Наследие (ЛП)

Но тени заострились и растянулись. Отрастили когти и клыки.
— Флори! — крикнула она, никогда так не радуясь тому, что верный гном стоит у ее двери.
— Что случилось? — спросила Флори, бросаясь к Софи.
Софи свернулась калачиком, обнимая Эллу — ярко-голубого слона в гавайской рубашке, которого привезла из своей человеческой жизни.
— Мне нужно, чтобы ты спела ту песню, которую написала, чтобы утихомирить эхо.
У Флори явно было много вопросов, но она ничего не сказала, когда потянулась к лицу Софи, нежно проводя пальцами по ее щекам и напевая первые ноты мелодии. Она пела стихи на древнем, земном языке, который проникал под кожу Софи, становясь теплым и чудесным, когда каждый куплет погружался в ее разум и сердце. И когда воздух наполнился сладким цветочным ароматом, ей показалось, что солнце взошло внутри нее, растапливая холодную темноту и наполняя ее покалывающим светом.
— Помогло? — прошептала Флори, изучая Софи встревоженными серыми глазами.
— Да… думаю, да. — Софи согнула пальцы на правой руке, чтобы проверить, не болит ли она, и вздохнула с облегчением, когда боли не было… и слабость, похоже, не усилилась. Но по мере того, как угасало последнее тепло песни, в девушке поселилась глубокая усталость, заставляющая желать зарыться под одеяло и впитывать сладкий, пьянящий аромат цветов, растущих на балдахине до конца дня. Каждый из четырех видов цветов вдохновил часть текста для исцеляющих стихов, и виноградные лозы стали намного более ароматными с пением Флори.
Но сообщение Тама оставило эхо другого типа… того, где слова продолжали грохотать в голове, выбивая из нее колющие осколки беспокойства. И хотя мозг хотел взбунтоваться — хотел закричать, что произошло какое-то ужасное недоразумение — он также продолжал повторять то, что мистер Форкл сказал о Таме ранее.
Они собираются использовать его, чтобы ударить по тебе там, где ты наиболее уязвима.
— Полегче, — предупредила Флори, когда Софи с трудом поднялась на ноги.
— Что происходит? — спросил Сандор, схватив Софи за плечи, чтобы помочь устоять.
— Пустяки, — заверила она его.
— Это не пустяки, — мягко сказала Флори. — Что-то всколыхнуло твое эхо.
— Да, но ты меня вылечила. — Она сверкнула благодарной улыбкой, и Флори улыбнулась ей в ответ зелеными зубами.
Но Сандор не дал Софи отстраниться.
— Куда это ты собралась?
— Мне нужно поговорить с Кифом.
Его челюсти сжались с яростным щелчком.
— Что этот мальчик натворил на сей раз?
— Ничего. — Все ее телохранители выглядели подозревающими… что было справедливо, учитывая тот хаос, который Киф вызвал за эти годы. — Я серьезно.
— Ты была в полном порядке… а потом начала показывать свои телепатические фокусы и вдруг стала умолять Флори о помощи, — возразил Сандор. — Не жди, что я поверю, будто между ними нет никакой связи.
— Они связаны, — признала Софи. — Но я разговаривала не с Кифом.
— Тогда с кем ты разговаривала? — крикнул Бо с порога.
Софи вздохнула, понимая, что правда будет стоить ей драгоценного времени. Но когда она снова попыталась вырваться, Сандор был слишком силен.
— Я… говорила с Тамом.
Сандор сжал ее крепче и отклонился, изучая ее с головы до ног, будто искал повреждения.
— Что этот предатель сделал с тобой?
— Ничего!
— Перестань использовать это слово в качестве ответа на все вопросы! — огрызнулся он.
— Но ведь это правда! И он не предатель! — Она вывернулась из его хватки… гнев вернул ей силы. — Ты же знаешь Тама. Как ты можешь так его называть?
И все же, даже задавая этот вопрос, она слышала, как мистер Форкл говорит ей, что есть очень мало вещей, которые мистер Там не сделал бы, чтобы защитить свою сестру.
И это даже не принимало во внимание, как теневой поток мог повлиять на него.
Она не забудет остроту его мыслей — или холод — в течение очень долгого времени.
— Как твой телохранитель, я должен рассматривать любого, кто решит жить с врагом, как предателя, — настаивал Сандор. — И то, что он сделал с тобой сегодня, доказывает, почему это различие необходимо.
— Он ничего не сделал, — возразила она, цепляясь за напоминание железной хваткой. — Он использовал теневой поток, чтобы передать важное предупреждение — с огромным риском для себя. И я думаю, что то, что осталось от моего эха, отреагировало на это. Это не так уж и важно.
— Это очень важно, — возразил Сандор. — Он должен был предвидеть, что такое случится, и…
— Ну, он этого не сделал, — перебила она. — Или… может быть, он так и сделал и решил, что стоит рискнуть… то же самое сделала и я, когда связалась с ним телепатически.
Она изо всех сил старалась не думать о том, что Невидимки могут сделать, чтобы наказать Тама за их разговор. Надеялась, шоу, которое устроил Там, убедит Гезена в том, что он остался верен им.
— И хорошо, что мы поговорили, — добавила она, — потому что мистер Форкл был прав. Невидимки планируют использовать Тама для кое-чего. Вот почему я должна поговорить с Кифом.
Сандор преградил ей путь, когда она направилась к двери.
— Если хочешь, можешь вызвать мистера Сенсена к себе. Но ты останешься здесь. И ты возвращаешься в постель.
Софи покачала головой.
Это был не тот разговор, который она могла вести через крошечный карманный экран. Она должна была быть там лично, чтобы убедиться, что Киф действительно слушает… и чтобы он не мог отключить свой передатчик, если они начнут спорить.
И крепко обнять его, если он тоже будет нуждаться в этом.
— Я отдохну, когда вернусь, — пообещала она.
— Возможно, нам стоит посмотреть, как твоя мать отнесется к этому плану, — возразил Сандор, снова преграждая ей путь. — Ты действительно думаешь, что она хотела бы, чтобы ты покинула эту комнату после того, как близко подошла к своему выздоровлению?
Он был прав.
Но Софи не могла позволить, чтобы с ней сейчас нянчились.
— Я знаю свои пределы. Я бы не пошла, если бы не могла справиться с этим.
Сандор фыркнул.
— Верно, потому что ты никогда не давишь на себя слишком сильно.
— Может быть, ты объяснишь мне, что это за такое срочное дело, — предложила Флори, когда Сандор снова преградил Софи дорогу, та всерьез задумалась о том, чтобы пнуть его в голень. — Что такого тебе нужно сказать мистеру Сенсену, и что не может подождать до утра?
Ужасное предупреждение Тама застряло у Софи в горле, и она знала, что у нее не хватит сил повторить эти слова еще раз. Поэтому она потянулась к вискам, притворяясь, что чувствует слабость, и подождала, пока Сандор не придвинулся, чтобы поддержать ее, а затем пронеслась мимо него в поразительно грациозном движении, учитывая ее постоянную неуклюжесть.
— Видишь? — крикнула она через плечо. — Я в порядке!
Бо поднял руки, чтобы забаррикадировать дверь, но Софи нырнула под него, заработав множество рычаний, когда мчалась вверх по лестнице к сверкающему куполу четвертого этажа Хевенфилда, который существовал в основном для размещения большого сверкающего шара, свисающего с потолка, составленного из сотен маленьких круглых кристаллов, свисающих с почти невидимых шнуров.
Прыжокмастер 500.
Ни один из кристаллов не доставит Софи туда, куда ей нужно, но это не было причиной, по которой она туда отправилась.
— Ни в коем случае! — проревел Сандор, когда она подошла к самому большому окну и щелкнула задвижкой, чтобы открыть его. — Сегодня ты не спрыгнешь ни с одной башни.
— Я не планировала прыгать.
Четвертый этаж, вероятно, был недостаточно высок, чтобы придать ей импульс, необходимый для телепортации, поэтому сначала ей придется пролевитировать выше. Обычно она спрыгивала с одного из утесов на краю поместья, но тут было ближе и быстрее… или могло бы быть, если бы перед ней не толкались два телохранителя размером с гориллу, образуя стену непробиваемых мускулов.
— Говори. Мне. Что происходит? Сейчас же! — потребовал Сандор.