Вкус мандаринок (СИ)
— Я не знаю.
Вот те раз! Приплыли! Это какой-то дикий розыгрыш в преддверии нового года, или же чей-то лихо закрученный квест «Спаси блондинку»? Я опять посматриваю на часы, пытаясь вычислить примерное время, которое могу потратить на разговор, надеюсь без пристрастия. Так уж и быть, побуду добрым гномом, и воздастся мне. Едва не хохотнул от своих же мыслишек.
— Если учитывать, что я ни разу не доктор психологии, но всё же могу взять часть груза и ответственности на себя и выслушать о ваших проблемах. Вы уверенны, что вашей жизни ничего не угрожает?
— Не уверенна.
А фигли тогда я здесь строю из себя священника на исповеди? Ей нужно в полицию, а я вот ни разу не похож на стража порядка.
— В полицию?
— Нет смысла, — сникла ещё больше, а я не вкуривал собственно почему это.
— К родителям, подруге, мужу, соседке?
— Родители в другом городе, а в другие места…
Да щипцами мне выдирать из неё объяснения, я уже сам на иголках. В голове крутится мысль дать ей денег на гостиницу, есть поблизости от моего дома вполне себе приличная.
Девушка сильнее сжимает телефон одной рукой, небольшую сумочку — второй, видимо уже созрела к чему-то, ну вот и славно.
— Кстати, как вас зовут?
Почему-то всё же задал интересующий меня вопрос, ведь файл так и не идентифицирован, а ведь он есть в голове.
— Александра Владимировна, — резануло мой слух, да так, что я дёрнулся и если до этого повернул голову в сторону дороги, замечая, что снегопад усиливается, то в следующую секунду я словно впервые всматриваюсь в её лицо и нервно сглатываю.
— Ой, Александра, просто Александра, — смутилась, как оказывается знакомая незнакомка, а я почему-то нервно сжал руль одной рукой, да так, что побелели костяшки пальцев. Файл найден, и мои мысли моментально вернулись в две тысячи одиннадцатый год… в мой класс, где она была практиканткой.
Глава 3
Александра
Мы с коллегами, дружною толпою самых активных педагогов, решили отпраздновать канун Нового года в кафе, что располагалось неподалёку от нашего лицея. Общий фуршет в стенах школы у нас вчера был, но, как ни крути, а вот собраться по интересах, потанцевать, пошутить хотелось. И вот когда наши старшие коллеги жарили, парили, строгали салатики по домам, мы веселились от души.
Уже около четырёх мы с Настёной, нашей англичанкой, стояли на пороге кафе и весело переговаривались, делясь последними событиями. Нас собралось около двенадцати человек. Естественно среди нас затесались самые стойкие мужчины: трудовик, физкультурник, физик. Девчонки нажимали на шампанское, мужчины предпочитали употреблять коньяк. Вечер обещал быть весёлым и запоминающимся. Вот только для меня он стал серым и холодным.
Я едва сделала глоток шампанского, которое галантно нам с Настей подливал Артём Романович, как внутри словно всё перевернулось, вот внезапно, а почему именно — поняла, когда просто посмотрела вправо, где был выход из зала. В дверном проёме, рассматривая меня в упор, стоял мой почти бывший муж, которого я не видела в городе больше года, после той трагедии, что случилась по его вине. Неужели бумаги о разводе всё-таки нашли его? А ведь его мамаша тщательно скрывала место пребывания сыночка. Не единожды я обращалась к ней с требованием дать хотя бы номер телефона «мальчика», чтобы адвокат связался с ним и поговорил о разделе имущества. Как ни как, но квартиру покупали мы вместе, теперь придётся что-то решать. Жить с ним после всего того, что было, не просто страшно, а и опасно для жизни.
С Григорием я познакомилась тогда, когда заканчивала физмат нашего престижного университета. Мы с девчонками сдали очередной экзамен и завалились вечером в клуб, где расслаблялись на полную катушку. И именно там мне посчастливилось, как казалось тогда, столкнуться с горой мышц, по-другому не скажешь. Я выходила из дамской комнаты, а этот громадина ошивался со своим другом неподалёку. Ну а я, овца подвыпившая, с каких-то неведомых мне причин едва не свалилась у его ног, обутых в дорогущие туфли. Гриша ловко успел одной левой подхватить меня за локоть и таким образом удержать. Думала, размажет тогда по стеночке, но на его хмурой роже, не иначе, вот клянусь, появилась на удивление приятная улыбка. Видимо тогда я и приглянулась его величеству.
Гриша, тридцатилетний «мальчик», по версии его маман, работал в страховой компании, имел приличный заработок. Я же только-только собиралась начать свою профессиональную деятельность, предложения из нескольких школ уже давно ждали своего часа, там я проходила практику. Если вкратце, то с того вечера закружилось, завертелось в моей жизни. Года три мы жили на два дома. Естественно он жил с мамой.
Таисии Генриховне я не приглянулась сразу. Изначально была у меня чуйка, глаза никогда не врут, это не отнять. Когда работаешь с детьми, с годами учишься читать лица даже без слов. А эта женщина терпела меня, закусив удила, некоторое время. Да вот однажды прокололась. В тот день она не услышала, что я раньше времени вернулась в квартиру из магазина. Перетирала сплетни со своей закадычной старой перечницей по телефону и по совместительству кости мне мыла. Отлично, маменька, кости здоровее будут. Да вот только врала, как дышала. Хвала небесам, что я росла вполне себе здравым ребенком и подобные сплетни меня никогда не интересовали и не трогали за живое. Ну что взять с одинокого, озлобленного человека? Естественно влезать в жизнь других интересно же, а тут ты смотри, появилась какая никакая невестка, но всё равно не такая. Когда же вам, мать…, хоть кто-то будет таким.
И не удивительно, что сыночек её дожил до тридцатника и ни разу даже не подженился, всё бегал по девкам. Сама даже не знаю, с каких таких… привилегий мне прикатила удача, что меня привели в этот дом отчий. Видимо Гриша видел, что я девка закалённая, за словом в карман не лезу, язык правильно подвешен. Культурно, складно, но могу послать далеко и надолго, и главное, что с улыбкой. С тех пор у нас завязалась негласная войнушка. Смешно до сих пор, вот ей Богу. Ну, мне-то всё было до фени, делать мне больше нечего было, так ещё пакости выдумывать, а вот Генриховна что только не испробовала. Бывало порой и такое, что Гриша попадал под её влияние, но это тогда, когда он задерживался у нее больше чем на пару часов, после того, как мы купили совместную квартиру. Бабушкину квартиру, в которой жила до свадьбы, я сдавала, а вот после свадьбы, что состоялась три года назад, мы купили просторную трёх комнатную квартиру. Половину суммы подогнали мои родители, половину благородно доложил супруг.
О детях не думали и не гадали, решив пожить для себя. Состояться в профессии, ну уж мне это нужно было сто процентов. Муженёк-то давно врос корнями в свое удобненькое кресло. Жили себе и жили, даже не подозревали, что спустя два года случится страшное.
В конце прошлогоднего июля я узнала, что беременна. Жутко удивилась, ведь мы были щепетильны в вопросах предохранения. Не знаю что да как, но беременность наступила. Первые недели я свыкалась с мыслью, что теперь в нашей жизни всё станет вверх тормашками.
А знаете, как безумно боялась рожать, особенно наслушавшись от коллег женщин всяких страстей. Детей я любила, не зря же пошла учиться на учителя. Ладили мы с этими сорванцами на ура. Было забавно наблюдать, как несмелые пятиклашки растут, меняются, учатся приспосабливаться к жизни. Сейчас я классный руководитель десятого класса, видели бы вы этих «малышей». Девчонки — красавицы, парни вообще отдельная тема, чего только стоила их ломка голоса. Тут тебе недавно щебетали, а теперь басят над ухом.
Грише сообщила только тогда, когда стопроцентно убедилась в свершившемся факте, сразу же после визита к гинекологу. Он тоже был удивлен, очень даже. Первую неделю ходил молчаливый. Я его в тот момент понимала, сама едва срослась с новостями. Беременность протекала легко, практически не штормило, разве что по утрам, пока не позавтракаю, подташнивало.
Окружающим сообщили не сразу, ближе ко дню учителя, да и то Настюха высмотрела изменения не только в моей фигуре, а и в гастрономических предпочтениях. Свекровь узнала ближе к концу октября, мы тогда с мужем были у нее в гостях, юбилей, как никак, мамуле шестьдесят пять привалило. Вот мы и обрадовали одинокое сердце, что скоро внуки пойдут, скучать ей будет некогда. Да и я сдуру размякла, думала, что ей, вероятнее всего, не хватает заботы о ком-то. Наивная. Если человек идиот, то это пожизненно, даже не лечится. Баста, медицина бессильна. Знала бы я тогда, чем обернется наша новость, не переступала бы порог этой избушки.