Моё сердце знает

— Где нам найти столько магов? — закусила губу я, озвучивая вопрос, которым сейчас озадачился каждый в этой комнате.
— Можно попросить Канона и Эндрю. Но этого мало, — нахмурился Эрим. — Канон — мой друг и если его попрошу я, то он не откажет.
— А Эндрю приставлен следить: чтобы никто не протягивал свои руки в сторону Асми, — недовольно буркнул Кайл.
— Так вот: почему с тобой носятся прихвостни Аргуса. Он против? — обратился ко мне Эрим.
— Нет, не против. Долго объяснять. Но он неправильно выразился и теперь парни не подпускают Кайла ко мне, — ответила ему. — А как им доказать обратное: понятия не имею. И все должно происходить так: чтобы они ни о чем не догадались.
— Меня и Канона будет мало. Да и ты — полукровка… Где нам найти еще четверых?
— Троих. Я — маг земли, — откликнулся Найрис.
— У меня есть две младшие сестры, они унаследовали от матери дар и являются стихийницами воды, но они в Ласантии, — отозвался Кайл.
— А сама твоя мама не поможет? Она ведь будет заинтересована… Хм… — осекся алхимик. — Родство с Ос-Райвиель, конечно, заманчиво… Но вдруг советник так разозлится: что обоих вас изгонит из рода?
Пока мужчины рассуждали: у меня в голове крутилась мысль вокруг принцессы Эриаль. Я не могла ее оформить, но почему-то мне казалось: что я знаю выход.
— Эрим, как-то принцесса сказала: что многие не одобряют ее выбор супруга. Почему? — уставилась я на эльфа.
— Потому что Андриан — человек и не обладает магическими способностями. Эриаль — маг земли. Она могла выбрать кандидатуру более достойную: чем ваш принц.
— И король Разард не был против такого союза?
— Он уже удачно женил двух старших братьев нашей принцессы — поэтому: родовая ветвь укреплена, и он сделал послабление для младшей дочери. Все же чистокровные эльфы очень редко влюбляются…
После его слов я ощутила: как Кайл еще крепче притиснул меня к себе.
— С одной стороны магиня-полукровка, а с другой — чистокровный эльф. Кайл разделит со мной свое долголетие, а я — предоставлю возможность появления наследников-магов. Как вы думаете: это уравновешивает нас?
— Перевес в твою сторону. Твой род очень древний, он исходит из королевской ветви. Процент появления на свет наследников-магов очень велик. Твоя ценность как невесты высока, — отозвался Эрим. — Но ты уверенна: что Кармал простит вас и оставит в роду?
— Меня поддержит Аргус. Он заступится за меня перед отцом — я знаю. Есть у меня одна идея… Прикройте меня перед четверкой, скажете: что мне нездоровится.
— А как вы собираетесь пожениться у них под носом? — спросил Эрим.
— Полог невидимости плюс снотворное, — пожал плечами Найрис.
— А браслеты? — не унимался эльф.
— Демоны! Как и где нам их купить?! — растерялась я.
— Я могу заняться этим. Перенесусь в ближайший город и куплю, — улыбнулся наш союзник.
— Купи для нас арузы. Сейчас дам денег, — Кайл потянулся к моему халату под веселые смешки парней.
— Не доверяешь? — нахмурилась я.
— Глупая, — набросил он одеяние на себя, запахнулся и встал с постели. — Ты же воздушница, Асмодея. Дай мне хоть подобие контроля своего личного ветерка, — подмигнул он мне и оба эльфа покинули мою спальню.
«Вот ведь… Ревнивец!». Арузами назывались парные магические браслеты для скрепления брачных уз. Если один или оба из будущих супругов являлись магами — то на церемонии эти браслеты из материального состояния переходили на кожу, образуя татуировку. А еще эта магическая метка по принципу маячка позволяла супругам знать о месторасположении друг друга. Окружающие частенько посмеивались над теми: кто их покупал, называя ревнивцами. Ведь обычный обручальный браслет можно было снять, а татуировку — нет.
— Не буду тебе мешать, — все еще улыбался Найрис, покидая спальню.
Я хлопнула дверью и принялась приводить себя в порядок. Переодевшись в форму телохранителей и вооружившись, я наскоро заплелась и поспешила вслед за другом. В столовой уже завтракала вся троица заговорщиков, и я присоединилась к ним.
— Асми, я сейчас схожу к храмовникам и договорюсь с ними: пусть готовятся к ритуалам в эту ночь, — прошептал Найрис.
— А мы успеем все подготовить?
— Браслеты — да, — отозвался Эрим.
— Снотворное — да, — подтвердил алхимик.
— Свита занята расследованием, я пригляжу за ними: чтобы они не отвлекались, — сказал Кайл.
— Хорошо. Где мое успокоительное? — обратилась я к напарнику.
— Нигде. Ты больше не можешь его пить. Попытайся держать свои нервы в коробочке.
— Не поняла… Почему?
— Ты и вправду не понимаешь? — вздернул бровь Найрис, а я отрицательно покачала головой. — Ты же можешь быть беременной.
Помещение огласил звонкий стук выпавших вилок из моей руки и рук эльфов.
— Мне только этого еще не хватало! Я совсем про это забыла! А ты можешь изготовить…
— Не могу. За противозачаточным надо было обратиться ко мне заранее, а не постфактум, — развел руками алхимик.
— Демоны! График постельных утех я еще не составляла, — Эрим хмыкнул, а Кайл задумчиво меня разглядывал. — Что?
— Найрис, что будет с Асми без твоего зелья? — спросил мой жених.
— Не знаю: все слишком изменилось. Во-первых: отказываться от зелья надо было постепенно, а не обрушивать на себя все сразу — может стать еще хуже: чем было; во-вторых: она слишком мало его принимала — оно может вообще не помочь, и она снова станешь жалкой копией самой себя; а в-третьих: как она будет работать в таком состоянии? — нахмурился напарник. — Но делать нечего: в состав моего зелья входит слишком много компонентов, которые способны навредить возможному плоду.
— Найрис, а что со мной делало твое успокоительное?
— Что-то не так? Что ты ощущаешь? — нахмурился парень.
— Что я должна ощущать? Скажи мне, демоны тебя дери, что за эффект у твоего пойла?! — начала терять терпение я.
— Оно должно частично гасить твои глубокие эмоции. Ты сильно тосковала по Михаэлю — мне пришлось придумать то: что немного притупит твои чувства, — виновато смотрел он.
— Я снова стану нормальной?
— Нормальной? Ходячий труп — это, по-твоему, нормально?
— Но у меня есть Кайл.
— А вот насколько сильно ты любишь его — мы и увидим.
— Что ты хочешь сказать?
— Не хочу, а говорю прямо. Надеюсь: что твои положительные эмоции к Кайлу сотрут в ноль тоску по Михаэлю.
— Замечательно! От кого-кого, но от тебя я никогда не ожидала услышать слово: «надеюсь», — глубоко вздохнула я, поднимаясь из-за стола. — Встретимся позже.