Капкан для охотника (СИ)

- Я могу идти? – соизволил он наконец заговорить с шавкой Императора.
- Конечно, Крис, я держу слово, в отличии от тебя, можешь возвращаться к своим обязанностям.
Покидал владения военных прокуроров Хемсворт с одной лишь мыслью: слишком гладко все прошло. Он послал на хрен весь план Смита, а тот только скалился. Осознание, что он своей выходкой мог сделать Тому хуже, накрыло с новой силой. Что, если пока прокуроришка вел с ним беседу, Тома успели обыскать и отобрать все, что Крису удалось протащить для него? Только бы не зазевался и успел хоть одну таблетку глотнуть вместе с кусочком шоколада.
Лишь отойдя достаточно далеко от здания прокуратуры, Крис позволил себе опустить плечи и грузно упал на скамейку в парке. Запустив руку в отросшие волосы, с силой сжав у корней, тихо застонал. Думал ли он, что после того, как увидит Тома, ему станет легче? Естественно, нет. Представлял ли, что после встречи измученное сердце будет биться в конвульсиях, а сознание просить пощады? Естественно, да. Вот только масштабы безумия рисовались гораздо слабее. Том... всё-таки, мать его, Том Хиддлстон, хоть в чем-то не соврал, гаденыш. Воображение вновь вырисовывало осунувшееся лицо, помутневший взгляд, заставляло вспомнить, как хрипел голос Тома, когда он рассказывал о своём прошлом. Словно исповедоваться решил Крису напоследок. Мысль о том, что это была его последняя встреча с Томом, придавливала к земле с чудовищной силой. Почти так же, как и та, которая напоминала ему о сумасшедшем по своим меркам предательстве. Нужно было собраться, отложить на дальнюю полку причиняющие боль мысли и попытаться разобраться с текущим положением дел. Найти Реннера и рассказать об эвакуации. А потом... по крайней мере себе можно было признаться, что потом он мог совершить любое безумство, только бы определиться какое: выступить палачом или, напротив, попытаться спасти.
Его даже не стали уводить из допросной. Спустя пару минут после ухода Криса ворвались в комнату, словно Том вот-вот сбежал бы через потайную дверь, прислонили мордой к стене и за несколько секунд вытащили наскоро запиханное Охотником в карман добро. И также быстро унеслись с добычей к начальству. По крайней мере одной таблетки ищейки не досчитаются. А вот то, что Хемсворт себя дискредитировал в глазах Империи, выбесило похлеще бахвальства прокурора Смита. Захотелось проехаться кулаком по бестолковой небритой морде и непременно заявить, какой Крис болван. Идиотская и в то же время ставшая закономерностью привычка этого человека неосознанно портить все его планы и переворачивать жизнь с ног на голову не изменила Хемсворту и в этот раз.
Том рассказал ему о себе все с максимальной искренностью, радуясь возможно последнему шансу в жизни взглянуть в эти невероятные глаза, объясниться с их владельцем. Не оправдать себя, нет, Том ни разу не пожалел о своём выборе, и если бы была возможность, то он и Крису бы показал свой мир. А сейчас этому оболтусу вновь светила решетка. Только бы не решили разобраться с ним в кратчайшие сроки, только бы протянул до операции Сопротивления. А там, Том был уверен, что о Крисе бы позаботились. Он сам дал своим такое распоряжение. Чтобы ни случилось, Охотника они обязаны обеспечить защитой и личной ампулой вакцины. Лишь бы Гвен не сглупила и не решила устроить вендетту. Думать о том, что его боевой подруги уже нет в живых, он отказывался.
Рассеянные мысли нарушил звук вновь открывающейся двери. Том глубоко вздохнул, почувствовав прилив сил от крохотной таблетки, и бросил взгляд на вошедших. Опять прокурор Смит, но только на этот раз с компаньоном. Том знал его, мутный тип, хоть и старался всегда держаться в тени Императорской свиты, но небольшое досье в Сопротивлении было и на него. Они даже виделись мимолетно в одной из частей, куда Том прибыл после выполнения очередного задания Империи.
- Мистер Миллер, какими судьбами? – будет неловко, если он уснет прямо перед этим типом.
- Решил поговорить с Вами лично, раз уж с остальными Вы отказываетесь вести беседы, – мягкости его тона позавидовал даже Том.
 
- Вынужден огорчить и Вас, я немного не склонен к задушевным беседам.
- Мы все же попытаемся, – продолжил Миллер, надевая перчатки и оглядываясь на вошедших гвардейцев с целым арсеналом пыточных средств.
- А я все ждал, когда начнётся торжественная часть, – не то с предвкушением, не то с издевкой в голосе пробормотал Том.
- Мы не могли Вас разочаровать, правда, Смит?
Прокурор только кивнул в знак согласия.
Допросная с каждой минутой становилась больше похожа на пыточную с развлечениями на любой вкус. Том подавил смешок, а приметив емкость, до краев наполненную водой, удовлетворённо кивнул.
- Ну хоть взбодрюсь! – и послушно протянул руки подошедшему гвардейцу, закрепившему на пальцах маленькие датчики, по-видимому, служащие для подачи электричества.
- Не сомневайтесь, мы поможем Вам взбодриться, а то и разговориться, – улыбнулся ему в ответ Миллер и взял в руки цифровой контроллер, – итак, начнём сначала. Вам есть что сказать Империи и её жителям?
- Все, что я мог сказать Империи и её жителям, я сказал майору Хемсворту. Впрочем, Вы тоже прекрасно слышали про эвакуацию.
- Это совсем не то, что мне нужно, Джеймс...или Том? – палец нащупал маленькую кнопку подачи электричества. Заключенный подавился воздухом, но и только, даже вскрика себе не позволил.
- Я уже говорил, кому как больше нравится, не ошибетесь, – усмехнулся Том.
- Откуда такое человеколюбие, сопротивленческая тварь? – не выдержал прокурор Смит. – Не хотите пачкать руки в крови наших мирных жителей? Поэтому к эвакуации призываете?
- Серьезно, Смит? – рассмеялся Хиддлстон. – Ваш новый знакомый Вам ничего не рассказал? О планах Его Величества Императора?
Очередной разряд заставил согнуться в конвульсии, но опять без единого звука.
- Что же Вы, Миллер, я только поговорить хотел, а Вы меня затыкаете.
- То, что Вы говорите, не в радиусе моих интересов, Норман.
- Сэр? – вмешался прокурор.
- Город заминирован, Смит, – выплюнул Том. – По приказу вашего же Императора Джеффри. Может, вдобавок займетесь военными преступлениями ещё десятка ваших офицеров и самого Императора против своего же народа?
- Что за бред ты несешь, чертов фанатик? – оскалился Смит.
- Мне даже жаль Вас, – покачал головой Том.
- Если не поделитесь с нами планами Сопротивления, то думаю, Вам лучше пожалеть себя, – по невозмутимости Миллер мог дать фору даже вечно серьезному и собранному Спеллману. Том грустно улыбнулся, вспомнив флегматичного начальника тюрьмы, с вселенским спокойствием терпящего все выходки заключённых, и прикрыл глаза. Больше от него не услышат ни слова.
Только бы Хемсворт был на свободе и правильно распорядился полученной информацией.
Ни слова, как Норман и обещал. Даже под пытками и моральным давлением им не удалось вытащить из него ни одного слова. Не то чтобы Миллер был удивлён – агентов такого уровня Империя готовила с младых ногтей, прививая стойкость и хладнокровие в самых опасных ситуациях, но ещё один пустой день в стенах прокуратуры раздражал. Император требовал отчёта, а докладывать одно и то же, что предатель не желает никого посвящать в секреты своей подрывной деятельности, поднадоело.
Стук в дверь отвлёк от хмурых мыслей. Увидев посреди ночи в кабинете новоиспеченного военного коменданта Реннера, он даже не удивился. Миллеру давно уже доложили, что после того, как Хемсворт покинул прокуратуру, тот весь день провёл в поисках, к огромному сожалению Советника, не агентов Сопротивления, а именно Реннера. Предугадывая ход беседы, Советник добродушно улыбнулся вошедшему и позвал за свой стол.
 
- Не ожидал вас в столь поздний час, Джереми. Кофе?
- Да, спасибо. Я по неотложному вопросу, – произнёс Реннер, наблюдая, как Советник собственноручно разливает по стаканам напиток из кофейника.
- Внимательно вас слушаю, – Миллер протянул собеседнику стакан.
- Хотите шоколада? – опередил он только открывшего рот Декана и достал из тумбочки упакованную плитку. – Он слегка потрепан, через столько рук прошёл.