Железный волк (ЛП)

Брэд замер. Он поднял глаза, несильно схватив ее за руку. — Кто ты, черт подери, такая? Что тебе нужно?
— Полегче, тигр, — сказала женщина. — Меня действительно зовут Саманта Керр. — Быстрым движением руки она высвободила ее. — А насчет того, зачем я здесь, то скажу просто, что я дочь фараона, пришедшая забрать из Нила тростниковую корзинку.
О, господи, подумал Брэд со смущением. Опять «ИСХОД». Она должна была передать ему кодовое слово от отца или Мартиндейла.
— Ты из «Скайон», — догадался он.
Она кивнула.
— Я работаю в отделе безопасности и контрразведки, — улыбнувшись снова, она взяла его за руку и обвела вокруг своей талии. — Значит так, сейчас мы направимся в мой номер. Веди себя так, чтобы все вокруг думали, что мы нацелились на действительно дикий секс.
— Чего на самом деле не будет, — с сожалением сказал Брэд.
— Может, в другой раз, Маклэнэхэн, — засмеялась она. Затем она посерьезнела и осторожно повела его за собой к лестнице, ведущей с пляжа. — Но не сейчас. Я предпочитаю своих знакомых из своего тесного круга общения. И, безусловно, не перед кучей странных парней с биноклями.
А, подумал Брэд.
— Я под наблюдением, — посмотрел он на нее.
— Да. Дошло. Нам потребовалась пара дней, чтобы обнаружить слежку за тобой, потому что ты вел себя так тихо и неприметно. Но теперь нужно уводить тебя.
— Кто они?
— Мексиканцы из НРЦ, — сказала она. — Национальный разведывательный центр, это как наше ФБР и ЦРУ.
— Мексиканцы? — Удивился он.
— Они работают на ФБР, — сказала она.
— Ой.
— И на российскую СВР.
Брэд застыл.
— Да ты шутишь.
— Ни разу. Брать заказы сразу от двух контор — это старая, почти классическая игра разведок. Особенно в такой рутинной работе, как слежка за тобой. Судя по всему, и Вашингтон, и Москва просто хотят знать о твоем местоположении, не имея ничего такого на уме. И поэтому местные со спокойной душой получают в два раза больше за одну и ту же работу.
— Господи, — сказал Брэд, посмотрев на красивую женщину, к которой прижимался. — Не обижайтесь, мисс Керр, но вы работаете в очень странном мире.
— Я знаю, — ответила она.
Оказавшись в номере, Саманта Керр быстро заперла дверь и убедилась, что жалюзи на окнах были закрыты. Убедившись, что никто не может их видеть, она полезла в сумку и вытащила пачку документов.
— Добро пожаловать в новую и очень временную жизнь, мистер Джексон.
Брэд быстро просмотрел их. Первым документом был канадский паспорт на имя Пола Джексона. Он открыл его и замер. Лицо на фотографии было его… и какое-то не его. Волосы были не светлыми, а темно-каштановыми. И лицо было… толще. Он посмотрел на Сэм, показывая фотографию и приподняв бровь.
— А, чудеса «Фотошопа» — весело ответила она. — Немного краски для волос и пара накладок на щеки приведут вас в нужную форму, чтобы успокоить таможенников и сесть на самолет.
— Самолет?
— Прямой рейс «Эйр Франс» до Парижа, — сказала Сэм и посмотрела на часы. — Повезло. Осталось всего четыре часа.
— А что в Париже? — Спросил Брэд.
— Об этом мне ничего не сообщили, мистер Маклэнэхэн, — сказала она. — Но я уверена, что вас встретят и проинформируют по прибытии.
— Подожди, — сказал Брэд, поднимая руку в знак протеста. — Ты сказала, я под наблюдением, да?
— Да.
— Значит, как только я исчезну, и ФБР и русские на уши встанут, пытаясь найти меня, — напомнил он.
Саманта просто усмехнулась.
— А кто говорит, что ты исчезнешь?
— А?
Она повернулась к двери спальни и слегка повысила голос.
— Займись маскировкой, Брэд.
Из гостиной спокойно, ленивой походкой появился какой-то паренью. Он прислонился к ближайшей стене, держа руки в карманах. Он ничего не сказал, только на лице появился намек на говноедскую улыбку [28].
Брэд вдруг понял, что он был такого же роста и сложения.
— Вот видишь? — Лукаво сказала Саманта. — Вы никуда не едете, мистер Маклэнэхэн… Смит. Вы останетесь здесь, в Канкуне. Со мной. — Она подала загорелыми плечами и горестно вздохнула. — Отвратительная работа, но кто-то же должен ее делать.
Заводской аэродром им. Маклэнэхэна, Баттл-Маунтин, Невада. В это же время
Хантер «Бумер» Ноубл стоял у края длинной взлетно-посадочной полосы, осматривая небо в бинокль. Он прищурился и навел резкость, обнаружив небольшой самолет, разворачивающийся к полосе на малой высоте. Воздух над раскаленной полосой дрожал. Лето в пустыне центральной части северной Невады всегда было жарким и иссушающим.
В наушниках раздался голос.
— Маклэнэхэн-контроль, я «Мастерс пять-пять», высота триста, скорость три тридцать. Девять километров от полосы три ноль, захожу на посадку.
Бумер подавил улыбку. Голос Тома Роджерса всего звучал так серьезно, словно он на самом деле находился в том самолете, а не в кондиционированном кабинете перед панелью дистанционного управления.
— Мастерс пять-пять, это Маклэнэхэн-контроль, ветер слабый, разрешая заход на полосу три-ноль, — ответил диспетчер.
Бумер посмотрел, как беспилотник плавно проскользнул мимо, мягко опустился на затянутую дымкой полосу стойками шасси и проехал мимо него. Спрятанные в корпусе турбореактивные двигатели заработали на реверс. Вблизи было видно, что самолет был почти плоским, размером с маленький самолет бизнес-класса. Ни иллюминаторы, ни фонарь не ломали его плавные обводы.
— Я полагаю, это и есть та маленькая птичка, которую вы хотели мне показать, доктор Ноубл? — Спросил из-за его плеча мягкий, но звучный голос.
Бумер вздрогнул от удивления и обернулся. Он увидел удивленно глядящего на него человека, меньше его ростом, с длинными седыми волосами и аккуратно подстриженной седой бородой. На расстоянии примерно пяти метров за ним стояли еще двое, крупногабаритные, в темных очках и костюмах. Незначительные выпуклости обозначали скрытое под одеждой оружие. Кевин Мартиндейл, бывший президент Соединенных Штатов и нынешний президент и гендиректор «Скайон» никогда не обходился без вооруженных телохранителей.
Также, Бумер заметил большой черный лимузин, припаркованный у диспетчерской вышки, и печально покачал головой. Как, черт возьми, Мартиндейлу это удавалось? Как он всегда умел выскакивать как черт из табакерки там, где хотел и когда хотел? В «Скай Мастерс» не применялись обычные протоколы безопасности, связанные с полетами военной авиации, но здесь все-таки были забор, датчики и охрана у ворот. Кто-то должен был заметить гендиректора «Скайон» и предупредить о его появлении.
Он унял сердцебиение и выдавил из себя улыбку. Привидение с моторчиком или нет, но Мартиндейл был одним из лучших клиентов «Скай Мастерс», и имел тесные связи с руководством компании.
— Верно, сэр, — сказал он. Он кивнул в сторону беспилотника, покатившегося к соседней стоянке.
— Знакомьтесь. MQ-55 «Койот».
— Опишите основные параметры, доктор Ноубл, — сказал Мартиндейл. Он критически посмотрел на маленький самолет. — Судя по форме и расположению двигателей, он разработан с применением технологии «Стелс»?
— Разумеется, — ответил Бумер. — Кроме того, используются схема «летающее крыло» с установкой двигателей в крыльях. Кроме того, он покрыт специальным радиопоглощающим покрытием, разработанным израильской компанией «Нанофлайт». Оно поглощает большую часть излучения вражеских радаров и снижает тепловую заметность. Часть энергии все же возвращается радару, но в весьма нечетком и рассеянном виде.
— Интересно, — сказал Мартиндейл.
— Согласен, — сказал Бумер. — Материал недешев, но намного дешевле, чем большинство доступных стелс-покрытий.
— И насколько же малозаметен ваш «Койот»? — Спросил Мартиндейл. — Способен ли он проникнуть в сильно защищенное воздушное пространство, не будучи обнаруженным?
— Сам по себе? Нет, — покачал головой Бумер. — Но MQ-55 для этого и не предназначен. Он предназначен для действий в реальной боевой обстановке, при наличии множества целей, излучающих сигналы радаров и РЭБ во всю силу. Посреди такого боя «Койоту» не нужно будет красться, словно его не существует. Ему нужно будут просто быть менее заметным, чем другие самолеты.