Дух города (СИ)
Глава 9
Александр.
Я очнулся как-то резко. Попытался встать, но перед глазами все поплыло. Остался сидеть, прислонившись к стене, и осмотрелся. Я находился в какой-то казенной комнате. Узкая кровать с матрасом и байковым одеялом, тумбочка с графином воды и граненым стаканом. В торце комнаты окно, забранное толстой решеткой.
Медленно, кусками стали проявляться воспоминания. Вот за Сухановым захлопывается потайная дверь, вот я слышу взрыв за спиной. Сначала один, потом второй. От второго меня взрывной волной опрокидывает к столу, и я, лежа на полу, вижу только большое количество ног в берцах. Кто-то что-то говорит. Но в ушах словно вата, и я не могу разобрать ни слова. Потом ко мне подошел кто-то уже в обычных ботинках. Я почувствовал, как мои руки освободились, и стал растирать их, пытаясь восстановить чувствительность. Мне помогли подняться с пола и вывели в приемную. Приемную всю разнесли. На стенах следы от пуль, на полу разбросаны бумаги. На диване сидела Лана, вся в слезах, а на полу лежал Андрей. Вокруг него суетились врачи. Я дернулся, пытаясь объяснить, что смогу ему помочь. Но меня оттащили от раненого друга. Подошел доктор, и сделал мне уколол. А потом снова провал в сознании.
Теперь я сижу в комнате. Непонятно где. Вроде, когда я был у Суханова, что-то кричали про ФСБ, но даже, если я у них, то все видеться с ними нет ни малейшего желания. Надо уходить отсюда, срочно. И спасать Андрея. Уж немного-то крови я из себя выжать смогу. Должен!
Я постарался встать. Аккуратно, не спеша. Мне это удалось. Прислушался к себе. В принципе, все не так уж плохо. Прошелся по комнате. Вроде силы есть. Переключил зрение. О как! Стены светятся ярким светом, так и приглашая открыть дверь. Но чувствую, что моей энергии все равно надолго не хватит. И есть чертовски охота. Я представил большую тарелку супа и какой-нибудь стейк. Ммм!
«Блин, какие мысли лезут в голову, когда надо спасать друзей», — одернул я себя. Сначала заберу Лану, потом рвану спасать Андрея. Хорошо, что я у них взял по капле крови. Представив светящийся образ Ланы, я открыл дверь и смело шагнул в нее. Лана оказалось точно в такой же комнате, как та, где очнулся я. Она лежала на кровати, такая милая и беззащитная. Я удивился вспыхнувшему вдруг чувству нежности к ней. Подошел и погладил по щеке. Я смотрел на Лану и удивлялся. А она симпатичная, когда вот так лежит. Хочется обнять ее и защитить.
Но тут я вспомнил, что Андрею, возможно, очень требуется моя помощь.
— Лана, проснись! — тихо, на ушко, сказал я. Она все так же спала.
— Проснись, — чуть громче сказал я, она улыбнулась в ответ. Я взял ее за плечо и потряс, но ничего не происходило. Переключив взгляд, я увидел, что в районе головы она вся серая. Пошарил по карманам и, не найдя ножа, стал аккуратно переливать свое золотистое свечение в нее, положив руку на голову.
— Проснись! — она испуганно распахнула глаза и посмотрела на меня растерянным взглядом.
— Саня? — Удивленно произнесла она и оглядевшись села на кровати, — где мы? Как ты? Нас спасли?
— Спасли, но дальше нам надо самим спасаться. Мы, похоже, теперь в ФСБ. Пойдем, — я протянул ей руку, помогая встать. — Надо уходить, скорее. Ты видела, как Андрея ранили? Что с ним?
— Врачи говорили, что очень плохо. Боялись, что могут не довезти, — она посмотрела на меня.
— Идем, мы должны помочь ему, — я настойчивей потянул Лану за руку.
— Помочь? — она отдернула руку, и с удивлением посмотрела на меня, — ты в своем уме? Головой не стукнулся? Он нас предал! Продал какому-то олигарху. Я-то ладно, что там, всего три года с ним общаюсь, но ты же говорил, что вы дружите с самого детства. А он вот так просто — взял и продал тебя, — она говорила не громко, но зло и эмоционально. Ее речь сейчас походила больше на шипение разозленной змеи.
— Все равно, мы должны помочь ему. Он мой друг. Ну, оступился. Все-таки деньги большие. Бывает. А если с ним что-то случится, я себе не прощу. Я мог помочь — и не помог. Как ты сама с этим жить будешь? — она внимательно посмотрела на меня и протянула руку.
— Тогда давай быстрее пойдем. Не хотелось бы тут оставаться надолго, чувствую, надо сваливать, пока не поздно, — она приобняв меня встала рядом со мной.
Я закрыл глаза и представил дверь. Не сразу, но получилось представить светящийся образ Андрея. Он был какой-то поблекший, как будто кто-то попытался стереть его ластиком, но бросил эту затею на середине. Взяв Лану покрепче за руку, я открыл дверь.
Мы оказались в больничной палате. На кровати, под капельницами, лежал Андрей. Попискивали приборы. На наше счастье, никого рядом не оказалось, но за дверью мы слышали голоса и звук шагов. Лана тихонько подошла к двери и подперла ручку стулом, чтобы никто не смог ее быстро открыть, потом кивнула мне. Я стоял рядом с Андреем и разглядывал его своим «особым» зрением. Всю грудь у него покрывало большое черное пятно. И я понимал, что оно угрожает жизни моего друга. Я выдернул иглу из руки Андрея, и уколол ею свой палец. Сейчас, когда я так обессилел, это было особенно больно. Но кровь из меня не хотела вытекать. Только пара капель, пара драгоценных капель капнула в стакан, подставленный Ланой. Я несколько раз втыкал в себя иглу, и мне удалось выжать еще немного крови. На моих глазах выступили слезы.
— Да что за черт! — выругался я! — Что же такое!
— Успокойся, — Лана обняла меня и, поглаживая по плечу, продолжила утешать, — не нервничай. Ты просто очень устал. У тебя совсем не осталось сил. Сколько прошло? 3–4 часа, как из тебя качали кровь? Не волнуйся, мы придем еще. Потом, когда ты восстановишься, мы поможем ему.
— Надо сейчас! У меня ничего не получается. Весь этот день. Все из-за меня! И я ничем не могу помочь, — я сел на стул. Слезы разрывали меня изнутри. Мне очень хотелось разрыдаться. Но я держался. За последнюю неделю Андрей второй раз практически умирает на моих руках. И если в первый раз я смог помочь, то сейчас был полностью бессилен. Я стиснул зубы и ожесточенно воткнул в себя иглу. Сквозь слезы я смотрел, как еще пара капель крови покинуло меня:
— Что нам с ней делать? Он весь перебинтован, — я показал на похожего на мумию Андрея и озадаченно поморщился.
— Давай немного разбавим водой и напоим его, — предложила Лана и, не слушая меня, налила немного воды в стакан, а затем попыталась напоить Андрея. Не сразу, но ей удалось влить в него все, что было. Мы стояли рядом с кроватью и смотрели на него. Андрей неожиданно открыл глаза. И что-то прошептал. Я наклонился к самым его губам.
— Прости меня, Саня, прости. Я не хотел. Бегите отсюда. Иначе все будет зря. А я нормально. Только больно очень. А так нормально, — он скосил глаза на Лану, она демонстративно отвернулась. Лана, в отличие от меня, все равно не собиралась его прощать. — Сань, Лана сидит на моей одежде. Возьми, там карточка в кармане брюк, вам может пригодиться. И не приходите пока ко мне, я думаю — это очень опасно. А мне уже лучше. Спасибо, что не бросил меня. А сейчас уходите скорее.
Он закрыл глаза и впал в забытье. Я сидел молча рядом, глотая слезы. Лана дернула меня за руку:
— Идем уже скорее отсюда. Ты все равно ничем ему сейчас не сможешь помочь. Тебе надо отдохнуть, — Лана потянула меня за руку заглядывая мне в глаза.
— А куда мы пойдем? Домой точно нельзя. Нас там быстро найдут. И что, все опять заново? — не громкой и задумчиво ответил я. В голову не приходило ни одной мысли куда бы могли отправиться и где было бы безопасно для нас. На озадаченно потер лоб.
— Ты же дверь можешь открыть куда угодно? Есть у меня одна мысль, — в ее голосе появилась уверенность.
— Да, куда угодно, но только туда, где я уже был.
— Хорошо, открывай где-нибудь в районе Тверской улицы, а там уже сориентируемся и дойдем, — было видно, что она нервничает и торопится по скорее отсюда убраться. Я же наоборот чувствовал себя очень вялым и мечтал о передышке.