Чернила и кость

Никто не пытался подойти к ним или запугать по пути через лагерь. Начался легкий дождик, который сводил с ума в такую холодную погоду. По крайней мере, библиотечные плащи оказались водонепроницаемыми, и Джесс натянул посильнее капюшон, чтобы защититься от дождя, накрапывающего все сильнее, а потом внезапно обратившегося в ливень. Из-за дождя грязь под ногами стала хлюпать еще больше, однако профессор Вульф и капитан Санти продолжали уверенно и быстро шагать вперед, и остальным ничего не оставалось, как спешить за ними следом.
Одетый с иголочки уэльский солдат встретил их у входа в главную палатку и приказал всем вытереть ноги о коврик, прежде чем разрешил войти. Все послушно последовали указаниям, однако Джесс сомневался, что это поможет. Казалось, что грязь перемазала их с головы до ног.
Внутри палатки пол был устлан толстыми коврами, а стены укрыты какой-то тканью, из-за чего здесь оказалось на удивление тепло. Джесс даже не заметил, насколько сильно он замерз, пока не очутился в таком теплом помещении. Профессор Вульф махнул рукой, приказывая своим студентам выстроиться у стены и не мешать. Джесс стянул с головы капюшон и молча встал в сторонку, пока Вульф и Санти обменивались любезностями с уэльским командиром, поджидающим их в центре тента на квадратном коврике рядом с огромным передвижным столом. На столе были разложены карты местности и стратегические чертежи, однако все свернуто так, чтобы скрыть от посторонних любопытных глаз.
Уэльсец оказался ниже, чем ожидал Джесс, и совсем не располагающим к себе. Джесс вряд ли бы приметил подобного человека, если бы встретил его на улице. Мужчина почти что облысел, лишь на затылке у него осталось немного волос, и, несмотря на то что военную жизнь вряд ли кто-нибудь назвал бы полной роскоши и удобств, у него было небольшое пузо. Командир поприветствовал Вульфа и Санти поклоном и пожал каждому руку, а затем предложил горячий кофе, который вызвал у Джесса небывалую зависть.
– Профессор Вульф, ваша репутация вас опережает. Насколько мне известно, вы оказываетесь на войне уже… в десятый раз? – поинтересовался командир, чьи слова удивили Джесса и наверняка и остальных. – Учитывая весь ваш прошлый опыт, неужели вы полагаете разумным приводить своих маленьких цыплят в лисье логово?
Он говорит о студентах, понял Джесс. Голос командира звучал весело, хотя в то же время и серьезно.
– У наших маленьких цыплят острые клювы, – ответил Вульф. – Мне доложили, что вы выдвинули несколько условий в обмен на помощь нам. Надеюсь, вы осознаете, какие проблемы создаете нам и себе, генерал Варлоу. Наше дело чрезвычайно важно.
– Мы сегодня разговариваем исключительно метафорами или я могу говорить начистоту?
– Прошу, говорите.
– Мои солдаты не станут вам помогать, – сказал Варлоу. Теперь Джессу стало совершенно очевидно, почему именно этот мужчина был здесь главным – потому что тот говорил резко и уверенно, отчего казался опасным даже издалека. – Они не станут вам мешать, разумеется, однако и оказывать содействие тоже не станут. Я не отказываюсь от своих слов и от того, что позволю вам пересечь границу, однако вы пойдете одни, и я не могу гарантировать вашу безопасность.
Такое заявление, как знал Джесс, совсем не соответствует правилам, прописанным в законе о военных действиях. Армии обеих воюющих сторон всегда соглашались с тем, что Библиотека придерживается нейтралитета, и всегда обеспечивали безопасность ее сотрудникам. Или же по крайней мере такое убеждение им всегда внушали. И тем не менее ни капитан Санти, ни профессор Вульф не выглядели удивленными от заявления генерала.
– Вы ведь понимаете, что, если что-то произойдет, виноваты будут как Уэльс, так и Англия, – сказал Вульф в ответ. – Вы готовы отвечать за последствия?
– Я по уши погряз в этой кровопролитной войне. Я готов к любым возможным последствиям. – Варлоу серьезно и многозначительно посмотрел на собравшихся в углу студентов. – Уверен, из нас всех именно вам есть что терять, профессор. Какая жалость, что вы привели детей в эту адскую яму.
– В адскую яму, которую создали вы, – произнес капитан Санти. Он впервые подал голос, и взгляд Варлоу остановился на Санти, будто дуло ружья на цели. – Именно вы отказываетесь пощадить город. А теперь вы пытаетесь угрожать профессору и его студентам?
– Разве? – Теперь Варлоу и Санти смотрели друг на друга так, точно это был смертельный поединок. Губы Варлоу изогнулись в ледяной усмешке. – Отдав один-единственный приказ, я мог бы сделать так, чтобы вы, ваш профессор, все ваши студенты и ваши солдаты, а также кареты просто… исчезли. Проще простого. Не найдут никаких тел. Никаких останков. Ни следа. Много чего странного происходит на войне, знаете ли. Это не угроза. Лишь констатация факта.
Профессор Вульф и капитан Санти никак не отреагировали на эти слова. Совсем никак. Джесс покосился на Томаса, а затем на Дарио. Дарио сунул руки под свой плащ, ближе к оружию, что казалось хорошей идеей. У Джесса вспотели ладони, и теперь тепло палатки становилось невыносимым. Удушающим.
Генерал Варлоу замолчал, и воцарилась тишина, которая угрожающе нависла над всеми. Стук капель дождя по крыше становился все громче, и Джесс внезапно осознал, что его правая рука тоже покоится теперь на его оружии за поясом, а левая на рукоятке ножа. Прямо на выходе из палатки стояла стража, однако Варлоу не подумал о том, чтобы оставить хоть одного из своих солдат внутри вопреки тому факту, что численный перевес явно был не в его пользу.
Что говорило об уверенности генерала.
Наконец Вульф улыбнулся. Его улыбка показалась Джессу легкой и непринужденной, а затем профессор уселся на стул, точно чувствовал себя совершенно спокойно.
– Хорошо, что мы понимаем друг друга, – заговорил профессор Вульф. – Имя каждого погибшего профессора написано на стенах Великой библиотеки. И эти имена помнят все студенты. Можете и сами спросить у них. Они без запинки повторят вам каждое имя и каждую войну. – Он повысил голос, совсем чуть-чуть. И добавил: – Кандидат Сеиф. Приведите пример, пожалуйста.
Халила расправила плечи и сделала шаг вперед, и Джесс внезапно почувствовал за нее гордость в этот самый момент. Высоко вскинув подбородок, Халила уверенно посмотрела на Вульфа и произнесла:
– Да, профессор. Профессор Падма Даван была направлена в серапеум в Милане во время войны с Австрией. Она и весь ее отряд были взяты в заложники австрийской армией и убиты. Серапеум оказался уничтожен.
– И как отреагировала на это Библиотека?
Халила тихо добавила:
– Австрии больше не существует.
– И примерно насколько больше были территории Австрии в сравнении с территориями, на которые ныне претендует Уэльс?
– Австрия занимала примерно тридцать три квадратных километра. Уэльс же сейчас занимает территории, примерно равные одиннадцати квадратным километрам.
На этот раз воцарившаяся тишина казалась тяжелее над головой Варлоу.
– Я хочу, чтобы вы понимали, что это тоже не угроза, – сказал Вульф. – Всего лишь краткий экскурс в историю. Благодарю вас, кандидат Сеиф. Можете встать в строй.