Отдам босса в хорошие руки (СИ)

И вот еще. Егор. Ведь он просил оглянуться, говорил, что я сама себе все напридумывала, а вокруг мишура: и Яр, и дом. Мальчик не мог пойти против брата, но пытался предупредить. Потом, когда мы нашли общий язык, он, видимо, надеялся, что у нас с Яром что-то получится. Не получилось. И к лучшему. Вот только Егора жаль. Я привыкла к нему, привязалась, он – родной для меня человечек, но мы вряд ли увидимся. Мальчик в Англии, у него блестящее будущее, а я здесь и для его брата я – шлюха.
Надо же, тоску по ребенку чувствую: а я, оказывается, отходчива и живуча.
И дура – пусть и неприятное, но открытие. Ответ лежал на ладони, но я вслепую бежала за идеальным мужчиной, он ускользал, придумывал свою извечную занятость, а я ждала.
Игрушка в сказочном домике. Говорящая кошка, если вспомнить его жаркий шепот.
И все-таки, как именно они все провернули? Пусть платье из салона изначально дожидалось подходящую невесту Ярославу Самарскому, составляя комплект с его костюмом. Пусть искали девственницу, худенькую, среднего роста, согласную на авантюру. Но как вышли именно на меня? Не подошли, а закинули удочку и выжидали. И ведь не просто так, а на прикормленном месте!
 - Ты что-то вспомнила, - замечает Наталья.
- Нет, просто я теперь знаю, как в мире появляются ясновидящие.
- Рождаются, как все.
- Рождаются, как все, а потом с них встряхивается мишура.
- Как с тебя?
- Ага.
- Ух! – подскакивает на кровати, глаза сверкают лукавством и предвкушением. – Погадаешь?!
- Да нечего тебе гадать: простишь своего сероглазого и выйдешь за него замуж.
- У него трое детей.
- А ты ему родишь четвертого.
- Нет. Не хочу. Он… с ним все сложно.
- Не спорь со мной!
Делает вид, что пугается, и замолкает, только глаза выдают любопытство: расскажу или нет, чем меня озарило. Я, выдержав пять минут, раскалываюсь, и говорю о Ларисе, о нашем разговоре, о трех месяцах без квартплаты, а том, что в клуб меня притащили практически силой, плюсуем ко всему один пустующий столик, бесплатные коктейли от бармена, и вуаля! Наивная невеста для миллионера готова!
- Логично, - соглашается Наталья, - и все-таки что-то не сходится.
- Что?
- Не знаю, что-то крутится в голове и не могу уловить.
Признаться честно, я тоже. Есть какое-то сомнение, а в чем оно заключается… Я чего-то не вижу, что-то не охватила…
- Надеюсь, не придется ждать следующей встряски, чтобы сложить всю картинку, - бросаю свое желание в космос. Это я телевизора обсмотрелась. На днях как раз показывали передачу про вселенную, которая слышат все наши желания. Раньше я бы не поверила, а теперь думаю, что кто-то же сохранил мне жизнь, кто-то вернул, назвав чьим-то счастьем. Он, конечно, ошибся, от меня тоской за версту несет и вряд ли я кому-то буду в радость, но наличие высших сил это не отменяет.
 А Наталья знай себе подхихикивает.
- Надейся, - говорит, - надейся.
И я, не удержавшись от шпильки, в сердцах бросаю:
- И как Матвей тебя терпит?
Каюсь, каюсь, но у нее действительно скверный характер! Ее бы замуж за Ярослава – еще вопрос, кто кого бы таскал за волосы. И обидчивая жуть! Вздохнув, выходит из палаты. Да ну и пусть! Хоть спокойно подумаю, может, и найду ускользающий пазл.
 Только настроилась, только закрыла глаза…
- Извините, к вам можно?
Так с закрытыми глазами и анализирую: мужчина, допенсионного возраста, незнакомый, и мне все равно кто он.
- Сегодня не принимаю.
Понятно же, что человек спит – чего тревожить?
- Злата…
Рефлекс срабатывает, и открываю глаза. Действительно, мужчина, на пенсию явно не собирается – от тридцати до сорока по возрасту, чуть уставший – с дороги, что ли? Ага, вспомнила: я вместе с Натальей как-то наблюдала за ним из окна.
- Матвей? – приподнимаюсь на подушках.
Он моментально оказывается рядом, помогает мне устроиться поудобней, чтобы не потолок, а его рассматривать. Сам оглядывается на дверь, бросает взгляд на часы и снова на меня, и присаживается на соседнюю кровать. Спешит, очевидно.
- Наталья вам обо мне рассказывала?
- Только в общих чертах, - успокаиваю его.
Он понятливо улыбается. А ничего мужчина – приятный и детей любит.
- Я знаю в общих чертах о вас, вы – обо мне. Не против, если поговорим?
Одного поля ягода с Яром – сразу к делу, нахрапом, пока не одумаешься. Вот зря я опять о том, о ком не нужно, вспомнила – и так настроения не было…
- А долго? – кошусь на дверь. - Мне, знаете, болтать еще тяжело.
- Вам и не придется, - успокаивает и сам заметно расслабляется. Его мобильный голосит, но он немилосердно жмет отбой. Устав, отключает звук. – Это должно означать, что я занят.
Я пожимаю плечами – надеюсь, на этом и остановимся в перечне, что там у него что означает. Я на работу к нему не собираюсь, да и в друзья не рвусь. Вот он высокий, среднего телосложения – в принципе, можно сказать, обычный, а какая-то аура у него давлеющая. Зашел и занял все свободное пространство, как порыв сильного ветра. Поверив в аллюзию, хватаюсь за спинку кровати, а то мало ли, мне падать нельзя.
- Так что, только послушать? – пусть бы уже скорее начал и кончил.
Он, изучив мои сжатые пальцы и напряженную позу, кивает.
- И помочь или отказаться, - добавляет.
- А сразу отказаться нельзя?
- Нет, - улыбается по-акульи. – Так я начну?
- Ну, - милостиво соглашаюсь, - давайте.
Наверное, думаю, с Натальей хочет помириться, и хотя я вряд ли сойду за мудрого советчика в этом деле, сам факт тешит мое самолюбие. В любовные отношения других лучше не вмешиваться, но кто придерживается этого правила? Уж очень велик соблазн, вдруг твоего совета послушают и все выйдет, сказать потом самой себе спустя много лет, у камина, за чашкой вина: «Эх, если бы не я…»
И я уже готова вкусить терзания Матвея, и снисходительно и чуть поощряюще ему улыбаюсь, как слышу невероятное:
- Я хочу проучить Наталью.
И если у меня и оставались малейшие иллюзии, что любовь случается, они окончательно испаряются. Смотрю на мужчину как на врага: и надо было ему приходить?! Мне и так на душе скверно, а он…
- Вы знаете…
Могла бы встать и была посильнее – подвела бы к двери, развернула задом и пинка бы, с отпечатком презирающей его стопы на обтягивающих джинсах. Зачем упаковывать себя в вещи на два размера меньше? Жира нет, признаю, но остальные части тела слишком выпирают!
- Я люблю ее.
Наверное, мое лицо сдает мое удивление, потому что мужчина повторяет:
- Вы не ослышались. Я люблю Наталью, несмотря на ее невыносимый характер, привычку держать все в себе и верить слухам, утверждающим, что она мне не нужна.
- И именно поэтому хотите проучить?
- Да, - он ничуть не смущен моей колкостью. – Иначе она уйдет.
- У вас все запущено.
- А кому легко? Мне очень нужна ваша помощь, Злата, очень. Наталья хочет уйти, она думает, я об этом не знаю. Если я начну догонять – она побежит дальше. Поэтому я дам ей уйти, но мне нужно знать ее отходные пути на случай… если она не вернется.
Никогда не видела мужчину, который бы открыто признавался в чувствах. Наверное, это и подбило меня согласиться ему помочь. Это, а еще их история любви. Наталья уже не раз, не зная того, убегала от Матвея. Встречалась то с одним парнем, который и мизинца ее не стоил, то с другим. Ребята были между собой друзьями и оба, договорившись, отошли в сторону. Дескать, потому что оба любили. А по сути – оба ее бросили. У них строилась новая жизнь, а Наталья так и металась мыслями в прошлом, пока Матвей, - он, к счастью, приходился ее непосредственным руководителем, - не перевез ее в свой город. У нее не было шансов не влюбиться в него, и как он радовался, когда она, вопреки его статусу женатого, и вопреки слухам, которыми живет каждая фирма, была с ним. Но однажды поверила не ему, и сейчас, как заяц, мчится, заметая следы. А ведь ее ждут. Ее любят. Нужно просто подтолкнуть в правильном направлении.