Спасательная шлюпка. Чума из космоса

– Этот лифт управляется дистанционно, – сообщил настенный динамик, когда каталка с больным оказалась в кабине.
Дверь затворилась, а раскрылась уже на шестидесятом этаже. Здешний коридор тоже был пуст, все боковые двери наглухо заперты; этаж ждал санобработки. Впереди находился арочный, как у склепа, входной проем, в нем раздвинулись толстые створки, пропустили пострадавшего и сопровождающих его людей в шлюзовую камеру изолятора.
Затем отворилась внутренняя дверь.
– Переложим его на койку и отправим препараты в лабораторию.
В собственном голосе Сэм уловил нотку облегчения и устыдился, догадавшись о его причине: часть ответственности теперь ляжет и на другие плечи. Не только он будет виноват, если умрет пациент.
Пока Нита укладывала препараты в капсулу доставки, Сэм хлопотал с разложенными на прикроватном столике приборами функциональной диагностики, крепил их один за другим к телу пациента. Черный корпус не крупнее покерной фишки вмещал в себя сфигноманометр и термометр, а также автономный источник питания. Хирургическим клеем врач прикрепил к запястью так и не пришедшего в себя астронавта прибор; сработало термореле, и с микропередатчика пошел сигнал на антенну встроенного в спинку кровати монитора.
«Плохо, – отметил Сэм, считывая данные. – Очень плохо».
Он подключил электроэнцефалограф и электрокардиограф. Их бы настроить поточнее, но времени в обрез. Затем серологический и кислотный анализатор крови. Вся эта информация поступала не только на монитор, но и на экран в консультационном зале. Сэм не замечал, что накрепко сцепил пальцы, пока сидел и ждал сообщения о результатах.
Прогудел сигнал вызова, и на экране видеофона появилось лицо доктора Гаспара.
– Доктор Бертолли, диагноза пока нет, – сказал он. – В данный момент мы можем лишь признать, что имеем дело с совершенно неизвестной болезнью. И вот еще что: космическое агентство установило личность потерпевшего. Это коммандер Ранд, штурман «Перикла». Скоро к вам на монитор поступит его медицинская карта, управление кадров только что ее прислало.
– Будут ли какие-либо рекомендации по лечению?
– Только поддерживающая терапия, каковой, впрочем, вы уже и занимаетесь…
Говорившего прервал тревожный гудок монитора – над линией ЭКГ вдруг запульсировал красный свет.
– Фибрилляция! – воскликнул Гаспар.
Но Сэм не нуждался в подсказке. Он рывком выдвинул ящик из шкафа, извлек дефибриллятор. Ослабленное болезнью и перенапряжением сердце Ранда билось хаотично, сокращалось в диких спазмах; оно не качало кровь, а содрогалось, как смертельно раненный зверек в конвульсиях.
Дважды мощный разряд пробежался по сердечной мышце, остановил неконтролируемый тремор. Постепенно сердцебиение пришло в приемлемый ритм. Сэм вернулся к инструментальному шкафу. Там уже стояла Нита, доставала электрокардиостимулятор.
– Наверняка понадобится.
Сэм кивнул. Когда он делал разрез на груди, чтобы ввести зонд-электрод, возобновилась фибрилляция. На сей раз врач не пытался восстановить сердечный ритм ударом тока, а поспешил подсоединить кардиостимулятор.
– Включай! – скомандовал он, рассматривая восковую кожу лежащего в глубоком обмороке человека.
За спиной у Сэма гудел аппарат жизнеобеспечения, посылал на точно размещенные электроды микротоки, удваивал нервные сигналы, позволял им достигнуть больного сердца. Оно снова забилось, подстроилось под искусственную стимуляцию, и по венам Ранда побежала кровь.
Но это было начало конца. Жизнь астронавта уходила капля за каплей, он так и не пришел в сознание.
До его смерти – официальной смерти – оставалось еще несколько часов, однако уже было ясно, что он обречен.
Спасти астронавта могло только чудо, но его не произошло, да и не ждали чудес врачи, хлопотавшие над больным.
Нита ассистировала Сэму, и они прибегли к помощи всех доступных технических устройств и медикаментов, но безрезультатно. Антибиотики не возымели никакого действия, и инфекция, что бы она собой ни представляла, беспрепятственно и с жуткой скоростью распространилась по всему организму. Судя по симптомам, поражению подверглись многие, если не все, органы, почечная недостаточность и некроз перевели пациента через невидимую границу между жизнью и смертью.
Когда это случилось, Сэм не смотрел на монитор. Видеофон произнес голосом Гаспара:
– Доктор, ЭКГ больше не читается. Благодарю вас и доктора Мендель, вы сделали все, что от вас зависело. Теперь уже ясно, к сожалению, что помочь пациенту было невозможно.
Экран померк. Сэм неторопливо обесточил машины, которые до последнего мгновения добросовестно стимулировали жизнедеятельность коммандера Ранда, и перевел взгляд на мертвеца. Долгую минуту врач стоял в оцепенении, наконец спохватился: надо думать, надо что-то делать.
Пациент мертв. Finis [3]. Надо заботиться о живых.
– Здесь нам больше делать нечего. – Он взял Ниту за руку и потянул прочь от койки.
Девушка не могла оторвать взгляда от воскового лица, пока Сэм не надвинул на него простыню.
– Ступай в дезинфекционную камеру, – сказал он. – Одежду и обувь, все вплоть до белья, брось в бункер для сжигания. Вымойся самым тщательным образом. Для новичков там инструкция на стене.
Она направилась к двери, медленно стягивая перчатки, и вдруг остановилась:
– Нет… Ты работал больше, чем я, поэтому иди первым.
– Мне надо кое-что доделать. Ступай.
На этот раз она не протестовала.
К тому времени, когда Нита вернулась из дезинфекционной камеры, облаченная в стерильный хирургический комбинезон и шлепанцы, комната преобразилась. С койки убрали все белье и даже матрас. Исчез и покойник. Девушка недоуменно оглядывалась, пока Сэм не указал на квадратную дверь из нержавеющей стали:
– Он там. В морг по обычной процедуре его отправить нельзя, пришлось заморозить жидким азотом. Это затруднит вскрытие, но так решило начальство. Ну да ты и сама все понимаешь, ты же работаешь в отделении патологии. Пожалуйста, никуда не уходи, пока я не вымоюсь. Последнее распоряжение сверху для нас – находиться здесь и ждать дальнейших инструкций.
Нита опустилась на стул. Избавившись от груза ответственности, она вдруг осознала, что у нее совершенно не осталось сил. Так и просидела до возвращения Сэма.
Он подошел к инструментальному шкафу, выдвинул несколько ящиков и в одном из них обнаружил записывающие устройства.
– Надо было раньше это сделать. Если мы хотим справиться с инфекцией, необходимо как можно скорее выяснить, что она собой представляет.
Одно из устройств девушка повесила на пояс, а Сэм подошел к стеллажу и порылся среди медикаментов.