Капкан для охотника (СИ)

Хемсворт, хоть и стеснялся этой своей новой привычки, любил то и дело хватать Хиддлстона за руку, переплетать пальцы и смотреть на то, как два кольца — его и Тома — смотрятся рядом. И эта привычка была из новой, спокойной жизни. Охотник ценил такие моменты.
- Так мы выпьем, или будем сопли жевать? – спросил Атланта. Пройдоху разведчика выпустили из тюрьмы вскоре после победы Сопротивления. Ему был засчитан тот факт, что он уведомил командование о минировании Столицы Империи. Оказавшись на свободе, Атланта не растерялся, шустро организовал детективное агентство и теперь трудился, не покладая фотокамеры — шпионил за неверными мужьями и женами. Прямо сейчас бывший разведчик, немного смущаясь, демонстрировал результат этой работы — подбитый чьим-то ревнивым мужем глаз.
- Я, кажется, начинаю догадываться, откуда они узнали, что мы прилетим на ранчо, – хитро прищурился Томас.
- Думаешь, он? – кивнул Крис в сторону Атланты.
- Разведчик я или нет? – осклабился Атланта. – Да вы и не особо скрывались. Билеты на самолет под своими именами покупали. Вас отследить, как два пальца!
И это тоже было из новой жизни — в которой Том мог не скрываться, жить под своим именем.
- Выпьем! – подняла бокал Гвендолин. – За тебя, экселенц! И за твоего супруга! Хоть он и шалопай тот еще!
Томас крепко обнял бывшую телохранительницу.
- Как же я рад тебя видеть! – искренне произнес он. – Слышал, ты теперь начальник охраны Джексона. С повышением, Гвен!
И когда Кристи поблагодарила Тома, тот продолжил:
- Надеюсь, ты еще не ответила согласием этому скользкому типу? – и Хиддлстон подмигнул Атланте.
Та только фыркнула в ответ, а бывший разведчик ответил:
- Эта женщина неприступна, как Имперский банк, Хиддлс! Уж что я только не делал, чтобы уговорить ее хотя бы на свидание! – и мужчина досадливо махнул рукой.
- Ну а вы, сладкая парочка? – обратился Хемсворт-старший к мелкому, который держал за руку Люка Виндзора. – Собираетесь догонять нас с Томом?
- Такими темпами хрен вас догонишь, – отмахнулся младший Хемсворт и нахмурился: папаша Виндзор, познакомившись с Лиамом, категорически не соглашался отдавать сына за нахального австралийца.
«Без роду, без племени, без мозгов, с одним только гонором — зачем он тебе нужен, сынок?» – вопрошал старший Виндзор. Но Люк неожиданно проявил твердость, ответил отцу, что его согласие он спрашивал лишь номинально, и вообще ему никто, кроме Лиама, не нужен. Однако Ли не торопился заключать Союз — он видел, как важно Люку получить согласие родителя.
- Так, молодожены, не хотите ли посмотреть самый главный сюрприз? – заговорщицки подмигнул Реннер, который специально прилетел, бросив на пару дней все дела по мирному устройству Столицы, чтобы поздравить Тома и Криса.
- Даже боюсь представить, что это может быть, – закатил глаза Томас.
- Сюрприз! – Гвендолин распахнула дверь спальни и подтолкнула новобрачных внутрь.
- Я не буду на этом спать! – возмутился Хиддлстон, убедившись, что дверь закрыта, и никто из друзей их не слышит. – Это черт знает, что такое!
- Да ладно тебе, карамелька! Ребята старались, – улыбался во все тридцать два Крис.
- Хемсворт! Это похоже на…. Это пошло, это из дамских романов и это… это….
«Этим» оказалась засыпанная лепестками роз огромная кровать. Не кровать — гимн сексу.
- Опробуем прямо сейчас? – подмигнул супругу Охотник.
- Я не буду на этом спать! Если ты вдруг не расслышал с первого раза!
И Томас гордо удалился из спальни.
А потом они веселились. Шампанское не заканчивалось в бокалах, а кое-кто перешел и на куда более крепкие напитки. И результатом бурного веселья стало то, что Крис проснулся утром, обнимая не своего сладко сопящего Тома, а чей-то вонючий носок. Поморщившись, Крис спихнул с дивана ноги Атланты — а именно его ступни почему-то оказались возле лица Криса. А ноги самого Хемсворта упирались в стенку в непосредственной близости от лица герра Валландера.
- Мы что? Как мы тут? – пробормотал еще не до конца протрезвевший Хемсворт. И вспомнил, как вреднючая карамелька вытолкала его взашей из спальни, когда тот, пьяный в дым, попытался предъявить супружеские права.
 
- С кем пил, с тем и спи! – и злющий Хиддлстон захлопнул дверь прямо перед носом Криса.
«Ладно!» – решил расстроенный Охотник и пошел догоняться дальше. Догонялись они втроем с Куртом и Атлантой. Швед жаловался на отсутствие красивых баб в Стокгольме и выпытывал у Криса, как с этим дела обстоят в Австралии, а Атланта, утирая пьяные слезы, твердил только одно: «Не даёт! Глупая баба!»
Они так и уснули в гостиной, разобрав тесный диванчик. Но сейчас Крис вознамерился получить причитающуюся ему брачную ночь.
Скользнув в спальню, он увидел, как его капризное счастье, хоть и обещало, что не собирается спать на устланном лепестками роз ложе, все-таки с удобством на нем устроилось. И как обычно, Томас свил себе кокон из одеял — только пятка торчала наружу. Осторожно, чтобы не разбудить супруга, Крис присел на краешек кровати и наклонился, погладил круглую пяточку, поцеловал трогательно торчащую щиколотку. И еле отпрыгнул — реакция у Тома была мгновенная, и Крис чуть было не получил этой самой пяткой в челюсть.
- Лягаться удумал! – в шутку разозлился Крис и принялся выпутывать Хиддлстона из одеял. Тот вырывался, пихался, недовольно сопел.
- Оставь меня в покое, пьяное чудовище! – шипел Томас. – Иди к своим собутыльникам!
- Не злись, карамелька! – и Крис, все-таки достав свое сокровище из кокона одеял, распластал того по кровати, накрыл своим телом — не вырвется.
- Пусти! – сморщил носик Том. – Ты бы хоть зубы почистил, пьянчужка!
- Ах так! – и Крис поцеловал трепыхающегося Томаса, будет он еще выговаривать ему за нечищеные зубы!
И когда через полчаса хорошенько оттраханный Хиддлстон все-таки погнал Криса в ванную, тот вспомнил, что не показал Тому самый главный сюрприз.
- Пойдем скорее, пока остальные не проснулись! – и он утащил Тома из спальни.
По пути прихватив из кухни пару яблок, посетовав на то, что старший брат и хозяин ранчо не держит дома кускового сахара, Крис привел Тома на конюшню.
- Познакомься! – гордо продемонстрировал Хемсворт супругу вороного жеребца. – Это Слейпнир!
- Красавец! – ахнул Том и протянул Слейпниру половинку яблока. – Хороший! Крис! Какое чудо!
«Что я говорил?» – читалось на лице Хемсворта.
- Ты такой красавец! – повторял Том, нежно похлопывая коня по гладкой морде, – Такой хороший!
И Слейпнир доверчиво склонял голову перед Томом, позволял себя гладить, слопал все яблоки и даже разрешил Тому вычесать ему гриву.
- Можно? – робко попросил Том у Криса. – Можно мне прокатиться на нем?
- Конечно! Сейчас, я оседлаю его.
- Седло для нежных барышень! – улыбнулся Хиддлстон. – А настоящие австралийские ковбои как-то справляются без седла.
Крис не был уверен, что так оно и есть, да только какая разница — хочет его карамелька ездить без седла — на здоровье. Только бы не расшибся.
Но глядя на то, как уверенно Томас держится на спине Слейпнира, Крис мог быть совершенно спокоен за Тома — конь его не сбросит.
- Догоняй! – крикнул Хиддлстон и легонько ударил вороные бока пятками.
И Хемсворт, только и успев вскочить на стоящего в соседнем стойле рыжего конька, помчался вслед за ними.
Далеко в поле они остановили коней, отпустили пастись и улеглись сами в высокой траве.
Том думал о том, что, наверное, это и есть счастье — просто лежать рядом с Крисом, чувствовать его тепло, слегка касаться пальцами ладони, и знать, что никуда это не денется — их тихое счастье, которое досталось им так непросто.
 
А еще Тому нравилось смотреть в небо — оно было таким же ярко-голубым, как глаза его мужа. Глубоким. Нежным. Самым лучшим. Он бы мог целый день так пролежать — просто глядя в это небо. И чтобы рядом лежал Крис.
Тот, как будто поняв, что Том думает о нем, приподнялся на локте, посмотрел на Тома внимательно.