В 6 (СИ)
— Я… — он кажется удивился. — Да как ты смеешь меня не узнать, холо… В смысле Герцог! Я Граф Валерий Петрович Лапушкин! И однажды ты уже был бит моей рукой, позорно бежав с места нашей дуэли!
— Чего… Лапушкин? Эм… Певец-ртом? Протеже старушки Пугачихи? — переспросил я спрыгивая со спины кентаврихи, потому как слышал уже эту фамилию и тут вспомнил златокудрого худенького «Аполлоншу», Нинкиного ухажёра, которого встретил в прошлом году, когда в первый раз наведывался к ней встречать у учебного здания дип-корпуса. — Графин! Ма-а-ать! Ты что чудик с собой сотворил? Кстати, а когда это я: «был бит твоей рукой?» Ты сам прошлый раз свалил, только узнав от Нинки, что я учусь на военке!
— Ха-ха-ха! — заливисто рассмеялся уродец, в которого превратился красивенький мальчик. — Я же говорил, что ты лжец! Это ты тогда сбежал, испугавшись сражаться! Но это ничего! Ты больше не спрячешься на своей военной кафедре, потому что я! Валерий Лапушкин, усердно тренировался и теперь сам тренировался всё это время и теперь сам состою на Военной Кафедре! И не в каких-то там паршивых преторианцах, а в третьей гвардейской группе! И я бросаю тебе вызов на дуэль за руку и сердце прекраснейшей и несравненнейшей…
Я тяжело вздохнул. Неужели этот чудик думает, что во-первых я его не отпинаю, а во-вторых… Ну это каким идиотом нужно быть чтобы думать, что мой будущий тесть позволит расстроить планы на нашу с Ниной свадьбу! Это то что же, у него все родственники такие же? Не могли объяснить это пародии на человека…
— …Великолепнейшей и умнейшей, прекраснейшей…
— Повторяешься, — ещё раз вздохнув, вставил я.
— …Гересте! — с придыханием закончил он. — Так что — дуэль Герцог! Только Деэль во славу моей любви!
— Чего… — хором со слегка офигевшей от такого поворота ученицей, воскликнули мы.
— О — любовь всей моей жизни! — почти пропел качок, бухаясь на одно колено перед попятившейся от него кентаврихой. — Только увидев вас, скачущей по полям возле моей усадьбы, я сразу понял, что это судьба. Ваши развевающиеся чёрные как смоль волосы, стройные ноги и прекрасное платье… Любовь с первого взгляда поразила моё сердце, и оно больше не может биться. А сейчас, когда я увидел, как вы везёте на своей прекрасной спине этого человека, я просто больше не мог сдерживаться!
Слушая разглагольствования Лапушкина я глядел на отступающую задом Гересту, что для неё, как вообще-то и для настоящей лошади — дело не простое! Даже после всех наших тренировок.
Если подумать, то один из особняков Лопатиных, бывший этим летом резиденцией моей Зайки — действительно находиться неподалёку от имения Лапушкиных. А моя копытная ученица, едва её доставили вместе с совухом к нам в дом.
Вот моя ученица, охреневшая от качества и силы современных блочных луков, а особенно от дорогих охотничьих образцов, развлекала себя тем, что вместе с всё тем же межвежутью, днями носилась по лесам и полям. Изображая из себя то ли Артемиду, то ли Диану, а может быть обоих этих дам, вместе взятых, благо вроде бы это одна и та же личность. Зато на ужин у нас этим летом почти всегда была свежая дичь! Благо в компании с магессами, а особенно богиней ни каких паразитов или инфекций можно было не опасаться.
Кстати Иви, вооружившись так чем-то полюбившейся ей мощной пневматической винтовкой «Baikal MP-888S Sniper», иногда присоединялась к этим забавам. И тогда они уже на пару с ушастой изводили зверушек по истине промышленными темпами. Совершенно не понимая, по какой такой причине остальные девочки не испытывают ровным счётом никакой страсти к охоте. И как это вообще может быть: «Птичку жалко…»
— Учитель! Спасите меня от этого гномо-орка! — взвопила наконец копытная, в панике попытавшись спрятаться за меня. — Я его сейчас… копытом!
— Не возражаю, — устало произнёс я, качая головой.
И она действительно выпрыгнув из-за своего укрытия, постаралась аккуратненько лягнуть Лапушкина передней ногой. Вот только… я даже с интересом вздёрнул одну бровь, когда кажущийся неуклюжим качок, вдруг ловко поймал копытце и смачно так поцеловал. Словно бы старый извращенец, ручку барышни на очередном приёме. Мои девочки, которым часто приходилось терпеть нечто подобное на званных раутах, таких кадров особенно не любили и постоянно мне жаловались.
Не ожидавшая ничего подобного Гереста, завизжала как маленькая девочка а не суровая воительница. Вырвала ногу из рук, и лихо одним прыжком развернувшись, идеально провела классический приём «Никогда не подходите к лошади сзади!» То есть — банально лягнула идиота.
Вспыхнул магический щит, в который собственно и ударились копыта. Но парня, всё равно снесло и впечатало в ближайшую стену. Так что он сполз и остался лежать на земле, глупо чему-то улыбаясь. Собравшиеся же на концерт зрители — дружно зааплодировали моей четвероногой спутнице.
— Розовые… — пробормотал Лапушкин.
— Ах! — звонко воскликнула Гереста, словно обычная девушка, попытавшись дотянуться до своего крупа руками, и круглыми глазами глядя на меня выдохнула. — он видел мои трусики!
— Либо забей… либо добей покуда не сопротивляется, — пожал я плечами, стараясь ничем не демонстрировать то, что даже не догадывался что она носит нечто подобное.
— Вот ещё, марать об такое копыта, — фыркнула девушка, подходя ко мне.
— В общем — если хочешь дуэль? Будет тебе дуэль, коли домогаешься до моей ученицы, — холодно сообщил я всё ещё расслабленно валяющемуся и улыбающемуся Лапушкину, и почувствовал, как руки девушки нежно легли на моё плечо. — Присылай письменный вызов с секундантом. А так — мне на твои оскорбления — наплевать. Радуйся, что правда — марать руки не хочется.
Тело махнуло рукой. Мол: «Понял…» ну а я, вместе с поспешившей за мной Герестой отправился в ближайшие «Костромские курочки», где у меня была назначена встреча. причём уже довольно давно. Неудобно получилось, но я не рассчитывал, что мы задержимся. Однако надеялся, что интерес дела компенсирует неудобства.
Пара расположившихся в углу девушек привлекала внимание своим контрастом. Одна высокая, рослая брюнетка, с волосами, убранными в конский хвост явно чувствовала себя свободно. Она постоянно скользила глазами по посетителям внимательным, цепким взглядом, отчего те чувствовали себя неуютно, словно девице удавалось заглянуть им прямо в душу и увидеть скелеты, запрятанные в самых тёмных и незаметных шкафах.
Другая же, невысокая худенькая рыжуля, со слегка вьющимся каре, наоборот, смотрела только в свою чашку и вообще чествовала себя не в своей тарелке. Предпочитая отмалчиваться и тихонько пить свой латте. Первая же предпочитала американо и, судя по чашкам на столе, уже выпила если не ведро, то половину точно.
— Прошу прощенья, непредвиденные обстоятельства, — я плюхнулся к ним за столик на свободный стул, — Андре, София. Рад вас видеть! Пять минут и я весь ваш!
Это время, мне собственно понадобилось, чтобы как следует устроить ученицу. Острого, кентаврам, к сожалению нельзя, такой уж у них организм, но просто горячую курочку в хрустящей панировке, Гереста очень даже уважала. Тем более, что когда она нервничала или о чём-то переживала, как сейчас, в большом теле девушки просыпался самый настоящий голод.
А вообще, там, где взрослому человеку, чтобы наесться, нужна одна стандартная порция. Ну, максимум две! Кентавру от двенадцати до пятнадцати. Так что «Баскетов L» с куриными бёдрами пришлось прикупить аж шесть штук, дабы успокоить страдающую от домогательств Лапушкина «лошадку». Ну ещё и прихватить с собой пакеты, потому как ела девушка вполне цивилизовано, а не жрёт, как какое-нибудь животное, не различая кости и мясо. А потому процесс этот был не быстрый и вкусняшку, придётся ещё везти домой благо неизбалованной Гересте, большую часть жизни проведшей на фронте, не было столь важно, горячей ли было кушанье или холодным. Главное, что вкусным — а останое настоящего солдата не волнует.
К тому же и остальным девочкам, уж Аське то точно, надо будет что-нибудь взять. Иначе ребёнок — точно обидится! Как и Ленка, которая порой казалось, от дочери недалеко ушла…