Всё о приключениях Электроника (Повести)

Тут расхохотался теоретик и представился:
— Крымов Евгений Александрович.
— Учитель физики Синица Виктор Ильич, — назвал себя путешественник.
Они пожали друг другу руки.
По знаку хозяина Синица опустился в кресло. С интересом оглядывал он уютную палатку, все еще соображая, как он сюда угодил.
— Коврик, — вспомнил он. — Эта странная штуковина называется а-коврик…
Виктор Ильич Синица подробно и точно рассказал, что приключилось с ним с той самой минуты, как Таратар вынул из своего заслуженного портфеля металлический а-коврик.
Теоретик от души веселился:
— Удивительная, знаешь ли, история!.. Ты говоришь, сплела девчонка? Не из вашей школы? Это не важно… Девчонки очень изобретательный народ… Мы делаем робкие опыты с гравитацией, а твоя школьница, миновав все промежуточные стадии, сплела коврик, который отталкивается от гравитационных волн. Превосходно!
— Элементарный коврик, — подтвердил учитель.
— Но где же он? — беспокойно спросил Крымов.
Они обшарили всю палатку и не нашли. Выглянули по очереди в окно — не зацепился ли за что-нибудь. Коврика не было.
— Не мог же ты влететь ко мне просто так, Синица? — спросил теоретик, задумчиво поглаживая бороду.
— Не мог, — подтвердил Синица. — Коврик был. Между прочим, Евгений Александрович, прошу тебя забыть о моем глупом поведении. Я не знаю, что на меня нашло.
— Забыть это невозможно, но я никому не скажу, — обещал Крымов. — Зря ты переживаешь, Виктор Ильич. Ты еще деликатно вел себя, старался выведать мои естественно-научные познания о мире. Если бы я совершил такой полет и увидел за облаками человека в белом, я бы наверняка полез в драку, потому что давно облюбовал для себя это место.
— Но где же коврик? — беспокоился Синица.
— Существует два варианта. Коврик может продолжать полет, и в таком случае мы его никогда больше не увидим. Ты сколько весишь?
— Шестьдесят пять.
— А какой величины коврик?
Синица начертил в воздухе квадрат.
Теоретик схватил лист бумаги, быстро сделал вычисления.
— Гениальное изобретение! Потрясающая подъемная сила.
— Они называют друг друга гениями — ученики Таратара, — припомнил учитель физики.
— Человека, который простым ковриком перечеркнул все в мире ракеты, можно называть хоть трижды гением.
Главное — отыскать изобретение… Вариант номер два: от удара о палатку контакты разъединились, коврик упал вниз… Во сколько ты взлетел, Виктор Ильич?
— Без пятнадцати восемь.
Крымов взглянул на часы. Прошло сорок минут.
— Сейчас рассчитаем точку нашей встречи…
Они решили проверить второй вариант и повернули гондолу в обратный путь. Теоретик выключил в палатке отопление, надел костюм, плащ и сразу стал похож на маститого ученого. Гондола снизилась почти к самой земле, двигалась на малой скорости вдоль дороги — будто обыкновенное воздушное такси.
Крымов предложил:
— Займемся сбором информации.
Теоретик расположился у открытой дверцы, учитель с противоположной стороны высунул голову в окно. Они глядели во все глаза, спрашивали встречных. Никто не находил коврика.
Над окраиной поселка им повезло: мальчишка, задрав голову, сообщил, что у соседей исчез гусь. Крымов опустил летательный аппарат на талый снег.
— При чем здесь гусь? — недоумевал Синица.
— Пропажа гуся — событие, — пояснил Крымов.
Мальчишка охотно сообщил, что гусь был коварным опытным забиякой, нападал на всех сзади и держал в страхе соседние дворы.
Хозяин гуся — высокий крепкий старик — подозрительно взглянул на гостей.
— Чем обязан?
— Мы из цирка, — сказал Крымов. — Хотим взглянуть на вашего гуся.
Старик скупо улыбнулся:
— Для цирка годится. Храбрая птица. Однако показать гусака не могу. Удрал, проклятый.
— Куда же он делся?
Старик рассказал, как он услышал шум крыльев, решил, что гусак опять устроил драку, и вышел из дома. Гусь, отчаянно хлопая крыльями, летел вертикально вверх, а в клюве держал что-то блестящее. Так и улетел с жестяной тарелкой. Ошалел, видимо, от весеннего солнца.
— Зайдите попозже, — предложил старик. — Вернется — покажу.
Крымов и Синица переглянулись.
— А он вернется? — недоверчиво спросил учитель.
— Непременно вернется. С тарелкой в клюве, — обещал хозяин гуся.
— Так и не выпустит? — прищурился Крымов. — Быть этого не может.
Старик даже обиделся:
— Неужели я не знаю свою птицу! Что ему понравится, ни за что не выпустит.
А мальчик подтвердил:
— Точно: цапнет — не оторвешь!.. Как бульдог.
Гости из цирка взяли у хозяина знаменитого гуся номер телефона.
— Судя по описаниям, изобретение утеряно, — подвел итог Крымов. — Любопытная птица замкнула контакты, и ее унесло в просторы Вселенной.
Синица с недоуменной улыбкой взглянул на теоретика.
— Гусь повторил твой опыт, Виктор Ильич, — задумчиво продолжал Крымов. — С той лишь разницей, что доведет его до конца.
И Крымов рассказал о судьбе упрямой птицы. Гусь обречен вечно скитаться среди звезд. Каждая из галактик будет отталкивать от себя коврик, придавая ему все большее ускорение, и в конце концов гусь достигнет околосветовой скорости. Если же гусь залетит с такой скоростью в антигалактику, произойдет взрыв чудовищной силы и родится новая энергия…
— Не веришь?.. Спроси вечером старика, вернулся ли его гусак…
Синица впервые в жизни ощутил, что стоит на твердой земле.
Ученый и учитель договорились продолжать поиски ценного изобретения.
Из дома Синица позвонил Таратару.
— Виктор Ильич! — обрадовался математик. — Вы живы-здоровы? Где вы?
— Я дома, — торопливо сказал Синица. — Немного простыл в полете. Надеюсь, Семен Николаевич, вы не объявили в школе тревогу? Было бы очень неудобно…
— Я так за вас переживал, что отменил уроки, — признался Таратар и успокоил физика: — Но я никому ничего не сказал. Прошу меня извинить за то, что эта игрушка причинила вам неприятности.
— У вас очень способные ученики, — поддакнул физик. — Но я еще не разгадал принцип полета.
— Я говорил с одной восьмиклассницей, автором злосчастного коврика, — признался Таратар. — Пытался выпытать у нее, как приземляется эта штуковина. Представляете, она не знает!..
— Как ее зовут? Что она сказала еще? — обрадованно спросил Виктор Ильич.
— Эту легкомысленную девочку зовут Майей Светловой, — возмущенно прогудел математик. — Мне она сказала: «Я предчувствовала, что это плохо кончится… Так ему и надо!» Повернулась на каблучках и ушла.
— Это обо мне? — поинтересовался Синица.
— О вас речь не шла. Она не знала, что именно вы взлетели… Кстати, Виктор Ильич, как вы оказались дома?
— Элементарно, — ответил Синица, — путем разных приключений, связанных в основном с транспортом. Впрочем, во всей этой истории важно то, что самой Светловой и ее изобретением заинтересовался очень большой ученый… Я вам все расскажу, когда поправлюсь.
  
Шестое апреля
 
Так погиб город Помпеи
 
По классу ползли слухи: «Макар влюбился!»
Все украдкой поглядывали на Макара Гусева, подмигивали друг другу. Девчонки хихикали.
Гусев сидел неподвижно, глядя невидящими глазами на доску. Все его лицо было крест-накрест залеплено пластырем. Когда Таратар спросил, что означают эти таинственные знаки, Макар буркнул: «Оцарапался. Электропроводка…»
Класс разбился на два лагеря. Одни мужественно защищали гипотезу об электропроводке, вспоминали разные случаи из своей жизни, демонстрировали старые царапины и шрамы. А девчонки, конечно, выдвинули свою гипотезу, очень близкую к действительности…
За широкой спиной Гусева сидит тот, кто знает ответ на волнующий всех вопрос. Но он никому не скажет — прямой, бледный, плотно сомкнувший губы Сыроежкин, потому что сам не может понять.
Вчера вечером Сергей увидел во дворе Майку Светлову и обрадованно окликнул ее: он хотел рассказать о сверхновой. Все же она вспыхнула! На рассвете, когда астрофизик крепко спал. Счастливца разбудил звонок Электроника: на далеком Юпитере Рэсси зафиксировал вспышку! Через весь космос от далекого Юпитера неслась волнующая новость. Электроник точно запомнил информацию, взял пакет с фотобумагой и удалился в темную комнату. А спустя час Сергей держал в руке фотографию: темный звездный фон, и в центре — яркая точка, на несколько минут затмившая всех соседок. Минуты жила сверхновая Сыроежкина, но в точном соответствии с расчетами.