Рабыня драконьей крови. Часть 1

— Отнюдь, — снова покачала головой русалка, чье имя было невозможно повторить. — Я вижу лишь след от хвоста Матери-рыбы над твоим сердцем и жемчуг богов в твоих волосах… Нити судьбы над тобой почти завязались в узел, а значит, скоро грядет событие, которое изменит все. Тебе нужно возвращаться, потому что куда бы ты ни шла, нити судьбы тебя настигнут. И лучше в этот момент быть в безопасной норе.
Я глубоко вздохнула и закрыла лицо руками. К щекам прилила кровь, а в сердце будто плеснули кислотой.
— Разве можно где-то найти “безопасную нору” в этом вашем ужасном мире?.. — выдохнула я устало.
И, не открывая глаз, почувствовала, как холодная ладошка русалки легла на мое плечо.
— Новая Райялари — это империя, где слишком много нелюдей, — проговорила она, осторожно поглаживая меня. — Когда-то наши предки мечтали, что родится такое королевство, где нам будет не страшно жить. Где ни русалки, ни оборотни, ни лешие, ни кикиморы не будут бояться, что их истребят, как чудовищ… И вот оно, это королевство. Империя, объединившая несколько континентов.
Слова русалки звучали мягко и чарующе, они успокаивали, и я подняла голову, чтобы послушать, что она еще расскажет.
Желто-оранжевые глаза блеснули, и девушка продолжила:
— На континенте Венлавей, который находится за много дней пути отсюда, где раскинулись первые четыре королевства Новой Райялари, законы жесткие. Людей там трогать запрещено. И все нелюди живут в своих закрытых провинциях. Например, оборотни — у них свои леса. Вампиров там нет вовсе, у них собственное королевство — Шеллаэрде, и так уж повелось, что в Венлавей им появляться запрещено. Всякого рода монстры и колдоморфы, созданные погрешностями магии и осколками беспорядочного флера, тоже изолированы. Например, гидры, лешие, кикиморы, шишиги, сирены, смертоволки — все живут в собственных резервациях, куда человеку заходить запрещено. Это дикие места, долины и ущелья, огороженные искусственно созданными горами, которые поднял еще сам Вайларион Черная Смерть. Там жить безопасно. Люди не могут причинить вред нелюдям, а нелюди — людям. Вот только мы находимся на отшибе, и для нас нет гор и ущелий…
Я громко сглотнула, чувствуя, что рассказ приближается к самой интересной части.
— За все бывает плата, — сверкнули глаза русалки, — и не всегда удается идеально воплотить план в жизнь. Седьмое королевство появилось позже всех. Это место, где законы Новой Райялари не работают. Здесь тоже люди живут бок о бок с нелюдями, вот только тут каждый сам за себя. Тут нет резерваций, которыми можно было бы отделить одних от других. Все перемешаны. И защита лишь одна — право сильного.
— Но почему же так вышло? — удивилась я, представляя, как хорошо, наверно, жилось на большом континенте, куда меня угораздило не попасть.
— Потому что Йенлавей — очень маленький континент, — ответила она, вздохнув, — при этом на нем умещается не только Седьмое королевство, но и Шеллаэрде и чаща шерблайдов — диких, лишенных стаи оборотней. А еще есть мы, русалки, ничем не скрытые от людей. И еще очень много… всякого. Седьмое королевство — это как тлеющая искра, которая может в любой момент вспыхнуть в пожар. Здесь каждый сам по себе, потому что невозможно отделить одних от других. Это дикие места, — проговорила она с легкой мрачностью в голосе, а затем вдруг улыбнулась. — Зато если сила на твоей стороне — никто тебе не указ.
— Но сила не на моей стороне, — покачала головой я. — И уж точно не на твоей.
Русалка пожала худенькими плечами.
— Если бы я не разевала рот, засмотревшись на стайку мокрели, этому мерзкому существу было бы ни за что не поймать меня. — Она повернула голову и сплюнула в сторону мужика, лежащего без сознания. — А вот он очень рисковал, приходя сюда в поисках жертвы.
— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.
— Неважно, — ухмыльнулась она, и снова из-под верхней губы мелькнули острые зубы. — Ты сильна, я вижу. Умеешь плавать сквозь пространство?
— Что? — нахмурилась я, пытаясь понять, как это она так быстро поменяла тему. — Ты имеешь в виду эксплозию? Нет, я не знаю, как колдовать. Точнее — мне рассказывали, но я не в курсе, как рисовать всякие там... печати. Там же столько всего, это замучаешься пред...
 
— Пф, это проще простого, — перебила девушка, качнув головой, и вдруг коснулась пальцами моих висков. — Просто представь…
И в тот же миг стало происходить нечто странное.
Меня насквозь пробрало чем-то мокрым и морозным.
— Что ты делаешь? — ахнула я, обхватив ее запястья.
Но русалка держала руки крепко. Я вдруг подумала о том, что, возможно, у мужика, что лежал сейчас на земле, и впрямь было не слишком много шансов поймать такую добычу. Русалка была очень сильна, просто невероятно!
— Сконцентрируйся и протяни руку вперед, — попросила она, но сопротивляться было себе дороже, и я послушалась. — А теперь пальцем начерти круг…
Я снова повиновалась, но ничего не произошло, хотя, признаться, я уже почти ждала чуда. Мол, вот-вот из-под подушечек посыплются искры или что-то в этом роде. 
Увы.
— Представь, что перед тобой не просто круг, а физическое воплощение твоего желания. Круг — это твой приказ.
— Чего?.. — протянула я с лёгким раздражением. Как будто это так просто — начертить свое желание. Что это вообще за глу…
Но даже додумать свою мысль я не успела, как русалка схватила одной своей рукой мою, при этом продолжая другой касаться моего виска. Она быстро нарисовала в воздухе невидимый рисунок моим собственным пальцем, и я с изумлением поняла, что вижу его! Словно рисовала она не по воздуху, а по незримому полотну какими-то прозрачными водяными чернилами. 
— Теперь видишь? Это просто, — улыбнулась русалка, замечая мою реакцию.
— Вижу, — выдохнула я ошарашенно. — И это совсем не просто… А ты… получается, у тебя тоже высокий уровень магии, раз ты способна на это вот все?
— Нет, — покачала черноволосой головой девушка, и пара капель воды упала мне на руку. — У дочерей Матери-рыбы немного иные способности, как и у всех колдоморфов. Немногие из нас умеют рисовать печати, это сложно, хотя мы и чувствуем их. Тиарэ поддается нам иначе, но мы все равно можем колдовать. И частенько не хуже истинных магов.
После этих слов она стерла круг печати моей же собственной рукой, а затем протянула ее вперед ладонью вверх, и я увидела, как прямо из центра моей кисти вдруг полился голубовато-белый туман. Кольцо Айдена, что было как раз на этой руке, вдруг вспыхнуло и погасло, а затем снова и снова, пока не начало гореть ровным и мягким светом.
— Что происходит? — не поняла я, тщательно высматривая где-нибудь поблизости магический символ.
— Забудь про рунные печати, ты ведь все равно не знаешь ни одной, верно? — усмехнулась русалка, а затем ловко переместилась мне за спину, обхватив уже две мои руки своими. Расставила их в стороны, и, затаив дыхание, я увидела, как с двух моих ладоней полился в стороны густой голубоватый дым.
Это было похоже на чудо. Словно я была каким-то древним озерным божеством, наполняющим мир вокруг туманом, влияющим на погоду и управляющим природой.
С каждым мгновением вокруг становилось все прохладнее, на коже оседала влага, и я все меньше видела колышущуюся траву и блеск воды, как будто этот туман был настоящим.
— Рунные печати хороши и останутся тебе доступны, если пожелаешь, — продолжала говорить девушка. — Но есть и иной способ колдовать… хоть он и доступен далеко не всем… — таинственно прибавила она.
— Как ты это делаешь? — выдохнула я, чувствуя лишь легкую щекотку от колдовства на своих руках.
 
— Это ты, а не я, — раздалось веселое из-за моей спины. — Просто почувствуй… магию. Закрой глаза и ощути тиарэ своими жабрами…
— Но у меня нет…
— Ш-ш-ш, — перебила она, и пришлось подчиниться. Русалка все еще держала меня ужасно крепко. — Конечно, не на все, что умею я, ты будешь способна, — продолжала девушка. — Русалки обладают врожденной способностью управлять водой, реки и озера подчиняются нам просто потому, что мы — это они, а они — это мы. Но тебе это и не нужно. Подумай, какая способность есть у тебя? Что у тебя в крови, Селина?