Колониальная Пехота (СИ)
– Какой план? – я с надеждой посмотрел в глаза сержанта, – Он хотя-бы есть?
– Планы придумали неудачники, Данлоп, – заметил Тейлор, – Но есть цель, поставленная лейтенантом – занять ЦУ. Оттуда мы перелопатим их системы обороны и дадим сигнал нашим, что здесь ещё ведётся бой. Как по мне, звучит реально.
– Не мне судить, сэр, – попытался я избежать того, о чём догадывался, и сержант только подтвердил мои опасения.
– Как не тебе? Ты теперь наша козырная карта. Нет, ну надо же – прорваться на базу врага таким тупым способом. Так что, в захвате ЦУ ты принимаешь прямое участие.
– Ох, пля... – на выдохе брякнул я, – Когда этот день закончится?
– Когда мы покинем Балтимор. Когда мы отсюда свалим... – протянул сержант, после чего помотал головой, чтобы не зависнуть надолго. Тейлор отмахнулся от меня и пошёл к Грациани, чтобы залатать и его.
Я сделал несколько шагов и скривился – живот болел, и болел неприятно. Но ходить можно, а значит боеспособен.
Поласки сидел на ящиках и проверял боезапас. Судя по его кислой мине, с этим делом у него было не густо. Все мы потратили много зарядов, так что многие были на пределе и ждали возможности перехватить трофей. Увидев меня, Поласки бросил мне плазмер. Я на лету поймал «Косореза» и повесил его на плечо, после чего сел рядом и посмотрел на боевого товарища.
– Ты как? В порядке? – спросил я, и тут же увидел, как он нахмурился и опустил взгляд.
– Не уберёг я Форджа. А его мать ведь просила... – пробормотал Поласки, и резко ударил кулаком по бедру, – Просила сберечь придурка! Защитить, чтобы не помер в какой-нибудь жопе галактики! Чтобы вернулся! А я... Не смог. Он мне как младший братишка был. Знаешь, такой, несмышлёный, которого оберегать хочется просто потому что иначе он, балбес, не выживет. И что в итоге? Его сраный труп, пробитый осколками, валяется снаружи, пока я сижу здесь и жду чуда! Твою мать!
– Тише, – сказал я как можно спокойнее, – Сбавь обороты. У нас ещё есть работа, которую надо сделать. Собери яйца в кулак.
– Ну тебя нахрен, даже если ты и прав.
После этого я встал и пошёл в сторону лейтенанта, сидящего на кабине. В его руке отчётливо было видно сигарету, а маска была снята и висела на руке. Он затянулся и тяжело вздохнул. Увидев меня, лейтенант сказал:
– О, Данлоп, в порядке. Через пару минут выход, будь наготове.
– Сэр, а вы уверены, что маски снять можно? – я с недоверием покосился на дыхательную маску и постучал по подсумку с фильтрами.
– Нет, но моего желания курить это не отменяет, – проворчал Шим, закатывая глаза, – Дуй давай, не мешай человеку расслабляться.
Мне оставалось только «взять под козырёк» и отойти в сторону. На моё плечо неожиданно опустилась чья-то рука. Я встревоженно обернулся и увидел хмурого как балтиморская погода Доса.
– Тебя Фирс видеть хочет. Через пару минут заработает лекарство, и поболтаете потом вы только в Аду.
– Спасибо, Дос.
Фирс был в отвратительном состоянии – если бы не продвинутая технология автодока, то он бы умер безо всякой надежды на спасение. Обрубки его ног были отрезаны, а та часть, что ещё крепилась к телу, обработана медицинским гелем и туго забинтована. Посмотрев на меня с долей скепсиса, раненый откашлялся.
– Ты был на один шаг... Кхе... Ближе к смерти, чем... Кха-кха... раньше. И как... Кх... У тебя это получается?
– Слепая удача.
– Глухонемая инвалидка твоя... Кха-а-кха... Удача. Не потеряй её... Кх... Ладно, я тут... Кхем... Прикорну. Не просри все оставшиеся полимеры, Генри, – после этих слов Фирс потерял сознание и склонил голову набок. Я посмотрел на него и задумался о том, стоило ли это того. Но потом перевёл взгляд на цистерну и сделал для себя вывод: стоило. И стоит до сих пор.
Тем временем группа, которая будет захватывать ЦУ, уже собиралась. Факир добыл план комплекса и теперь составлял маршрут; сержант отдавал приказы по строю и переговаривался с лейтенантом, обсуждая, куда деть раненых. Я проверил заряд батареи плазмера и подошёл к Поласки, который с нетерпением ждал выхода.
Ещё пару минут Дос с лейтенантом оживлённо спорили, после чего Шим приказал Факиру и Грациани остаться. Кивнув нам, лейтенант приблизился к двери и нажал на пульт управления.
– Ребята, это финальный шаг нашего похода. Наш враг – дальше по коридору, понимаете? И мы должны сделать так, чтобы они вообще не показывались! Мы потеряли многих, – лейтенант провёл рукой по воздуху, показывая на ангар, на раненых, на грузовик с цистерной. После этого он сжал руку в кулак и ударил по стене, – И я не намерен терять людей! Потому я не приказываю, а прошу. Нам нужно взять сраный центр управления, сломать к чёртовой матери сломать систему галактической обороны, вызвать наших и удрать отсюда! Кто готов сделать последний шаг со мной?
Факир опустил взгляд и промолчал. У него явно что-то было на душе, какая-то тяжёлая дума, которая не давала ему покоя, но он с готовностью взвёл плазмер и сделал шаг вперёд. Ударив себя кулаком в грудь, он громко произнёс:
– Я с вами, сэр. В Ад и обратно.
Сержант Тейлор повесил на плечо плазмер и отрицательно покачал головой, кивнув в сторону обхаживающего раненых Доса.
– Извини, Шим, но их надо прикрыть, на всякий случай. Разгромите там всё к едрене фене и верните нас домой.
Грациани долго думал, стоит ли ему высказываться, и в итоге встал рядом с сержантом.
– Виноват, сэр, но... Мне не хватит духу. Я не могу к вам присоединиться... Я... Простите меня, ребята. Пожалуйста.
– Ладно, Грациани. Не нервничай. Оставайся тут и помоги сержанту Тейлору защищать остальных, – с одобрением сказал Шим, поворачиваясь к нам.
На лице Поласки сменялись гримасы одна за другой: неуверенность, полный ненависти оскал, печаль, злость. В итоге он тихо зарычал, но сделал шаг вперёд и встретился взглядом с лейтенантом. Шим поёжился, но кивнул. Я пожал плечами и присоединился к остальным. Лейтенант облегчённо выдохнул, после чего сказал:
– Спасибо, парни. А теперь... Колпехи! Надерём им зад!
В коридоре нас встретила импровизированная баррикада с несколькими техниками за ней. Нас попытались обстрелять из пистолетов, но мы прошли через защитников, как нож сквозь масло. Техники отчаянно палили из бластеров, пытаясь отогнать прочь от своей баррикады. В этот момент Поласки вскочил прямо на ящик и, не сбавляя темпа, спрыгнул с него, нанося удар коленом в лицо одному из бойцов. Оглушённый повалился на пол с окровавленным лицом и выронил бластер. Справа от Поласки возник техник с помповым дробовиком, но в этот момент он получил очередь импульсов в лицо от Факира. Переглянувшись, колпехи пригнулись и открыли подавляющий огонь. Мы с Шимом прорвались дальше, отстреливая людей на своём пути. Часть противников бросилась бежать прочь, вглубь комплекса. Оставшиеся попрятались в укрытия, но это им не помогло. Плазма, вылетающая из стволов «Косорезов», прожигала ящики и мебель насквозь, расплавленный металл обжигал людей, импульсы врезались в тела и отрывали конечности. Техники начали метаться из стороны в сторону, меня позиции, но в этот момент их ловили очереди, пущенные колпехами. Получив сигнал от Шима, Поласки и Факир рванули навстречу врагу и попросту перестреляли источники сопротивления на этой баррикаде. Один из выживших, вжавшись в угол, достал коммуникатор и прохрипел:
– К-кхультисты Скубы прорвались... Не пустите их в ЦУ...
Шим резко повернулся к нему и подошёл поближе, после чего показал на своё лицо. Раненый посмотрел на отсутствие клейма и выпучил глаза. Начав хватать ртом воздух, он потянулся к нам, одновременно пытаясь снова взять ослабшей рукой коммуникатор, но его руки опали на пол, а голова свесилась вниз. Лейтенант стянул с рабочей жилетки умершего техника коммуникатор.
– Внимание защитникам, говорит лейтенант Картер Шим, Колониальная Пехота. Выйдите на связь, приём.
– Говорит капитан первого класса Арк Торкус, Береговая Охрана Балтимора. Можете не прикидываться, ублюдки, мы знаем, кто вы и зачем. Думали, форма, снятая с убитых, поможет вам войти сюда так легко и взорвать эту базу? Хрен там!