В круге страха (СИ)

— Да не найдем мы здесь лазейку! — Фелд схватил ее за руку, беря сумку. — Нужно или прорываться, или ждать, пока нас похоронят заживо! Давай попробуем, вдруг эти тени не опасны!
Леферия в этом сильно сомневалась. Земля застонала и разошлась трещиной — точно застежку кто-то дернул. Трещина бежала прямо к ногам Леферии и Фелда.
— Попробуем, — выдохнула Леферия и бросилась в объятия теней.
Но не успела. Были тени людоедами или просто атмосферным явлением, она не проверила. Земля хищно распахнула пасть, уже не расходясь узкой трещиной, а осыпаясь громадной дырой. И Леферия с криком полетела вниз.
Яма вдруг начала сужаться, точно земля старалась поскорее проглотить сожранное. Леферия зажмурилась. Это была неминуемая гибель… но сужение вдруг остановилось.
Она зависла в узком колодце. До его стенок оставалось не больше локтя с каждой стороны. Некая сила удерживала Леферию, не давая ни провалиться на дно, ни вцепиться в края и выбраться наверх. А поверхность оказалась неожиданно близко — голова Леферии торчала над землей.
Одна из теней вдруг оказалась совсем рядом — и наклонилась.
Колоссальная рука опустилась в колодец. Сжала плечи. Проскребла огромными когтистыми пальцами по спине. Пощекотала ступни — туфли куда-то подевались. Обхватила туловище, заставила раскрыть рот, и скользкий палец с загнутым когтем, толстый, как человеческая рука, начал проталкиваться в глотку.
Леферия завизжала. Палец мешал, голос то и дело срывался, к горлу подкатывала тошнота, да и помощи ждать было неоткуда… Она визжала.
Гигантская рука застыла, а потом начала медленно разжиматься. Но ощущать ее на себе было все равно так мерзко, что визг лился точно сам собой. Трель за трелью, как у спятившей птицы. Рука все слабела и слабела… и наконец растворилась в воздухе.
Леферия попыталась оглядеться и поняла, что лежит на листке-одеяле, а над головой сквозь густые кроны пробивается подкрашенный зеленью свет.
— Очень плохо, — произнес кто-то, с трудом выговаривая хадратские слова. — Низкая сопротивляемость.
— Кто вы такой? Это ваших рук дело? — протянул Фелд где-то рядом. Голос его напоминал стон.
— Мысленная… ментальная… ловушка. Атака. Вы должны уметь сопротивляться. Иначе будете беззащитны в Таондаре, — с чудовищным акцентом, но вполне внятно сообщил мужчина. — Я Краор. Я должен вам помочь.
Леферия села, протирая глаза. Теперь она смогла его рассмотреть. Будущий проводник устроился на нижней ветке раскидистого дерева, совсем невысоко. Одна нога в тяжелом ботинке упиралась в ствол, вторая свисала, почти касаясь земли. Он скептически изучал поляну, Фелда, Леферию, их нехитрый скарб и, казалось, был сильно встревожен.
— Это вы создали ловушку? Руку эту с когтями? — в негодовании вопросила Леферия, принимаясь раздирать спутанные черные локоны.
— Да. Только в ваших… мыслях. Вы видели то, чего не было.
— Хорошенькое «не было»! — проворчала Леферия. — Зачем?
— Проверить. В Таондаре это очень… многое… оружие.
— Проверить нас? Вы хотите сказать, у вас многие владеют этой техникой? Используют ее как оружие? — Краор напряженно вслушивался в ее слова, точно боялся что-то пропустить. — То есть те дикари или полудикари, которых мы видели вчера днем — это было вполне современное войско?
— Пожалуйста, говорите… медленно, — попросил Краор. — Я мало понимаю. Войско?
— Так. — Леферия завязала волосы в хвост, так и не распутав окончательно, отбросила его за спину и полезла в сумку. — Нам еще о многом придется говорить. К тому же я и Фелд, — она указала на адвоката, стараясь произносить каждое слово медленно и отчетливо, — должны знать ваш язык. Вы говорите, страна называется Таондар? Мы знаем только общее название всего вашего мира, Геолис. Так что мы все сейчас примем эликсир остроумия и потренируемся объясняться между собой. Чтобы вам подтянуть хадратский до нашего уровня, понадобится пара дней практики, если постоянно пить эликсир. Не бойтесь, он безвредный. Нам придется учить ваш таондарский с нуля, времени уйдет больше. Нам нужно будет знать язык, чтобы проникнуть на завод? А чтобы подобраться к Сигетнару и остальным? Для этого нужно сойти за своих?
Краор хрипловато рассмеялся, выставляя руки перед собой.
— Медленно! Я еще не знаю, вам нужно знать язык… Это зависит от ситуации. Мы подберемся к Сигетнару через одного… союзника… Завод — будем смотреть.
Леферия отыскала бутыль с эликсиром остроумия и несколько стаканчиков из прессованных водорослей. Разлила по ним кораллово-красную жидкость и первой выпила свою порцию, демонстрируя, что бояться нечего. Затем вручила стаканчики Фелду и Краору.
— Это что-то… Ноотроп? — поинтересовался провожатый. Он выпил эликсир с отсутствующим видом, явно пытаясь определить происхождение ингредиентов по вкусу.
— Что такое ноотроп?
— Медикамент… Заставляет голову лучше думать.
Леферия некоторое время хмурилась, не в силах постичь, за счет чего этот медикамент обладает такими свойствами. Это было что-то из арсенала химиков, а она специализировалась на алхимии. Химики совсем недавно получили императорскую лицензию на свои опыты — до того никто не мог понять, какой смысл в их деятельности. Зачем разглядывать каждое вещество под мощным увеличительным стеклом, пытаясь увидеть мельчайшие частицы? Какой смысл умозрительно разбирать на частицы все подряд и выдумывать новые методы сочетаний ингредиентов? Какая разница, исцеляет лекарство или «восстанавливает клетки», если и то и другое означает для больного выздоровление? Да и потом, алхимия была густо замешана на магии, а химики пытались обходиться вовсе без магии. Если бы не это, их бы, возможно, кто-нибудь и воспринимал всерьез.
— Я не знаю. Мои эликсиры — сочетание нужных компонентов в таких пропорциях, которые позволяют высвободить самый мощный магический заряд, уже направленный на желаемый результат, — сказала она. По венам потекло тепло пополам с предвкушением. О, Леферия отлично помнила, как действует эликсир остроумия! Как это восхитительно — ловить все на лету, понимать с полуслова, схватывать связи между событиями во всей полноте, ощущать, как в голове из ниоткуда возникают новые и новые идеи! Писатель Шатт, автор нашумевшей «Легенды об огненной реке», был постоянным покупателем эликсира. Сама Леферия пила его, когда работала над сложными или срочными рецептами…
— Погоди, ты сказала — магия? — Краор не дал насладиться ощущениями. — Но тогда на меня может не подействовать.
— У вас какие-то блокаторы магии, так? Ну выключи их, — нетерпеливо отозвалась Леферия. — Я не собираюсь тебя зачаровывать, я вообще редко пользуюсь магией из Мальстремов.
Она тоже перешла на «ты». По-видимому, в Таондаре не существовало уважительных обращений. Неудивительно — мир казался все более варварским и неотесанным.
— Если ты редко пользуешься, то как готовишь эликсиры? Они все с магией?
— Говорю же, нужные ингредиенты подбираются в нужной пропорции…
— Я услышал. Это… странно. У нас не существует таких ингредиентов. Ни одно вещество в Таондаре не содержит в себе магии, — задумчиво произнес Краор.
— Ну что ж, в таком случае будем надеяться, что ваши люди восприимчивы к нашей магии, когда их не защищают блокаторы. Мне говорили, что… — Леферия осеклась. Не стоило лишний раз заострять внимание на словах Анаката, поведавшего, что обитатели Геолиса как раз вполне восприимчивы к хадратским чарам, и именно поэтому им пришлось изобретать блокаторы магии.
— Да. Хорошее выражение — «будем надеяться», — заметил Краор. — Теперь о делах. Лучше всего будет сначала отравить Сигетнара, а потом завод. Если сделать наоборот, Сигетнар быстро придумает, как все починить, — он недобро усмехнулся в бороду. — И второй раз у вас не будет шанса.
— У Сигетнара есть незаменимые помощники? Когда он выйдет из игры, кто займется проектом?
— Я расскажу вам. Выйдем из леса, дойдем до города, купим газету или журнал, там постоянно печатают новости и фотографии о проекте…