Линия раздела (СИ)

-- Газ без запаха, -- почти спокойным тоном заключил отец. – Если бы воняло, все бы закрыли лица. 
Люди разбегались в разные стороны, стараясь поскорее убраться подальше от магазинов, где на асфальте дергались в конвульсиях умирающие. Кирилл с ужасом наблюдал, как за бронированными стеклами люди, недавно державшиеся за руки, удирают забыв друг о друге, как родители, спасая собственные шкуры, бросают детей, как сбивают с ног пожилых и топчутся по телам умирающих. 
Никогда раньше он не думал о людях в подобном контексте, что человечество, дескать прогнило, или двинулось не туда, в какой-то момент истории. Наоборот, тайком от отца, он то и дело ввязывался в благотворительные и волонтерские проекты, ни разу об этом не пожалев. Но тут он впервые, наверное, за свою жизнь, увидел людей с другой стороны. Это было похоже на невидимую пощечину, но не отрезвляющую, как бывает, а наоборот, оглушающую, выводящую из душевного равновесия. 
Поток машин почти остановился, а те, что продолжали движение, либо начинали вилять и врезались во что-нибудь, либо их выжившие водители спешили поскорее припарковаться. 
И тут стало ясно, что на улицах беда застала лишь малую часть людей, куда больше их находилось внутри супермаркета и торгового центра. Не понимая, что происходит, в дикой панике, усугубленной замкнутым пространством, они рекой ринулись сначала через автоматические раздвижные двери, затем снесли их, а уже через несколько секунд принялись разбивать витрины и выскакивать через образовавшиеся дыры. В качестве таранов использовалось все, чем эти же люди так дорожили буквально минуты назад – телевизоры с торговых полок, первоклассные ноутбуки, элементы рекламных конструкций с изображениями красоток в нижнем белье. 
Кто-то, под напором толпы, падал на острые осколки стекол, но никто уже на это внимания не обращал – слабые, пожилые, дети, гибли под ногами, выживали лишь молодые и сильные. 
Из «Июня» на улицу выскочило около сотни выживших, из «Окея» тоже что-то около того. Дергающиеся на асфальте тела никого не остановили, на них, судя по всему, уже насмотрелись внутри и списали со счетов. 
Машины, стоящие вкривь и вкось виднелись по всему проспекту. Некоторые замерли, врезавшись одна в другую, или в столб, или в турникетное ограждение, или в деревья на придорожных клумбах, три из них почему-то горели, а новых не прибывало. Заправка тоже пылала, хорошо хоть ветер дул с запада, сдувая дым и жар в сторону. Кирилл подумал, что причиной возгорания автомобилей изнутри могли быть сигареты, выпавшие из пальцев дергающих в судорогах водителей. 
Но тут он заметил девочку лет восьми. Он бежала, спотыкаясь, через клумбу, вся перемазанная, в некогда нарядном платьице, и кого-то звала, заливаясь слезами. Трудно было понять, просто потеряла она маму, удравшую в припадке ужаса, или же ее родители остались лежать на асфальте. 
-- Надо ее забрать! – уверенно заявил Кирилл, взявшись за ручку открывания двери. 
-- Сидеть! -- приказал отец, и, дотянувшись до клавиши на панели водителя, заблокировал все замки. – Никто никуда не выходит! Неизвестно, что там.
-- Если что и было, оно уже выветрилось! Выпусти меня!
-- Сидеть! – рявкнул отец. – Спаситель выискался! Прищемись и не дергайся!
-- Боря, зачем ты так? – заступилась за сына мать. 
-- Ненавижу, когда откровенную чушь начинают пороть! Чем этой девочке сейчас можно помочь? Я сам пока не имею представления, что делать!
Кирилл сжал кулаки и уставился в окно, за которым разбегались выжившие и лежали на асфальте погибшие. И вдруг он заметил, как один из валявшихся у «Июня» поднялся. Затем еще кто-то встал на четвереньки, и на другой стороне проспекта некоторые зашевелились. 
-- Они живы! – радостно воскликнул Кирилл.
Все, включая водителя, вытянули шеи, чтобы получше разглядеть изменение обстановки. 
-- Нелетальный газ, скорее всего, – с облегчением произнес отец. – Какой-то наркотик короткого действия. 
-- Тогда разблокируй двери! – снова потребовал Кирилл. 
-- Перетопчешься, -- спокойно ответил отец. 
Кирилл насупился и продолжил наблюдать за происходящим на улице, но уже через несколько секунд понял, что радоваться рано. Часть лежавших на асфальте действительно поднялась на ноги, но вели они себя совершенно неадекватно – пошатывались, натыкались на стеклянные стены супермаркета, словно впервые столкнулись с прозрачной преградой. 
И вдруг, без всякого предупреждения, очухавшиеся рванули во все стороны с невероятной и неожиданной прытью. Причем, в их движениях с каждым мигом оставалось все меньше человеческого, словно их тела подвергались стремительному изменению. Внешне они оставались людьми, но кто-то с бега перешел на поразительно длинные прыжки кто-то ссутулился, кто-то и вовсе опустился на четвереньки. 
Кирилл не успел этому удивиться, настолько быстро все произошло, а уже секунд через пять один из поднявшихся догнал убегающего выжившего, набросился на него, повалил на клумбу и начал заживо его есть, выдирая зубами из шеи куски плоти. Кровь ударила вверх пульсирующим фонтаном, но он почти сразу опал. 
Мама побледнела и потеряла сознание, а Кирилл наблюдал и наблюдал, не в силах выйти из охватившего его оцепенения. За окнами начался настоящий ад – одни пытались спастись, другие их догоняли, валили, и буквально рвали на части. 
-- Зомби... – не веря глазам, прошептал водитель. 
-- Какие, к лешему, зомби? – недовольно прорычал отец. 
В этот момент один из «зомби» с разбегу налетел на бронемобиль, и начал царапать стекла измазанными в крови пальцами. Кирилл отшатнулся, увидев выпученные, налитые кровью глаза, искаженный рот. Заметно было, что у существа за окном имеются какие-то и более весомые внешние отличия от обычного человека, но какие именно, Кирилл не понял. 
Почти сразу на капот запрыгнули еще двое. И вот тут уже точно стало ясно, что человек подобного прыжка совершить не в состоянии. Не прыгают люди с места на три полных метра. 
-- Поехали! – приказал отец. – Стряхни этих тварей!
Водитель врубил заднюю передачу, дал газ и резко отпустил сцепление. Бронемобиль рванул с места, заскочил задними колесами на разделительную полосу, пробил турникет искалеченным багажником, после чего развернулся радиатором в сторону проспекта Косыгина. Все, кто забрался на машину, оказались сброшены на асфальт, но тут же начали со всех сторон запрыгивать новые – на крышу, на капот, на багажник. 
Они не были похожи на зомби из фильмов, и Кирилл удивился, почему шофер их так назвал. Киношные зомби еле переставляют ноги, похожи на полуразложившихся мертвецов, да, по сути, так и задумывались. А эти, наоборот, двигались очень быстро и резко, до противоестественности, да и силой обладали намного большей, чем обычный человек.Если бы не людской облик и не людская одежда, по характеру движения они скорее вызывали бы ассоциацию с адскими демонами из голливудских ужастиков, чем с зомби.