Оборванные Нити (СИ)

— Нина, ты чего здесь делаешь, как голова болит, у меня не осталось тут ничего выпить.
— Случайно нашла немного, когда убиралась, ну и бардак ты тут развел, полдня выгребала.
— Дай сначала выпью, а потом осмотрюсь, — и он опрокинул в рот пол стакана водки.
— Пирожком закуси, один остался, не продала.
— Вкусно как, давно такие не ел.
— Да ты в последнее время ничего не кушаешь, только пьешь, ты гробишь свой организм.
— Все, Нина, больше не буду, ты молодец, так чисто все прибрано, даже скатерть на стол постелила.
— Порылась и нашла в твоих вещах, чего ей лежать, пылиться, а так красивее. Квартиранты твои не убирались тут, жили, как в сарае. Я побегу домой, поздно уже, сын меня потерял, опять подумают, что-то случилось.
— Нина, приходи, не забывай меня, плохо мне, никто меня не понимает.
Вроде бы военный человек, а такой слабохарактерный, она и сама любит выпить, но не до такой, же степени. Что-то видно у него в жизни случилось такое, что он с катушек слетел. Жалко ей стало его, пропадет ведь и Людке не нужен, отказал в квартире и все. Вот женщины корыстные, столько лет жила с ним и все из-за квартиры. Дома свет в окошках, не спят дети, — кто дома, отзовитесь?
— Мама, наконец-то, мы думали, что-то случилось, Денису звонили и тот беспокоиться.
— Позвони и скажи, что я уже дома, к Борису Сергеевичу заходила, прибралась в квартире. Там давно никто не убирался, вы бы видели, сколько мешков с мусором я на помойку вынесла.
— Ты говорила, что он с женщиной живет, где же она?
— Она жила с ним из-за квартиры, а сам-то он ей не нужен, Иначе она бы не допустила такого бардака. И чтобы не пил, боролась за него. Они и расписаны то не были, жили гражданским браком. Я теперь каждый день буду ходить к нему, он попросил меня, иначе пропадет.
— Почему-то и мне Борис Сергеевич запал в душу, видно сразу, что у него в жизни что-то не срослось, вот и запил человек.
— А у тебя все срослось и жена и дочь готовая, а ты три дня назад еле домой приполз. Опять взялся за старое, дружков встретил.
— К Саше ходил, там с Викой встретились, посидели, выпили немного.
— Если с Викой, то пьете вы всегда понемногу. Ты смотри, назад не поверни, а то додумаешься, уйдешь к ней.
— Нет, мама, возврата не будет, у меня все остыло к ней, я Лену люблю. А у Вики все плохо, ей этот мужик изменил, вот с этого она и завелась, опять пить стала.
— Они живут или развелись?
— Живут, куда ей деваться, и там ребенок у нее.
— Она, что же с ним, с ребенком у матери была.
— Нет, муж не дал ей, говорит, иди, выпусти пар и домой возвращайся. А Саша большой, симпатичный, тебе привет передает. Обещал его сюда забрать, пусть у нас погостит.
— Это ты правильно решил, я уже соскучилась, давно не видела внука. Как там свахи поживают?
— Старая сваха лежит, не встает, все бодрилась и на тебе, говорит, план свой выполнила, правнука подняла, а теперь сами справитесь. Теща тоже болеет, пока я там был, они из своей комнаты не выходили.
— Сынок, зачем ты туда ходишь пить, сын на вас смотрит, ему неприятно, что у него родители такие.
— Даю слово, что больше там пить не буду, просто нашло на меня что-то, вот я и напился.
— Еще бы и друзей своих забыл, а то нет, нет, и встретишься с ними.
— Это редко бывает, ты, что, хочешь, чтобы я трезвенником был, так жить неинтересно.
— Поговори у меня, иди спать, спокойной ночи.
  
Жизнь с Брисом Сергеевичем
 
ГЛАВА 16
С работы решила зайти к Борису Сергеевичу, узнать, как он себя чувствует. Дверь открыта, значит, дома, зашла, и ей сразу в ноздри ударил алкогольный и табачный запахи. На кухне, в компании двоих друзей сидел сам хозяин, на столе стояла бутылка водки.
— О, Нина явилась, садись с нами, ты молодец, убралась в квартире.
— Только не для вас я это делала, а ну, уходите отсюда. Борис Сергеевич, ты обещал мне, что больше не будешь сюда их приводить.
— Прости, Нина, не успел я дверь открыть, они сразу зашли.
— Теперь мне понятно, тебе просто выпить сильно хочется, а одному никак, вот ты и собираешь собутыльников.
— Тише, кто ты такая, мы хорошие люди, можем иногда отдохнуть, расслабиться.
— Так, хорошие люди, уходите отсюда подобру, иначе я сейчас вас шваброй выгоню.
— Я здесь такой же хозяин, как и он, поняла, и это я тебя сейчас выгоню.
— Поговори еще, кто ты, а то я не расслышала.
— Моя дочь прописана здесь и имеет на квартиру такие же права, как и Борис.
— Это правда, Борис Сергеевич, а что же ты молчал?
— Он попросил меня на время прописать дочь, квартира у них тещина. Она в деревне живет, и они все там прописаны.
— Да ты что наделал, у тебя квартира неприватизированная?
— Некогда было этим заниматься, они меня спаивают постоянно.
— А ты отказаться не можешь, да Колька специально так делает, чтобы скорее убрать вас со своей дороги и завладеть квартирой. Совести у тебя нет, Колька, каким способом ты добился своего, обманом, не будет у тебя в жизни ничего хорошего. И у твоей дочери не будет, раз она таким способом расчищает себе дорогу в жизни. Ничего, Борис Сергеевич, мы еще поборемся с ними, а сейчас выметайтесь отсюда, не доводите до греха, шваброй огрею.
— Ты у меня свое получишь, защитница нашлась, самому-то ему уже ничего не нужно.
— Иди, Колька, и больше не попадайся на глаза мне. А ты ложись, отдохни, я все приберу, насорили, и ушли. Я тоже сейчас пойду, тесто ставить нужно, завтра с раннего утра пирожки печь буду и тебе принесу.
— Спасибо, что заходишь, не забываешь меня.
— Ты завтра не пей, и их не пускай в квартиру, после обеда приду, поговорим.
Распродав пирожки, Нина заторопилась к Борису Сергеевичу. На звонок открыла молодая симпатичная девушка.
— Вы к кому, я вас не знаю?
— К Борису Сергеевичу, где он и что с ним?
— Я вас не пущу, это моя квартира.
— А ну отойди в сторону, малявка, задавлю!
— Ты кто такая, пошла отсюда, мы здесь хозяева, — Колька вышел вперед и начал теснить ее к двери.
— Если не прекратите безобразничать, я позову милицию и вам не поздоровиться. Будут допытываться, на каких основаниях вы зашли в чужую квартиру.
— У нас все законно, вот, смотри, в паспорте прописка стоит.
— Не маши документом, пропусти, я к Борису Сергеевичу. — Он сидел за столом, свесив голову, видно, что они его уже угостили.
— Нина, они привезли в другую комнату кровать и вещи, Колькина дочь уже ночевала здесь, как только ты ушла, они и заселились.
— Зачем ты открыл им дверь, я же просила никого сюда не пускать.
— У них свой ключ, у меня взял без разрешения, он в шкафу лежал и Колька знал об этом.
— Ничего, не переживай, мы еще с ними повоюем. Самое главное не пей с ними, а то еще отравят, они могут на все пойти, ради квартиры.
— Нина, не уходи, останься со мной, мне страшно.
— Хорошо, я сейчас домой сбегаю, своих детей предупрежу и сюда. Вот тебе пирожки, покушай пока.
— Без тебя не буду, возвращайся скорее.
Нина поговорила со своими детьми и засобиралась обратно, открыла дверь своим ключом и прошла в комнату. На столе все разбросано, пирожки помяты, а Борис Сергеевич лежит весь в крови.
— Что здесь произошло, ты можешь говорить.
— Колька избил меня, говорит, чтобы я убирался из квартиры, якобы, я ему ее продал.
— Может быть, скорую помощь вызвать?
— Не нужно, с похмелья я, никто мне не поверит.
— А где он сейчас, одна дочка лежит в кровати, приготовилась спать, я ей сейчас устрою.
— Слышишь, как тебя там, выметайся отсюда подобру, иначе я за себя не отвечаю.
— Я тоже не из робкого десятка, так, что будем биться, в обиду я себя не дам. Посмотри на столе паспорт, там точно указано, что я здесь прописана, и никто не имеет право меня выгнать отсюда.
— А совесть, как с ней быть, ты молодая, здоровая девка, сама себе квартиру приобретешь.