Огненные драконы

Андерса мучил вопрос, но он не знал, как его задать.
— Эллюкка, — начал он, и она оглянулась через плечо, не сбавляя шага. — Я не ожидал… спасибо, что заступилась за нас. — Он слышал, как в конце его голос стал повышаться, вопрос был невысказанным, но достаточно ясным. — Но зачем ты это сделала?
Эллюкка пожала плечами, отбрасывая слова благодарности.
— Ты — брат Рейны, — сказала она. — Если они отошлют тебя или запрут, она сделает какую-нибудь глупость, и тогда мне придется вмешаться в это, а у меня есть дела поважнее, чем гоняться за одним из планов Рейны.
Андерс почувствовал, как слабая улыбка тронула уголки его рта, когда Рейна толкнула локтем Эллюкку в бок. Накануне он на мгновение задумался, завела ли Рейна таких же близких друзей, как он, пока они были в разлуке.
Но, глядя на них двоих рядом, он знал ответ. Внешне эти две девушки ничем не отличались друг от друга. У Рейны была теплая смуглая кожа и вьющиеся черные волосы, постоянно пытающиеся выбиться из косичек. Эллюкка на целую голову выше, у нее розово-кремовая кожа и светлые волосы, заплетенные в идеально аккуратные косы, которые ниспадали на широкие плечи. Она была шире, тяжелее и сильнее сестры Андерса. Что их объединяло, так это одна и та же решительная линия рта.
Если Эллюкка любит Рейну настолько, что знает обо всех ее безрассудных планах и все еще хочет заступиться за нее, то ответ на его вопрос был «да», Рейна определенно нашла здесь, по крайней мере, одного друга.
Возможно, он тоже сможет. Они с Рейной всегда находили способ жить в Холбарде, прячась на любом чердаке дома или конюшни, которые могли найти, работая вместе, чтобы прокормиться и согреться. В Ульфаре он тоже справился, как и она здесь. Теперь, когда они снова были вместе, снова стали командой, они могли создать новый дом.
Однако у него не было времени на размышления, потому что Рейна открывала перед ним дверь, и он увидел невозможный проблеск зелени.
Открывшееся зрелище заставило его подумать, что он, должно быть, все еще спит в комнате для гостей, и что все, что произошло этим утром, было сном.
Андерс находился в большой пещере с отверстием, ведущим из горы, и видом за входом в пещеры на снежные скалы и темные горы, простирающиеся вдаль. Но не это привлекло его внимание.
Внутри пещеры под ногами была сочная зеленая трава, и растения росли из каждого дюйма стен и потолка. Длинные листья папоротника слабо покачивались на ветру; густые кусты с блестящими темно-зелеными листьями теснились друг к другу; маленькие пурпурные цветы робко выглядывали из промежутков между ними. Воздух был таким же теплым, как летний день, и вся пещера была такой же яркой.
Миккель стоял там, где пещера выходила на склон горы, его взъерошенная медная голова красовалась вместе с головой другого мальчика, возможно, это был Тео. У парня была такая же светло-коричневая кожа, как у Виктории, Андерс почувствовал острую боль при воспоминании о своем друге, и такие же шелковистые черные волосы, собранные в хвост. Он был худощав, но в его стройном теле, казалось, таилась какая-то едва сдерживаемая энергия, и он подпрыгивал на носках, пока мальчики разговаривали.
— Разве это не невероятное место? — спросила Рейна с усмешкой, когда Эллюкка направилась к остальным. — Это наполовину механическое изобретение, наполовину артефакт. Есть артефактные насосы, которые поднимают тепло из глубины горы, и спрятанные за растениями маленькие трубки, которые разносят воду вокруг, и те зеркала у входа передают свет. Все это создал знаменитый дракон.
— Не все, — ответила Лисабет. — Нет, если здесь есть артефакты. Волк, должно быть, тоже помог.
Рейна отмахнулась, пожав плечами, и к тому времени они уже подошли к мальчикам.
— Пробрались через Дракон-сход? — спросил Миккель.
— Только что, — сказала ему Эллюкка.
Он изобразил, что вытирает пот со лба.
— Андерс, Лисабет, это Тео, жертва похищения и дракон, все в одном куске, как вы можете видеть.
Тео вытащил руку из кармана, пошевелив пальцами в слегка неловком приветствии.
 
— Ты испугался? — спросил Андерс, поморщившись при этих словах. Конечно, Тео был напуган. Но он, вероятно, не хотел обидеть драконов, сказав это.
— В ужасе, — весело ответил Тео. — Но я думаю, мама знала, что происходит. Я не могу быть уверен, но она вроде как посмотрела на меня, когда они схватили меня, и я просто… я видел это в ее глазах. Думаю, она знала, почему драконы были там, как, возможно, она знала что-то о нашей семье или подозревала. И тогда она была какой-то рассеянной во время пожара в конюшне.
— Это был ваш дом? — Теперь брови Андерса были высоко подняты. — Последнее равноденствие? Все слышали об этом, когда он сгорел.
— Это был несчастный случай, — сразу же сказал Миккель.
— Да, — согласился Тео. — И все были в безопасности, драконы проверили.
— Это довольно серьезный несчастный случай, — заметила Лисабет.
Рейна с той силой, с какой она говорила, когда хотела сменить тему, сменила тему.
— Миккель изучает историю, он знает все об этом саде.
Миккель отвлекся, сразу же переключив свое внимание на историю этого места таким образом, что Андерс вспомнил Лисабет, когда она брала в руки книгу о чем-то интересном.
— Сад был создан драконом по имени Флик, — сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на сад. — По меньшей мере, пятьсот лет назад, а может, и больше. Это отчасти изобретение, отчасти артефакт, отчасти… гениальность. Говорят, она обладала особым даром обращаться с растениями, точно зная, куда они должны идти, или уговаривая их расти в самых неожиданных местах.
— На западном побережье есть водопад, названный в ее честь, — сказала Эллкка. — Я ходила туда с Лейфом и моим отцом однажды, и я изучала его на уроке. Там растет много всякой всячины, и говорят, что у нее там давным-давно была мастерская.
— Какие занятия вы все посещаете? — спросила Лисабет. — Они только что говорили о Финсколе, и это было похоже на какую-то школу.
— Вы присоединитесь к Финсколу? — Миккель выглядел впечатленным, а Тео — довольным.
Эллюкка утвердительно кивнула.
— Они собирались проголосовать за то, чтобы вышвырнуть их или запереть. Лейф потребовал их для Финскола в последнюю секунду, это было все, что он мог сделать.
— Искры и чешуя, — пробормотал Тео. — Уверен, что все прошло не очень хорошо.
— Не совсем, — согласилась Эллюкка, поворачиваясь к двум волкам. — Нас теперь двенадцать, включая вас двоих. Мы с Рейной, Тео и Миккель — все Финсколы. Лейф — учитель.
— У драконов нет таких больших школ, как Академия Ульфара, — объяснила Рейна. — В основном родители просто учат их, а некоторые драконы управляют небольшими школами для групп учеников, которых они выбирают. Обычно дети начинают учиться в школе, потому что в чем-то особенно хороши. И конечно, Дреклейд всегда управляет Финсколом. Сапфира и Милестом — вы видели их на Дракон-сходе — они закончили Финскол в прошлом году, и младшие драконы работали вместе, чтобы избрать их в Дракон-сход. Дреклейд — единственный человек, который может решить, кто становится Финсколаром, и никто не может отменить его. Поход в Финскол — это знак того, что ты действительно кем-то станешь.
У Андерса пересохло во рту. Последнее, чего он хотел — последнее, что он мог себе представить, — это быть кем-то. Все, что ему нужно — это безопасное место для жизни, а нет ничего безопаснее, чем анонимность.
— Каждый в Финсколе выбирает свою область для изучения, — продолжала Рейна, — или у них есть свои причины быть там. Лейф выбрал меня, потому что сказал, что я быстро соображаю, и мне нужно будет выбрать, какую область изучать через некоторое время, но сейчас я просто работаю над своим чтением и письмом.
 
— Я учусь рассказывать истории, — сказала Эллюкка. — Истории очень сильны. Они могут учить людей, заставлять их смеяться, плакать, вспоминать или забывать. Поэтому я учусь тому, как их рассказывать, а также узнаю как можно больше историй.