Наследие (ЛП)

Официально это было уже слишком.
Но…
Возможно, он тоже был прав.
Она была сильной и находчивой.
И она не собиралась отступать.
Последние несколько лет она училась концентрироваться на нескольких задачах одновременно. Она овладела искусством многозадачности в совершенстве.
Поэтому позволила ему вывести себя и своих телохранителей на залитый солнцем луг и вытащила из-под туники домашний кристалл. Она должна была быстро уйти оттуда, прежде чем он уловит проблеск нового плана, формирующегося в ее голове.
Если он не скажет ей, кто ее генетические родители, она сама найдет ответ.
Глава 2
— Ну и как все прошло? — крикнул Грэйди, когда Софи и ее телохранители, сверкая, появились на усаженной цветами дорожке в Хевенфилде… и Софи потребовалась секунда, чтобы заметить своего приемного отца, стоящего возле загона трицератопса, вместе с приемной матерью Эделайн.
Хевенфилд был одним из реабилитационных центров для Святилища, поэтому там всегда было множество причудливых животных, бродящих по пышным пастбищам, которые простирались до крутых океанских утесов, граничащих с поместьем. А одно из любимых созданий Софи прыгало вокруг Грэйди и Эделайн на дрожащих ногах, хлопая крыльями с синими кончиками и тряся блестящей гривой.
Винн был не просто очарователен. Он был поистине чудесным ребенком, поскольку он и его сестра-близнец Луна были первыми аликорнами, родившимися в Затерянных городах. А с их рождением почти двумя неделями раньше, они удвоили популяцию своего вида, находящегося под угрозой исчезновения, и сбросили шкалу вымирания. И младенцы, и их мама пережили невероятно рискованные роды только благодаря помощи троллей и Лузии Васкер… что было одной из причин, по которой Совет продолжал бороться, чтобы найти правильное наказание за то, что случилось с незаконным ульем в Эверглене.
Грань между героем и преступником иногда была очень размытой.
— Для чего все это? — спросила Софи, указывая на большую катушку светящейся проволоки, которую Грэйди держал в руках, и набитый мешок, который Эделайн перекинула через плечо.
Грэйди кивнул подбородком в сторону Винн.
— Гномы помогают нам, малышам-аликорнам, защитить вольер с горгодоном, поскольку этот парень, похоже, считает горгодона своим новым лучшим другом, и оказывается, что он достаточно тощий, чтобы протиснуться сквозь решетку.
— У меня чуть не случился сердечный приступ, когда я обнаружила его бегающим туда-сюда сегодня утром, — добавила Эделайн, когда Винн, заржав, попятился назад.
— С ним все в порядке? — спросила Софи, подбегая и обыскивая серебристое тело Винна в поисках следов травмы.
— С ним все в порядке, — заверила ее Эделайн, поглаживая лоб Винна в том месте, где из его дикой гривы торчал рог. — Не спрашивай меня как, но на нем не было ни царапины.
Софи тоже не могла этого понять. Горгодон был последним из мутантных гибридных зверей, которых леди Гизела создала в качестве жутких сторожевых собак для своей версии объекта «Наступления Ночи». Наполовину флареадон, наполовину горгонопс, наполовину эвриптерид и наполовину аргентавис — он был огромным, уродливым и смертельно опасным. Он мог летать, дышать под водой, у него были огромные когти, клыки и жалящий скорпионий хвост. Гномы всегда чинили гигантские дыры в прутьях от зверя, бьющегося о клетку… и время кормления было очень сложным.
— Этого действительно будет достаточно? — спросила Софи, хмуро глядя на светящийся провод. Он выглядел таким тонким, что ей казалось, что даже ее слабая правая рука может согнуть его.
— О да. — Грэйди потряс катушку, наполняя воздух звоном, который напомнил Софи звон колокольчиков. — Это железо, закаленное люменитом. Даже разъяренный Тираннозавр не смог бы его сломать.
— Но ты также можешь сообщить Силвени, чем занимался ее сын, — предложила Эделайн. — Винн уже трижды пытался прокрасться к горгодону с тех пор, как я выманила его оттуда, и думаю, что хорошая длинная мамина лекция вселит в него настоящий страх.
Софи кивнула.
Одним из многих уникальных аспектов ее усиленной телепатии была способность общаться с животными… и Силвени было особенно легко понять, потому что Черный Лебедь свободно моделировал генетические усовершенствования Софи, основываясь на ДНК аликорна. Ей почти хотелось рассказать об этом сватам и посмотреть, заставит ли это их решить, что ее биологические родители не имеют значения, поскольку ее гены были так сильно изменены. Это показывало, в каком отчаянии она была, если стать «лошадиной девочкой» — по официальной записи — вдруг звучало привлекательно.
— Все в порядке? — спросила Эделайн, ее бирюзовые глаза сузились, а тонкие брови сошлись на переносице. В последнее время она часто так смотрела на Софи. С тех самых пор, как Софи вышла из офиса подборщиков пар с пустыми руками. И у Софи было такое чувство, что ее родители догадались, что что-то случилось в Атлантиде, но она надеялась, что их теория была связана с тем, что она передумала регистрироваться и была слишком смущена, чтобы признать это.
Она была полна решимости избегать выяснения ситуации как можно дольше.
— Ты не ответила на вопрос Грэйди о том, как все прошло с мистером Форклом, — напомнила ей Эделайн.
Софи пожала плечами.
— Это был мистер Форкл. Как ты думаешь, как все прошло?
Грэйди ухмыльнулся.
— Так плохо, да?
— В значительной степени. — Она рассказала им о странном яйцеобразном офисе, трехмерной карте Затерянных городов и теории мистера Форкла о том, что гномы — следующая цель Невидимок, но не смогла заставить себя повторить его опасения насчет Тама. Она также решила не упоминать о том, что на нее и ее друзей могут напасть гораздо более лично.
— Это больше информации, чем он обычно дает тебе, — заметила Эделайн, когда Софи закончила.
— Знаю. Но… все равно, кажется, что мы сузили круг подозреваемых с миллиона до тысячи… и это при условии, что мистер Форкл прав.
— Думаю, да, — ответил Грэйди, сосредоточив взгляд на какой-то невидимой точке вдалеке. — Это объяснило бы кое-что из того, что я выяснял у гномов.
— Что именно? — спросила Софи, взглянув на Эделайн, которая выглядела не менее любопытной.
Грэйди выдохнул, отбросив со лба несколько прядей светлых волос.
— Не знаю, скольким мне позволено делиться. Мои задания были засекречены… и я не говорю, что не расскажу, так что не надо так на меня смотреть, детка. Я просто думаю, что мне следует сначала поговорить с Советом, чтобы избавить нас от многих драм. Я отправлюсь в Этерналию, как только удостоверюсь, что Винн не сможет стать закуской горгодона.
Винн заржал в знак протеста.
— Мы с гномами можем закончить без тебя, — предложила Эделайн, протягивая руку за пучком светящейся проволоки.
Грэйди отвернулся.
— Это гораздо тяжелее, чем кажется.
— Ну и что?
Когда он по-прежнему не протянул моток ей, Эделайн щелкнула пальцами, заставляя катушку исчезнуть. Эделайн была Фокусником, поэтому она могла таскать вещи взад и вперед через пустоту… или прятать что-то в пустоте и вытаскивать обратно, когда ей было нужно.
Второй щелчок сделал то же самое с мешком, висевшим у нее на плече.
— Надо было подумать об этом раньше, — сказала Эделайн, приглаживая свои янтарные волосы. — Иногда я забываю, что не обязана делать все так, как все остальные.
Софи иногда сталкивалась с той же проблемой. Не всегда казалось естественным полагаться на свои способности… и она еще хуже помнила, что нужно использовать все свои эльфийские навыки. Такие вещи, как телекинез, левитация, каналирование, видение в темноте, контроль дыхания и регулирование температуры тела, были подвигами, на которые был способен каждый эльф. Но в их мире так много внимания уделялось особым способностям, что люди редко использовали свои навыки — или даже думали о них — и это оказалось опасной ошибкой. Особенно с тех пор, как Невидимки заставили своих членов тренироваться в навыках каждый день.