Obscure (СИ)
— Я не вернусь в Хогвартс! — доносился отчаянный крик Джинни с кухни.
— Нет, ты пойдешь туда, Джиневра Уизли! Не смей со мной спорить! — в тон отвечала ей Молли. — А ты куда собрался?! — заметила мать семейства Рона.
Шестой ребенок в крупной волшебной семье стоял у дверей с полной сумкой за спиной. В руках он то и время открывал и закрывал последний подарок Дамблдора — делюминатор, словно ища у себя помощи в принятии решения.
— Я должен исправить свою ошибку… — сказал он вполголоса, скорее самому себе, чем матери.
— О чем ты говоришь? Не глупи, Рон, ты должен закончить школу, год всего лишь осталось!
— Я должен найти их… Её… Я должен её найти!
— Что… Стой, кого найти? — еле смогла вымолвить Молли, с тревогой понимая, что сына она не сможет отговорить, чего бы он там не задумал.
— Гермиону… Я… Я знаю, что она жива.
— Никуда ты не пойдешь!
Но Рон её не послушал. Выйдя за порог, тут же исчез.
— НЕТ! Ты никуда не пойдешь! — пронзили пустоту крики матери.
Глава 6 "Райские угодья"
Мне интересно, каковы эти вопросы, которыми ты задаёшься будучи магом? Ведь ты почти что всемогущее существо. Ты можешь залезть в головы к другим существам, можешь манипулировать материей по своей прихоти и делать всё, что пожелаешь при должном усердии. Иначе как по-другому объяснить их умения: вспоминая состояние тех полицейских и людей в приюте, разрушительные волны в потасовке с масками и самое поразительное, мгновенное перемещение в пространстве.
По сути, само существование таких людей как-то нечестно в сравнении с остальными, как они там они их обозвали — с «магглами». Я и так считаю, что фраза «каждый человек уникален», — полная чушь. А чувство собственной исключительности в большинстве случаев у людей, которые ничего из себя не представляют, раздуто из-за собственных комплексов. Признавать то, что ты никчемен и существуешь, а не живёшь, не оставляя ничего — больно, поэтому вступают в работу механизмы самозащиты. Иначе просто хочется выть от безысходности, либо удавиться на ближайшем петле, либо закончить жизнь на дне бутылки или кончике иглы.
Другими словами, ты вгоняешь себя в иллюзии, в тот мирок, где того, чего тебе реально не хватает, будет в достатке. Так проще жить. Однако это всего лишь просто механизмы замещения, защиты, ничего более. Ты живёшь в иллюзорном мире, считая себя важнее, чем являешься по факту, что в этом хорошего? И добить все эти отклонения новостью о существовании магов и магии, где-то рядом. Блин, это чересчур жестоко. И что тогда подумает о себе обычный человек? Верно, что он полное ничтожество…
— Ээ… Эл? Ты вообще о чем? — раздался полный изумления голос Эсхель.
— Мм? Я это вслух сказала?
— Нет, но была близка к этому.
— Да? Кажется, теряю связь с реальностью.
— Ага, не слабо тебя понесло… Ты там, это… держи себя в руках.
Ум… Я попытаюсь.
Так… О чем я хотела поделиться? Ах, да — телепортация. Никогда бы не подумала, что мгновенное перемещение из одной точки в другую будет таким плевым делом, не сложнее щелчка пальцами. Правда, это не я перемещалась, а переносили меня, но это так, крайне неважные условности, не заслуживающие внимания.
Мы снова оказались на улице, в каком-то узком переулке. Время подходило к вечеру, так что, в неосвещенных участках дороги стояли сумерки. Дождя, как ни странно, не было. Значит, мы перенеслись достаточно далеко от того милого пригорода. Я подняла голову к небу и заметила на краю небосвода прорывающие через тучи последние лучи заката — завораживающее зрелище.
— Где мы? — спросил до этого молчавший Драко.
— Кеттеринг, в начальной школе нас возили сюда на экскурсию, — ответила наша навигаторша в лице Гермионы.
Несмотря на то, что она держалась вполне бодро, голос у неё был уставший. Хм, телепортация, похоже, все-таки отнимает сколько-то сил. В противном случае, мне стало бы обидно за физику, которая и так сейчас рыдает от бессилия перед магией.
Малфой вновь состроил недовольную мину. Или это у него просто лицо такое? Не суть. А интересно, почему он сам не может телепортироваться, раз так сетует на не скрытность Гермионы? Мог бы уже улететь куда-нибудь подальше от «опасных» мест и глупых нас. Честно, достал он ходить все время с кислой миной.
— Лучше, как ты, да?
— О боже, как же хорошо, что я не слышу никакие посторонние голоса.
Комментарий Эсхель сбил меня с мысли. О чем я говорила? Ах, да, о Малфое. Неужели он так печется о недавнем ничего не значащем рукопожатии — типа клятвы. Да уж, не перевелись ещё рыцари в нашем королевстве.
— Знаешь, не все люди такие недоверчивые, Эл.
— Да ладно? Ты что, подменяешь мою совесть пока её нет?
— Верно! — воскликнула Эсхель так, что я подумала, что кто-то рядом закричал по-настоящему. Уверена, она даже подняла вверх указательный палец, демонстрируя важность своих слов. — Кстати, а она была?
— Да, может и не была.
Ладно, вернемся к реальности.
Кеттеринг, хм, а ведь где-то я слышала это слово или читала… «Кеттеринг — город расположенный недалеко от Лондона», — вспомнила я карту в рекламной брошюре, которую раздавали в школе. Я покопалась в рюкзаке и вытащила оттуда сильно помятый экземпляр. Точно, яркие буквы на листе гласили: «дешевое жилье недалеко от Лондона». И несколько обведенных наименований городов. Кеттеринг вроде входит в список городков с самыми доступными домами в Англии.
Любопытно, почему я это прихватила? Видимо, обдумывала куда свалить после приюта. Блин… Что-то не припоминаю. Ещё немного покопавшись, нашла круглые очки с темно-рубиновыми линзами. Точнее, они были ими когда-то, сейчас же это просто сломанное барахло. Черт, жалость-то какая, они мне нравились. Очки отлично прикрывали темные мешки под глазами. Пока я оплакивала в руках останки от очков, рядом раздался голос Гермионы:
— Я могу их починить.
Она ещё и мастер-оптик? Не успела я удивиться.
— Да? — протянула я с недоверием.
Она достала палочку, указала на очки в моих руках и четко произнесла:
— Oculus Reparo.
Вещица в моих руках ощутимо нагрелась. Сломанные детали встали на свои места, и она стала как новенькая. Я уставилась на вещицу, зависнув на несколько секунд, потом перевела взгляд с очков на неё и так пару раз, не зная, что и сказать. В конце ни к чему не придя, вяло выдала что-то вроде изумления:
— Круто, — и нацепила на глаза.
Как говорится: «только идиоты или сумасшедшие носят темные очки в темное время суток». Ну, не учитывая людей с проблемами зрения. А я эм… получается и то и другое? Весь мир вокруг потемнел и вдобавок покраснел, что не удивительно. Зато, какая-никакая маскировка. Моментально нашла себе тупое оправдание.
— Теперь куда? — раздраженно обронил Малфой, осматриваясь по сторонам.
— Нам нужно найти место для ночевки, Малфой, — устало проговорила Гермиона.
На слова девушки Драко ничего не сказал, вместо ответа он слышно цокнул языком.
— А вон тот не сойдет? — указала я на неоновую вывеску в конце переулка.
— Райские угодья. 24 часа, — прочитала вслух название мотеля Гермиона и тяжело вздохнула.
Я подозреваю, что именно ей не понравилось — предназначение этого милого заведения. На улице, рядом с райскими угодьями, обитали местные. И как полагается антуражу, здесь нужно держать ухо в остро, а добро как можно ближе к себе. Хотя, какое у нас добро…
Гермиона с великой неохотой согласилась. Как и Малфой. Он своим привычным брезгливо надменным взглядом провожал каждого встречного. Такое отношение к себе им вряд ли понравилось, но никто до нас не докопался. Перед тем, как приступить к чему-то неведомому, нам необходимо было перевести дыхание в безопасном, пусть и не в самом благополучном месте необъятной матери Англии. В конце концов не каждый день выпадает заночевать в райских угодьях, ведь так? К тому же Гермиона выглядела сильно изнуренной. Да и сам блондинчик.