В их руках (ЛП)

Гермиона сглотнула, и её пальцы крепко сжали шарф. Когда мир начал кружиться перед глазами, ей было нужно ощущение чего-то материального. Она знала, как важно заглянуть в глаза своим страхам. А последние события заставили осознать, как на самом деле узок её взгляд на мир по сравнению с тем, каким он должен быть. И с каждым годом относительной изоляции в лечебнице он всё сужался. Её критические оценки как себя, так и пациентов, были не только непродуктивными, но и неподобающими. Чем меньше становился её личный мирок, тем хуже ей давалось принятие чужих особенностей. Снейп предлагал ей шанс разорвать эти оковы предубеждения. Но какой ценой?
– Ваши действия будут носить сексуальный характер?
– Думаю, в данный момент это будет самым эффективным способом.
Гермиона еще крепче схватилась за шарф.
– Что, если мне не понравится происходящее? Вы остановитесь?
– Нет.
Его лаконичный ответ заставил Гермиону вздрогнуть.
– То, чего, как вам кажется, вы хотите, и то, чего хочет ваше тело, – совершенно разные вещи, – сказал он. – Вы имеете тенденцию к самодепривации. В процессе нам потребуется обойти это. У вас будет возможность после каждой встречи сказать мне, хотите ли вы продолжить. Но я не буду останавливаться посреди сессии. Ваши желания и так будут каждый миг изменяться. Конечная цель каждого взаимодействия для вас – пройти его до конца, осознать смысл и извлечь урок.
– Что, если мне будет больно?
– Боль никогда не будет сильнее той, что вы сможете выдержать. Вы научитесь воспринимать её как средство на пути к цели, как ключ к пониманию. Я буду вашим проводником.
Страх заставлял Гермиону тяжело дышать, и от каждого вздоха изо рта вырывалось облачко пара, повисая в неподвижном воздухе. Вдруг она покачала головой.
– Это совершенно недопустимо.
После паузы он заговорил снова:
– Я не буду пытаться вас убедить. Я всего лишь предлагаю вам антидот к вашему текущему состоянию. Вы сейчас находитесь в процессе осознания, что искреннее желание помочь, подкрепленное благими намерениями, не имеет ничего общего с профессиональной компетенцией. И когда вы осознаете это в полной мере и не сделаете ничего, чтобы измениться, вы оставите эту профессию. У вас дар от природы, и, мне кажется, вы уже слишком многим пожертвовали, чтобы позволить этому случиться.
Его проницательный взгляд на ее ситуацию очень смущал, но в то же время немного успокаивал.
– Как бы вы охарактеризовали эти отношения? – она нахмурилась, рассматривая свой шарф.
– Я бы назвал это деловым соглашением.
– Деловым?
– Вы сможете сами оценить мою компетенцию, – просто ответил он, и его пальцы снова запорхали вокруг деревяшки.
Гермиона потерла лицо руками, сама не веря в то, что она всерьез рассматривает его предложение.
– Мне нужно будет довериться вам.
– Конечно.
Она залпом втянула воздух.
– Что вы сказали Линчу?
Снейп повернулся к ней, изучая её лицо пристальным взглядом темных глаз, прежде чем ответить:
– Я сообщил ему, что вы хотите уйти. Что у вас проблемы. Я сказал: если он оставит меня в покое, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь вам, и вы, возможно, останетесь.
– Что?! – Гермиона встрепенулась. – Но это неправда. Я не собиралась уходить.
– Сколько раз вы думали об этом за последние несколько дней? – он откинулся назад и скрестил руки на груди.
– Так вот что вы сделали. Легилименция?
– Конечно нет. Ответьте на мой вопрос.
Ответ был очевиден. Она думала о том, чтобы уйти, множество раз.
– Разве так важно, ушла ли бы я? Линч легко бы нашел кого-то мне на замену, – Гермиона нависла над ним.
Снейп закатил глаза.
– Ну же. Вы не настолько тупая.
– Тупая?
Он вздохнул и поджал губы. Гермиона в растерянности покачала головой.
– Очевидно, что он влюблен в вас, – проворчал Снейп. – Вероятно, уже много лет.
– Что?! – воскликнула она. – Но… он женат!
Брови Снейпа взлетели.
– С каких пор это имеет значение?
Схватившись за голову, Гермиона отвернулась от него. Она часто дышала. Мир закружился перед ней как в калейдоскопе.
– Что, он думает, вы собирались сделать, чтобы убедить меня?
– Кто знает, – Снейп пожал плечами.
– Поговорить со мной?
Он не ответил.
– Линч подумал, что вы собирались переспать со мной? – Гермиона резко повернулась, чтобы посмотреть на него.
– Может быть.
– Это бессмыслица, – она покачала головой. – Если всё, что вы говорите, правда, с чего бы он позволил, чтобы вы переспали со мной?
– Потому что, мое наивное невинное дитя, – Снейп наклонился в её сторону, – он, очевидно, так влюблен в вас, что скорее позволит другому трахнуть вас, чем потеряет совсем.
Воздух стал густым, тяжелым, будто налился свинцом.
– Черт, – неожиданно пробормотала она, закрыв рот руками.
– Мне действительно нужно объяснять вам всё это? – Снейп нахмурился.
Гермиона медленно опустилась на скамейку.
– Я… я в состоянии понимать такие вещи, когда они относятся к другим, но не ко мне.
– Разумеется.
Или Снейп ошибся с Линчем, или она упустила, а может, намеренно годами не замечала очевидное. Если так, это был серьезный промах, как личный, так и профессиональный. Снейп был прав: если ей не удастся стать таким терапевтом, каким хочется быть, она оставит профессию. И тогда она решилась.
– Я хочу, чтобы вы помогли мне… стать лучше, – сказала она тихим голосом.
Снейп коротко кивнул и встал, чтобы уйти.
– Подождите! Когда мы… начнем?
– Вам не нужно этого знать. Иначе вы почувствуете необходимость всё переиграть или манипулировать ситуацией. Всё начнется тогда, когда я решу, что пришло время. И закончится по моему усмотрению.
Сердце колотилось как бешеное, и Гермиона тяжело дышала.
Снейп направился прочь.
– Профессор?
Он остановился спиной к ней.
– Почему вы это делаете?
Снейп помолчал.
– Считайте это академическим интересом.
Он ушел, бросив что-то в птичью купальню, когда проходил мимо.
Она встала, чувствуя себя опустошенной. На что она только что согласилась?
Подойдя к купальне, Гермиона увидела её, плавающую на поверхности, затейливо вырезанную из куска дерева. Бабочку.
Трансформация.
***
Гермиона наблюдала, как зубная паста вяло кружится в сливном отверстии раковины. Усталые глаза пытались сфокусироваться, но картинка плыла. Она засиделась за чтением до позднего вечера. Ей нужно было просто…
Сзади возникло какое-то движение. Она не успела отреагировать, как вдруг ее развернули и впечатали в кафельную плитку стены, а зубная щетка упала на пол. Твердая ладонь прижалась к губам, сминая их.
– Это начнется… сейчас, – бархатный баритон Снейпа достиг её ушей, а теплое дыхание пощекотало кожу.
Она громко замычала, пытаясь закричать.
– Ш-ш-ш, – он тянул звук до тех пор, пока она не прекратила сопротивляться. – С этого момента ты будешь соблюдать наше соглашение, – его голос оставался тихим и спокойным. – Ты не заговоришь, пока я не разрешу. Тебе понятно?
Он так крепко прижимал её, что Гермиона едва могла вздохнуть. Даже вместо кивка головой ей удалось лишь мазнуть лбом по плитке.
– Хорошо.
Она почувствовала, что стало легче дышать, когда Снейп убрал ладонь от её лица, но бедрами он по-прежнему прижимал ее к стене. Его дыхание касалось её шеи, в то время как обе руки медленно, но решительно проскользнули под халат, остановившись на бедрах, а затем поползли дальше, пока не обхватили их с внутренней стороны, прямо под половыми губами, создавая натяжение сильными пальцами.
– Ты взяла за привычку отрицать свои желания. Свои нужды, – пробормотал он, касаясь горлом её шеи. – Сейчас тебе придется встретиться с ними лицом к лицу. Услышать их и осознать.
Его пальцы усилили хватку, раздвигая половые губы.
– Ты не услышишь ничего и никого, кроме себя. И лишь среди этой тишины, может быть, ты наконец устремишь внимание на себя и свои желания.