Самозванец (СИ)

Я услышала детский крик и отчаянный лай собаки. Вдоль позвоночника молниеносно пробежала дрожь и, опустившись на четыре лапы, я помчалась на крик.
Оставив в снегу глубокие следы, я оттолкнулась от земли, и в один прыжок преодолела расстояние до девочек и не перестающего лаять Севера.
- Вы в порядке? Что случилось? - Игорь и Евгения Павловна примчались следом. Они крутили головами в поисках угрозы, но никого кроме нас ни на поляне, ни в округе не было, по крайней мере, видимого. - Кто это был? - Белее снега девочки испуганно вращали глазами, не в состоянии выговорить и слова.
Игорь обменялся с Евгенией Павловной взглядом, и она быстро повела девочек в дом.
- Ты что-нибудь видела? - спросил он, взяв Севера за ошейник.
- Нет, - прорычала я, нервно дергая хвостом.
Что-то здесь было не так: в поляне, в деревьях, даже в снегу и морозном воздухе опускавшихся лесных сумерек. В зеленом спектре звериных глаз я различала некоторые едва уловимые следы, причем не человеческие и даже не звериные.
Они больше напоминали оставленные взмахом больших крыльев отпечатки, и они были не только на земле, но и на ветках, снег на которых был, как будто сбит или даже сдут.
В воздухе слабо различался запах эфирных масел или чего-то вроде того. Следуя за ним, я подошла к дереву. На его коре были видны борозды от когтей, и в том месте запах был сильнее уловим, как будто здесь долго сидели и наблюдали, поджидали.
- Чувствуешь запах?
- Ладан, - ответил Игорь, немного подумав, - и...
- Розмарин. Тебе это о чем-то говорит?
- Не знаю, - хмуро ответил он. - Они используются во многих ритуалах и заклинаниях, так с ходу и не скажешь.
Уходя с поляны, я подняла голову, и сквозь легкие облака высоко в темнеющем небе мне показалось, что в нем проплыл силуэт крылатого существа.
  
Глава 5. Падальщики
 
Когда мы вернулись в дом, девочки уже сонно клевали, надышавшись свежим воздухом и объевшись шоколадом, который им дала Евгения Павловна, чтобы успокоить их.
- Они что-нибудь сказали? - спросил Игорь, снимая курточку с лежавшей у него на руках Аннушки.
- Они ничего не видели, - с огорчением ответила Евгения Павловна. - Сказали только, что не с того, не с сего вороны стали громко каркать, и они испугались.
- Вороны или девочки? - хмуро уточнил Игорь, и Евгения Павловна озабоченно пожала плечами.
- Вряд ли их испугали только вороны, - не менее хмуро заметила я, по примеру Игоря раздевая Веру, устроившуюся у меня на руках.
- Что ты имеешь в виду? - встревожено спросила она, в свою очередь нахмурившись.
- Не знаю, - задумчиво ответила я, припоминая свои ощущения на той поляне. - Что-то там было.
- Кто-то, - сонно пробормотала Аня.
- Что? - в один голос спросили мы.
- Кто-то там был. Я слышала голос. Он был очень странный. Такой же, как тогда в школе. Он звал тебя, - Аня посмотрела на меня полуоткрытыми глазами, - только по старому имени, просил помочь им.
- Кому "им", солнышко? - ласково спросил Игорь.
- Им... - пробормотала она и отключилась.
Мы отнесли девочек в комнату и уложили на кровать. Им нужен был отдых, а сами вернулись в гостиную, где я рассказала о том, что перед криками девочек слышала голос.
- Он сказал "помоги им", и я сразу же подумала про девочек.
- Как она могла слышать? - удивленно спросил Игорь.
- Сильфиды очень тесно соприкасаются с воздухом, а воздух слышит все, - ответила Евгения Павловна.
- Но откуда он шел? - Я прокрутила в голове голос. Он был очень странный, но не такой потусторонний, каким говорила ищейка, когда входила в транс. Если бы не Аня, тоже слышавшая его, я бы все-таки склонилась к тому, что он звучал только у меня в голове.
- И кому он принадлежит? - добавил Игорь. - Что ему нужно? К чему вообще все эти фокусы?
- Мне кажется, - я откинула голову на спинку кресла, - он принадлежит моему брату.
- Разве голос был детский?
- Нет, но то, что он был младше меня в той жизни, не означает, что в этой жизни будет так же.
- Допустим, - не стал спорить Игорь. - Так он, получается, мертв? Или как?
- Ищейка сказала, что он близко, - сказала я, проигнорировав вопрос Игоря, - и что его защищает сильная магия, что кто-то очень не хочет, чтобы я его нашла. И раз он зовет меня, значит, это не он не хочет быть найденным.
- Думаешь, это он был на поляне и напугал ворон и девочек? - спросила Евгения Павловна.
- Скорее всего, - ответила я. - Слишком много совпадений, которые вовсе не совпадения.
- Ну, что ж, я не ищейка, и не могу сказать близко он или нет, но он определенно владеет искусством, иначе связываться с тобой он не смог бы, и нет, - она посмотрела на Игоря, - он не мертв. Был бы мертв - Аня бы тогда его не услышала.
- Значит, он жив, - сказала я. - И, возможно, в опасности.
- Или же в опасности ты, - сказала Евгения Павловна, обменявшись с Игорем выразительным взглядом, - и он как-то в этом замешан.
- Что думаешь делать? - спросил Игорь, когда мы остались одни.
- Я пока не решила, - ответила я, поправляя подушку на кровати. - Но думаю, что нам не стоит пускать все на самотек и хотя бы еще раз смотаться к ищейке, как я и хотела.
- Я пойду с тобой. - Игорь придвинулся ко мне ближе, и я, оставив в покое подушку, положила голову ему на грудь. Его ровное сердцебиение как всегда меня успокоило. - Ты же не винишь себя в случившемся?
- Ну, такие мысли были. Неприятности всегда ходили за мной по пятам, чем этот раз отличается.
- Всем, - с напором ответил Игорь. - Плохие вещи случаются, и ты не можешь винить себя во всем.
- А кого мне винить?
- Может, ищейку. Кто знает, что она там в своем трансе делает, что видит, что ищет. Мало ли кого она могла с собой притащить.
- Все возможно, - ответила я, закрывая глаза.
Предположение Игоря было, конечно, весьма здравым, ведь любое магическое вмешательство имеет побочное действие, а то, что делала ищейка, было больше, чем простым вмешательством. По законам магии это вообще было нарушением пространства, и у него могли быть действительно серьезные последствия. Но мне вот почему-то не верилось, что это было из-за нее. Это было что-то другое: что-то связанное со мной. И это мне как раз и не нравилось, ведь все, что так или иначе было связано со мной, обычно оборачивалось полной "Ж", причем не только для меня.
К сожалению, после случившегося Бабью Выгороду нам пришлось покинуть раньше запланированного срока. Убедившись, что дом на месте, а экзотические растения в оранжерее не сожраны моими кошками, мы оставили девочек и Севера на попечение Феди, чей веник тоже, к счастью, не был сожран, и, решив не откладывать в дальний ящик, сразу же поехали к ищейке.
Двор освещался плохо. Фонари у обшарпанных подъездов горели через один, не говоря уже о фонарных столбах, обклеенных рекламными объявлениями, которые вообще не горели.
Дверь в подъезд была открыта настежь. В нем было темно, и на каждой площадке под ногами противно хрустело битое стекло от ламп. На каком этаже находилась нужная нам квартира, я точно не помнила, и, если бы не запах нафталина, сочившийся вместе с запахом фруктового кальяна, из полуоткрытой двери на пятом этаже, мы бы долго блуждали в потемках подъезда.
Обменявшись с Игорем настороженным взглядом, я коснулась дверной ручки. Пальцы неприятно кольнуло холодом, и волосы на затылке невольно зашевелились.
Я вошла в темный коридор квартиры. Изо рта вырывались облачка пара. Стены коридора были покрыты узорами инея. Из кухни тянуло холодом. В двух шагах от нее я остановилась, потрогав ногой вялый корень.
Игорь кинул на меня хмурый взгляд типа "не нравиться мне это" и, переступив через корень, вошел в темную кухню.
Корни пня, которыми были обвиты стены и окно, валялись на полу. Сам же пень был до такой степени истерзан, что мне страшно было представить, что с ним случилось. Мебель была перевернута и поломана. Окно было выбито изнутри, как будто что-то или кто-то из него выпрыгнул. Разбитый кальян, из которого высыпались догорающие угольки, лежал возле тела ищейки.