Девочка, которая не видела снов

Мама отступила, и Монстрик театрально вздохнул, раздув грудь как воздушный шарик.
– Вы не можете выгнать меня, когда обсуждается моя судьба, – запротестовала Софи.
– Можем-можем, – возразил отец. – Родители всегда так поступают.
Мама похлопала дочь по плечу:
– Когда ты была помладше, мы позволяли тебе больше. Теперь мы рассчитываем, что ты достаточно взрослая, чтобы понять нас. Нам с отцом надо поговорить наедине и решить, что делать.
Сердито зыркнув на родителей, Софи плюхнулась на пол так тяжело, что на полках зазвенели бутылки. Она никуда не уйдёт. Пусть тащат её наверх хоть волоком.
– Вы не можете отослать меня к тёте Эйбрил. Вы обещали.
– Правда-правда, – вставил Монстрик.
– Мы никуда тебя и не отсылаем, – заверил отец, присев рядом с Софи. – Но мы не знаем, насколько серьёзно могут повернуться обстоятельства. Этот человек залез в твои вещи и напугал тебя. Это неприемлемо. Может, мы напрасно бьём тревогу – но это лишь потому, что любим тебя больше всего на свете.
– Может, это была дружеская записка? – предположила Софи. – А ловушки он взял случайно. Вдруг он пытался быть вежливым?
– Случайно не выслеживают детей в школе, а из вежливости не взламывают их шкафчики и не воруют вещи, – наставительно произнесла мама. – Нет, он явно хотел передать нам сообщение.
– Вам? – удивилась Софи.
Родители переглянулись, но ни один из них не ответил. Тогда вступил Монстрик:
– Ну да – что у них есть слабость, и это ты. И он знает, что если будет тебе угрожать, то они предпримут решительные шаги, чтобы защитить тебя. Например, отправят на ферму.
– Зачем ему, чтобы я жила на ферме? Он что, любитель кур? – Софи хотела, чтобы это прозвучало как шутка, но голос у неё дрожал.
– Может, ему нравятся овцы, – предположил Монстрик. – А я слышал, что многие фермеры держат лам, чтобы утешать овец, когда им одиноко. Овцы – стадные животные. Так же как и собаки, только несколько овец называют стадом, а несколько собак – стаей. А несколько птиц – косяком. А несколько львов – прайдом. А несколько верблюдов – табуном.
– Табун верблюдов? – повторила Софи, уцепившись за возможность выровнять голос. – Ты это сам сочинил.
– А вот и нет. Иди проверь. Есть множество интересных названий для групп животных. Клубок змей, полчища ворон, туча саранчи, совиный парламент.
Отец широко улыбнулся:
– Ребята, мне жаль вас прерывать, но я ещё не обедал. – Он положил руку на живот, и внутри как по команде заурчало так же громко, как храпит Монстрик.
– Как ты можешь есть… – начала мама, но вдруг оживилась. – Ты прав! – Давайте перекусим. Все наверх! – Она погнала Софи, Монстрика и мужа на первый этаж в книжный магазин, а потом на второй в кухню.
– А как ты назовёшь группу монстров? – спросила Софи Монстрика, пока они поднимались.
– Орава, – ответил тот.
Когда пришли в кухню, мама обследовала холодильник в поисках оставшейся еды: отыскался один гамбургер, две запеканки с куриным мясом (мамин лучший рецепт), несколько бубликов и кусок сыра. Сыр она бросила Монстрику, и он, поймав его зубами, вынул щупальцами изо рта и стал грызть. Мама поставила запеканки в микроволновку, а бублики разрезала пополам и положила в тостер. В это время Софи накрывала на стол, а отец бегал от окна к окну, выглядывая на улицу и закрывая занавески.
«Они стараются отвлечь меня», – догадалась Софи. Мама уже попыталась отправить её делать уроки, а теперь отец прибегал к своей излюбленной уловке: отвлекать с помощью еды. Родители наверняка собираются поговорить, когда Софи ляжет спать.
– Мама, что ты имела в виду, когда сказала, что он хотел передать вам сообщение? Открытка же адресована мне. Почему ты думаешь, что сообщение для вас? И какое именно?
– Кто? – как ни в чём не бывало спросила мама, наливая Софи яблочный сок.
Софи закатила глаза. Родители совершенно не умеют притворяться. Неужели они действительно думают, что она забудет, о чём говорили пять минут назад?
– Покупатель, мистер Кошмар. Чего он добивается?
Мама тяжело вздохнула:
– Мы не знаем. Надо подумать.
Папа кивнул:
– Завтра мы встретимся с ним и спросим у него самого. – Он посмотрел на жену и повернул голову так, словно это был вопрос, и мама кивнула.
Микроволновка запищала. Мама поставила запеканки на стол. Сыр расплавился и прилип к макаронам – блюдо выглядело не настолько аппетитно, чтобы отвлечь Софи от разговора.
– А если он опасен? – спросила она.
– Не думаю, – беззаботно ответила мать. – Выглядит безобидным. Вёл себя очень вежливо, хотя и настойчиво.
– На барбекю я бы такого человека не пригласил, но ничего настораживающего в нём нет, – добавил отец.
Мама кивнула:
– Он отрекомендовался ценителем кошмаров и сказал, что услышал о нашей работе от коллеги. Сначала расточал нам комплименты, явно стараясь польстить, а потом купил один из самых интересных снов, где перемешаны греческая мифология и кораблекрушение. И пообещал поддерживать связь, если ему понравится.
– Скорее всего, он пытался торговаться, – подхватил отец, раскладывая на столе ножи и вилки. – Цены у нас выше, чем у других, но и качество гораздо лучше.
Мама снова кивнула:
– Наверное, он считает себя остряком. Придётся объяснить ему, что если он ещё раз к тебе приблизится, то мы не станем иметь с ним дела. – Из тостера выпрыгнули подрумянившиеся по краям половинки бубликов. – Когда ты придёшь из школы, всё уже будет улажено.
– Я пойду завтра в школу?! – Софи подумала об открытке в шкафчике. Мистер Кошмар приходил в школу и может заявиться туда снова.
– Завтра вторник, – заметил отец. – По вторникам ты всегда ходишь в школу.
– Но сейчас ведь особые обстоятельства!
– И поэтому Монстрик пойдёт с тобой, – сказала мама.
Монстрик прыгнул на стол и торжественно поклонился:
– Я не против.
У Софи отвисла челюсть:
– Что?! Вы хотите, чтобы я взяла в школу Монстрика?! Серьёзно?! А вы не забыли, что у него есть шерсть, три ряда зубов и шесть щупальцев? И я не могу представить его как двоюродного брата из другого города.
– Он спрячется, – спокойно, как будто ничего особенного не произошло, ответила мама, раскладывая запеканку. Она положила немного и в кошачью миску, стоящую перед Монстриком, и тот тут же сунул туда морду.
Подцепив горку побольше, мама опустила её на тарелку Софи, но девочка не прикоснулась к еде. Она не могла есть.
– Речь точно идёт про Монстрика? В школе сотни детей, и если кто-то его увидит…
– Не увидит, – спокойно и твёрдо произнёс отец. – Раньше ведь его никто не замечал.
Софи изумлённо уставилась на Монстрика:
– Раньше? Что ты имеешь в виду? Он же никогда не ходил со мной в школу.
Монстрик, словно смутившись, уронил голову на грудь, почти упав мордой в миску. Ноздри его начали раздуваться, и он принялся за еду.
Софи потыкала его пальцем:
– Монстрик!
– Мы несколько раз посылали его проверить, как у тебя дела, – выдала тайну мама. – Один раз – когда ты сильно кашляла, другой – когда жаловалась, что одноклассники тебя задирают.
– Но он мне ничего не говорил. – Софи не верилось, что Монстрик что-то скрывает от неё. Она думала, что между ними нет секретов. Монстрик старался не смотреть ей в глаза.
– Это мы попросили его молчать, – сказал отец.
– Сколько раз он ходил за мной? И зачем?
– Мы иногда волнуемся, – оправдывался отец. – Мы ведь твои родители.
– Софи, это не обсуждается. – Мама со стуком поставила блюдо с запеканкой на стол. – Ты не можешь присутствовать при нашем разговоре с мистером Кошмаром, и мы не позволим тебе уйти из дома одной, без присмотра друга, которому доверяем.
Монстрик поднял голову от миски и заурчал. К его шерсти прилипли кусочки гамбургера.
– Они доверяют мне, несмотря на сегодняшнее утро, – радостно проговорил он.
– Конечно, доверяем, – подтвердила мама. – И ты не раз доказал свою преданность.