Я твой кислород (СИ)
— Ты сейчас шутишь? Тот самый Азер готовил бутерброды?
— Если бы я хотела пошутить, то давно бы сделала это, а не портила себе настроение, вспоминая его. Это все, что ты хотел узнать?
— Караджа, к чему агрессия? Он что-то тебе сказал, раз ты на нас ополчилась? — Джеласун всегда был в их команде и считался по праву Кочовалы после свадьбы с Акшин, поэтому все сказанное он воспринимает в штыки.
— Ничего господин Азер не говорил. Просто сам представь, тебя похищают, а тебе приходится при первой же возможности звонить не своим близким, а господину Вели, который не обязан меня спасать. В итоге я приезжаю, а они спокойно продолжают сидеть на привычном месте. Именно так меня ценят и любят в этом доме. Уже вечер, Джеласун и прошли часы, а не минуты, поэтому я так и возмущаюсь.
Наконец-то до него дошло смысл сказанного.
— На самом деле твой отец и дяди заняты сейчас важным делом. Твой отец только собирался за тобой ехать, потому что не давно узнал от Акына твое местонахождение. После твоего спасения они собирались наведаться в одно место. Аличо вышел на связь.
Шок в шоке. Сегодняшний день точно останется в ее памяти. Я то думала, ничего больше мне не поднимет настроение, поэтому с осторожностью спросила:
— Аличо жив? — Джеласун кивнул, улыбаясь и я следом за ним.
— Это отличная новость! Почему тогда дядя молчал? Господи, а мы его считали умершим. Где он прячется?
— Ты своему дяде и слова не дала сказать, обвиняя в том, чего не знаешь и не должна знать. На самом деле у Аличо есть отец — военный, который его в ту ночь и спас от взрыва. Сегодня поедем в одном место разузнать, расспросить и возможно уже завтра нам удастся его вернуть.
Не могу поверить! Приложив к губам ладонь, я совсем забыла о всем плохом, что со мной за сегодня случилось. Я готова пережить многое, чтобы вернуть близких, а Аличо считался незаменимой частью нашей семьи. Его ценил не только дедушка, Ямач и вся моя семья, но и многие парни с нашего района. Не смотря на свои отклонения, Аличо был отличным снайпером и не раз помогал нам. Невероятно!
— Спасибо за чудесную новость, — поблагодарила я. — Знаешь, если бы мне дали выбор, то я стала бы заложницей навечно, но вернула бы нашу прежнюю семью. Вы обязательно найдете Аличо. Я верю в вас! Дядя придет в норму, когда встретит его. То, что делает Ямач на сегодняшний день ненормально Джеласун. С врагами нельзя играть, а он чуть не уничтожил жизнь той невинной девочки, которая сидит в моей спальне.
— Не нам его судить, Караджа. Ямач пожертвовал многим и его состояние оправдано, тем более он до сих пор с нами. Не причиняй ему больше боли. Как будет время — поговори. После смерти Акшин я понял, что нужно говорить прямо здесь и сейчас, что чувствуешь, иначе станет поздно, — его голос надломился при упоминании ее имени, поэтому он быстро со мной попрощался, прежде чем уйти. — Доброго вечера.
— Доброго.
Входя наконец-то во двор, я видела, как склонили голову взрослые мужчины. Да, наши страдания произошли на их глазах и упоминания о моих умерших родных ранят не только меня.
Я выставила руки в сторону и позвала их:
— Идите сюда!
Обняв взрослых мужиков, я прикусила нижнюю губу, сдерживаясь от смеха. Дядя Кахраман бы не одобрил такие любезности. Мне все равно, кто к какому классу относится, ведь они рискуют жизнью, чтобы защитить мою семью, хоть и меня проворонили, но отсюда они бы не смогли заметить мое похищение.
Отстранившись, я спросила у Ахмета:
— Как твоя дочка? Я слышала, что уже начала ходить.
— Все хорошо, сестрица. Растет слишком быстро, — поспешно ответил он, покосившись на напарника. Понимаю, девушки нашего семейства редко интересовались подобным.
— Идрис тоже совсем недавно пошел. Я как-нибудь к вам зайду в гости, если жена не против. Примете? — руки стали замерзать и я засунула их в карманы куртки.
— Разве можем быть против? Для нас это большая честь! А берите и Идриса с собой, чтобы детям не было скучно, вдвоем-то точно веселее, — мужчина аж приободрился.
— Тогда в самое ближайшее время ждите. Я тогда пойду, пока бабушка не заволновалась.
В дом совершенно не хотелось идти. Вообще ничего не хотелось. Просто закрыть глаза и забыть все, как страшный сон. Но я применила над собой усилие и заставила свои ноги идти, шаг за шагом. Вот я и добралась до крыльца, открывая дверь и разуваясь крикнула:
— Ба, я пришла.
Послышался топот не одних ног и вот на меня налетает сначала Садиш с Идрисом на руках, а с другой Сейхан, что удивляет меня еще больше.
— Задушите, — прошептала я, чувствуя недостаток воздуха в легких.
Мои мольбы услышали и тут появилась бабушка, оттесняя их и осматривая меня, схватив за щеку.
— Можно я уже сниму куртку или так всю ночь простоим?
От меня соизволили отойти и я сняла куртку, обувая тапочки и на ходу забирая Идриса, держа одной рукой.
— Караджа, где ты была? — спросила бабушка, идя вслед за мной. — Нам Сейхан с утра сказала, что тебя похитил какой-то парень.
— Это был Кутай, бабушка. Возникло кое-какое дело и оно решено, отец и дядя знают. Добрый вечер, — приметила я в гостиной госпожу Фадик, рядом с которой села на диван. — Вы не звонили еще своему сыну?
— Звонила весь день, но он не отвечает. Вот думаю, может на домашний позвонить, но я не помню номера.
— Мам, набери Йылмазу — он вечно рядом с ним, — Сейхан поняла, что я не спроста начала разговор с этой фразы.
Госпожа Фадик вновь взяла телефон в руки, набирая другому сыну и на этот раз взяли трубку.
— Азер? Сынок, ты где ходишь? Я тебе звоню-звоню, а ты не отвечаешь.
— Мама? — я сидела рядом, поэтому все было слышно. Идрис, как странно не капризничал, а по моему примеру тоже прислушался. Умный мальчик. — Где ты?
— Как ты заметил не дома. У меня предстоит серьезный разговор. Скажи спасибо семье Кочовалы, что спасли мне и твоей сестре жизнь. Ты где-то бродишь, а молодая девушка вместе со своим дядей спасает нам жизнь, — корила она сына и правильно делала. Своим я уже трепку устроила, а с двух сторон будет помощнее.
— Ямач? Мама, дай трубку пожалуйста той девушки, если она рядом. Караджа же рядом? — взволнованно спросил он, немного повысив голос. Весьма приятно это слышать.
— Просит тебя, — госпожа Фадик не скрывала своего удовольствия, потому что в отличие от бабушки наблюдала чуть больше и если меня до сих пор не прогнали из этого дома, то бабушке ничего не рассказали.
Взяв телефон свободной рукой и посадив Идриса на колено, я ответила:
— Здравствуйте. Госпожа Фадик, сказала, что вы хотите со мной поговорить, — еще бы при бабушке я разговаривала иначе. В комнату вошла Дамла и не поняла в чем дело. Бабушка и Сейхан сели неподалеку, тоже прислушиваясь.
— Почему ты мне не сказала, что моя мама и Сейхан у тебя?
— Не со мной об этом нужно разговаривать, а с моим дядей — Ямачем. Думаю, Вы с ним знакомы, господин Азер. Я лишь избавилась от двоих, а остальных взял на себя дядя, тем самым спасая нам жизнь, — так даже лучше. Будем общаться, как незнакомцы, коими мы и являемся для основной массы.
— Я могу их сегодня забрать?
— Повторяю, лучше это спросить у дяди Ямача. Если спрашиваете мое мнение, то господин Азер, у меня сегодня был тяжелый день и ваши родные до сих пор не восстановились от произошедшего, так что сегодня не к чему поздний визит. Тем более, мне бы хотелось еще провести время с Сейхан, если вы не против.
Послышался тяжелый вздох и я могу как наяву представить, как он зажал переносицу между пальцев, потирая.
— Уже поздно сказать прости? Я наговорил много лишнего и тот вечер, когда я посмел…
— Не стоит благодарностей. Думаю, Вы знаете номер моего дяди. Позвоните и договоритесь о встречи, потому что в последнее время мы не впускаем тех людей в ком не уверены. Доброго вам вечера, господин Азер.
— Не смей, — послышалось последнее, но трубку забрал Идрис, кусая экран.
— Душа моя — отдай телефон! Простите его, — извинилась я перед госпожой Фадик и выдернув телефон, вытерла о кофту, передавая женщине и поспешила из комнаты. Зная Идриса, он скоро расплачется.