен для человека, то ведьме придется значительно хуже, если нас поймают.
«Ну, – заметил Аластор елейным голосом. – Видимо, вам придется мне довериться».
Конечно! Ни разу ведь еще не обманывал.
Глава 7
Загогулина и подлец
Рынок «Негрустинок» некогда занимал все мысли юного Аластора. Когда он был совсем маленьким, и за ним присматривали няня-гоблин и пауки, он обожал смотреть на переливающиеся серебряные павильоны из своей паутинной колыбели. И раз за разом рынок привлекал его внимание, как случайная монетка на дне бутылки тараканьего сока. Несколько сотен лет назад Аластор залезал на сундук, который специально притащил и поставил под окно в детской башне Рогатого Дворца, чтобы смотреть, как демоны входят в павильоны и выходят из них. Другие рынки, например, Ядовитый Рынок, Мясной Рынок и даже Магазины Шелка обычно размещали свои торговые ряды на виду и строили их из любых костей, какие найдутся. И их павильоны были не такими внушительными и грандиозными.
Рынок «Негрустинок» с каждым годом становился все больше, пока его владельцы, наконец, не купили лучшее место из всех возможных. Из-за этого Аластор еще сильнее сходил с ума от любопытства. Что же там такое, что приносит такую прибыль?
Шикарная ткань палатки притягивала взгляды обитателей башен и дворца, но скрывала от них содержимое, заманивая посмотреть, что же там все-таки продается, сходить в Сад Костей собственной персоной.
«Благородные господа не торгуются, – бранилась его няня-гоблин, оттаскивая маленького Аластора от окна. – Если маленькому князю что-то нужно, я схожу и куплю. Конечно, няня так и сделает».
По ночам ему снились сны о горах драгоценных камней, которые лежат там, и каждый камень размером с череп. О ярмарочных сценках, в которых высмеивали его хладнокровного отца за то, что он не смог отвоевать территории южного кольца у Готварт, Госпожи Мостовских Троллей. А может быть, они изображали его яростную, недавно умершую маменьку, которую называли полночным светочем королевства, столь же прекрасную, сколь и грозную. О проклятом оружии, которое надо было постоянно подкармливать свежей кровью. Так много всего там могло продаваться и происходить! Но, на самом деле, рынок был куда лучше, чем демон даже мог себе представить. Теперь Аластор не мог дождаться, когда снова сможет туда попасть. «Если он все еще существует…» – душегуб ненавидел этот новый, сомневающийся, голос в своей голове. Это было почти похоже на человеческую совесть, нежелательную и бессмысленную.
Когда-то на Рынке «Негрустинке» не было низших демонов, которые теперь, видимо, управляют королевством. Но раньше им не позволяли проходить в мир людей за магией, а именно магия и была ценой за вход. Если только рынок не снесла его сестра со своей дурацкой экономией магии, он остался, каким был, точно.
И, как понял Аластор, он ненавидел кое-что больше, чем тот дурацкий внутренний голос, – перемены.
Но… Все по порядку. Сначала им нужно было заплатить за вход.
«Есть ли у маленькой ведьмы какой-нибудь пустой пузырек или флакон в ее отвратительном рюкзачке?»
Проспер повторил вопрос для Нелл. Ведьма подозрительно посмотрела на него.
– Конечно, нет, я не ношу с собой пустых флаконов, чтобы они не занимали место зелий, мазей и эликсиров.
Если бы у Аластора были собственные глаза, он бы обязательно их закатил.
«Спроси, взяла ли она с собой защитную соль».
Проспер спросил. Он начал раздражаться из-за того, что приходилось быть для них переводчиком. Нелл плотнее укуталась в краденый плащ и скрестила руки на груди.
– Да, и что?
«Соль работает только против вампиров. Всем остальным демонам она не вредит. Мы пустили слух о ее вреде для нас, потому что соль редко попадала в Нижнее Королевство, а она идеально подчеркивает вкус сточных улиток. Гораздо проще добывать соль в человеческом мире, когда ее в тебя просто бросают».