Тьма внутри каждого из нас (СИ)
— Давай полежим так ещё немного! — Конг повернулся, подтягивая старшего к себе. — Так хорошо…
— Ох! — Артит вывернулся из-под тяжёлой руки и соскользнул с кровати, но вместо ног, оказался сидящим на коленях на полу. Сзади всё пульсировало и пекло, а через пару мгновений он почувствовал, как по его бедру что-то потекло. — Ты! Ты! Ты!
Пхи’ ткнул трясущимся пальцем в развалившегося на кровати первокурсника.
— Ун, что-то случилось? — Он оторвал голову от подушки и увидел, что старший сидит на полу с выпученными глазами и непонятным выражением лица.
— Конгфоб, ты использовал защиту?
— Нет. А зачем? Я — чист. Ты тоже… В чём проблема-то? — Глаза старшего загорелись нехорошим блеском и, опираясь на кровать, тот поднялся на дрожащие ноги. — Пхи’! В чём проблема? Пхи’?
Конг недоумённо смотрел на передвигающегося вразвалочку старшего, медленно двинувшегося по направлению к ванной. Пхи’ ему не отвечал и даже не оборачивался, когда его звали. У младшего не осталось иного выхода, кроме как оторваться от кровати и заглянуть в приоткрытую дверь.
Лучше бы он этого не делал. В просторной душевой кабине широко расставив ноги и до предела прогнувшийся в пояснице, его Пхи’ проталкивал в себя пальцы и доставал их обратно, уже перепачканными и скользкими. Шум воды давал Конгфобу возможность оставаться необнаруженным наблюдателем столь эротичной картины ещё долгое время, но внутренний зверь, спущенный с поводка, заинтересованно поднял голову и потянул своего хозяина прямо под упругие струи.
Чужое присутствие Артит заметил только в тот момент, когда внутри его тела чужие пальцы столкнулись с его собственными, мягко оглаживая натёртые и болезненно сокращающиеся стеночки.
— Конг? –Скорее простонал, чем проговорил Ун, когда длинные пальцы зацепили ту точку, посылая волну возбуждения по всему телу.
— Так вот почему ты злился… Прости! Не подумал, что тебе будет неудобно и неприятно…
— Теперь ты знаешь! Так что будь добр, в следующий раз пользоваться презервативами! — Арт развернулся, подставляя под душ полыхающее лицо.
— Но, Ун, это была самая эротичная картина, которую я только видел. — Он в последний, контрольный, раз скользнул внутрь и, убедившись, что пальцы остались чистыми, прижал старшего к груди, старательно помогая ему намыливаться. — Ты же позволишь мне увидеть её ещё раз?
Артит молчал, застыв истуканом под настойчивыми поглаживаниями, и сверкая красными ушами…
После водных процедур никто из них не лёг спать: младший принялся убирать разворошенную кровать, снимая грязное бельё, а Артит спустился на кухню, чтобы заняться лёгким перекусом.
Внизу, улёгшись на прохладную столешницу, сидел Прэм, а Нонг’Вад заваривал крепкий чай на двоих.
— Вы чего тут? — Артит аккуратно присел на мягкий стул и благодарно кивнул Нонг’у, протянувшему собственную кружку с горячим напитком.
— У Пха’Прэма начался отходняк. Теперь он не может уснуть и не даёт спать мне! — Нонг’Вад ущипнул Пха’, заставляя его приподнять тяжёлую голову, и подсунул ему под нос чашку с травяным чаем. — А вас, я так понимаю, можно поздравить?
— Не понимаю, о чём ты, Нонг’Вад! — Артит смущенно опустил глаза и скрылся за большой кружкой.
— Я говорю про смену вашего, с Конгом, совместного статуса, Пхи’Ун. — Нонг’Вад стрельнул глазами в сторону входа и вновь обратил внимание на старшего. — Или между вами ничего не произошло после сегодняшней сцены?
— Мы с Пхи’Уном теперь вместе! — Довольный Конгфоб обнял со спины своего новоявленного парня и потёрся своей щекой о чужую щёку. — Теперь по-настоящему! Правда, Ун?
Тот неопределённо пожал плечами, но высвободиться из объятий не пытался, позволяя себя обнимать. В какой-то момент Конг переместился на соседний стул, положив ладонь на колено старшего, слегка его поглаживая, и выжидательно посмотрел на Нонг’Вада.
— Нет.
— Ну, Вад!
— Нет. Это твой дом! Вот встань и сделай себе чай сам!
— Жёнушка, не кричи! Бошка трещит… — Прэм сполз со стола на колени своего парня, обнимая его со всей силы.
— На! Успокойся. — Арт подвинул свою кружку к младшему и поднялся, чтобы сделать себе ещё.
— У меня такой заботливый парень! — Конг мечтательно улыбнулся, обхватывая тёплую кружку руками. Внезапно в его волосы зарылась чужая рука и он обернулся. Сзади стояла мама, ласково улыбаясь представшей перед ней картине.
— Доброе утро, мальчики! — Пхи’Санни опустилась на подвинутый ей стул и поплотнее запахнула лёгкий халатик. — Ай’Ун, солнышко, сваришь мне кофе?
— Может, вы вернётесь ко сну, Пхи’? Ещё слишком рано. — Артит сам зевнул от этого предложения, переведя поплывший взгляд на часы. Электронное табло мелькало неоновыми числами: «5:52». — Почему вы встали так рано?
— Ох, Ай’Ун! Когда у тебя трое родных детей, плюс один приходящий, и ещё муженёк с нестабильным графиком работы, привычка рано вставать, въедается на подкорку.
— Арт привык спать пока дают! — Прэм наконец отлепился от своего младшего, выпрямляясь на стуле, и умоляюще смотря на друга. — Можно мне тоже твой фирменный кофе? Прости, Вад, но сейчас меня реанимирует только он. Не понимаю, как человек, который не пьёт кофе, может настолько вкусно его готовить!
— А я тебя уже много раз предупреждал, что тебе нужно научиться, наконец, себя контролировать, когда ты пьёшь!
— Ай’Ун, не нуди!
— Ай’Прэм, ты совсем страх потерял? –Артит с грохотом опустил чашку перед сонным другом. — Не забывай, что это мне постоянно приходится тащить твою бесчувственную тушу обратно в общагу!
— Не переживай, теперь сия почётная роль достанется твоей невестушке, правда, Нонг’~? — издевательски протянул Прэм вдыхая бодрящий аромат.
— Конгфоб, как думаешь, если мы вернёмся втроём, а не вчетвером, кто-нибудь расстроится?
— Пхи’Санни? — Артит удивлённо посмотрел на схватившую его женщину.
— Ай’Ун? — Пхи’Санни перевела недоумённый взгляд на свою руку, судорожно вцепившуюся в руку молодого человека напротив. — Ой, прости! Я наверно задумалась…
Она тут же отпустила его ладонь и взяла небольшую чашечку, отпивая горький напиток.
— Ай’Ун, неужели ты совсем не пьёшь кофе? Как же ты тогда его готовишь? — Пхи’Санни была удивлена насыщенностью вкуса тягучего напитка.
— Не знаю, Пхи’! Меня когда-то давно учила наставница, но я так и не смог привыкнуть к его вкусу… — Артит вернулся к своему месту, но не успел он присесть, как сильные руки притянули его на колени младшего.
— 0062, Нонг’Конгфоб, какого чёрта ты творишь? — Зашипел Артит, царапая чужие руки на своей талии в попытке высвободиться из их захвата.
— Ой, да ладно вам, мальчики! Не стесняйтесь! Вы же дома, в кругу близких! — Пхи’Санни встала, чтобы вернуться к себе. –Кстати, завтрак будет минут через сорок, так что можете пока чем-нибудь заняться.
— Может, пойдём и поваляемся, Пхи’? — Конгфоб был похож на большого ленивого кота в этот момент, пытающегося привлечь к себе внимание доброго хозяина.
— Может посмотрим какой-нибудь фильм все вместе?.. — Артит перестал выворачиваться из плотного кольца, обхвативших его рук, и обернулся на их обладателя в поисках поддержки.
— Пхи’Прэм, Вад, что скажите? — Улыбка будто приклеилась к лицу Конгфоба от того, как мило Ун искал у него поддержки и помощи. Пусть он продолжает так делать и тогда он совсем скоро станет полностью зависим от младшего.
Ранним утром субботы группа парней вповалку разлеглась на разложенном диване в небольшой гостинке перед широкоэкранной плазмой. На экране шла «лёгкая» драма с тяжёлым подтекстом — «Хорошо быть тихоней» и прекрасная Эмма Уотсон с не менее восхитительным Эзрой Миллером заставляли задуматься о сложном и важном, но при этом не окунуться в депрессию с головой.
С кухни раздавался стук ножа и тихий голос подпевал попсовому радио. Мирно гудел телевизор, показывая всю сущность подростковых будней. На большом кожаном диване посапывала четвёрка парней, прикрытая цветастыми пледами. А в кресле напротив сидел статный мужчина в домашнем костюме и пил крепкий-крепкий чай, периодически переводя взгляд с спящих парней на происходящее на экране и обратно, ехидно щуря глаза и кривя губы.