Чернила и кость
Джесс слышал о чем-то подобном, однако только по слухам… Тот же самый принцип, что позволял отзеркаливать документы в бланки и перемещать книги в архив, мог помочь в перемещении и других материальных объектов из одного места в другое… Если это делали лично скрыватели. Однако Джесс не ожидал увидеть подобное своими глазами.
После коротких раздумий Дарио произнес:
– Я думал, что транспортировочные залы используются лишь для перемещения запасов.
– Так и есть, – сказал профессор Вульф. Его ответ звучал непринужденно, но Джесса это не обмануло. – Однако их можно использовать и для перемещения людей в случае чрезвычайной ситуации. Я должен вас предупредить: иногда требуются годы практики, чтобы привыкнуть к перемещениям. Некоторые никогда к этому не приспосабливаются.
– Но у нас… у нас нет столько времени на подготовку, – сказал Томас. – У нас вообще нет никакой практики.
– Я в курсе, – ответил Вульф. – Однако это необходимо. Процесс достаточно простой, от вас мало что потребуется, разве только успокоиться. Если все пройдет удачно, вы окажетесь в транспортировочном зале в Эйлсбери, эта самая близкая к Оксфорду безопасная станция.
– А если все пройдет неудачно? – уточнила Халила.
Профессор Вульф проигнорировал ее вопрос. Он вытянул руку и приложил свой золотой браслет к библиотечному символу, выгравированному на другой стене, и новая потайная дверь распахнулась перед ними.
За дверью показалась куча проводов, трубок… металла и лампочек. Это отличалось от всего, что Джесс до сих пор видел здесь. Массивная и пугающая… машина, если ее так можно было назвать. В центре всего этого находилось пустое пространство, где стоял пожилой мужчина в белой мантии и с бронзовым металлическим шлемом в руках. Шлем крепился к проводам, которые переходили в трубки.
Вдруг раздался неожиданный громкий шум, и над их головами появился белый дым. Джесс пригнулся. То же самое сделали и все остальные, кроме Вульфа.
Никколо Санти вошел в зал и, обойдя всех, подошел к Вульфу. За спиной у него тоже был дорожный рюкзак, только поношенного вида.
– Я пойду первым, – сказал капитан Санти. – Покажу, как это делается.
Профессор Вульф кивнул и положил руку Санти на плечо, сказав:
– In bocca al lupo [14].
– In bocca al lupo, – повторил Санти и вышел вперед, туда, где стоял пожилой человек. – Я готов.
Человек в белом вздохнул и надел шлем Санти на голову. Шлем казался тесным, и оказалась закрыта большая часть лица Санти.
Непринужденная улыбка сошла с его губ, и он закрыл глаза. Встал неподвижно.
– Готов? – спросил у него старик в мантии. Санти кивнул. – Соединение не очень хорошее. Будет больно.
– Всегда больно. Поторапливайся.
Старик неуверенно положил свои дрожащие руки на металлический шлем на голове Санти.
Множество оранжевых символов появилось в воздухе вокруг них двоих, а потом эти символы начали вращаться. Сначала медленно, а затем все быстрее, пока не превратились в размытое пятно света. Потом старик внезапно отдернул руки, и свет превратился в ленту, вьющуюся вокруг тела Санти.
Лента сжалась в одну ярко-оранжевую линию света, и Санти… тоже сжался. Что-то ужасное мелькнуло перед глазами Джесса, мелькнуло настолько быстро, что он едва успел это заметить: брызги крови, разорванная плоть и фрагменты костей. Сильная волна энергии ударила всех, пронзая тело Джесса, и он ощутил, как волосы встают дыбом у него на руках и затылке, как реакция на это незнакомое, жуткое и неестественное ощущение.
Металлический шлем рухнул на пол с характерным гулким звуком. Пустой. И воцарилась тишина. Гробовая тишина.
Скрыватель – он должен был быть скрывателем, ведь под горлом у него виднелся золотой обруч, – пошатнулся, отходя назад и тяжело дыша.
Халила сдавленно взвизгнула и прижала обе руки к губам, как будто ей вдруг стало нехорошо. Джесс отлично понимал, что она чувствует. И все они должны были пережить подобное?
В воцарившейся тишине в кармане у Вульфа зазвенел его кодекс. Профессор достал книгу и открыл.
– Он прошел, – сказал Вульф. – Следующий.
Внезапно все стало слишком реальным, как почувствовал Джесс. Тяжеленый рюкзак у него за спиной, транспортировочный зал, пугающее и неизвестное будущее, простирающееся перед ним, словно бездонная тьма. Он застыл на месте.
Всех удивило, что именно тихоня Гийом Дантон вышел вперед и сказал:
– Я пойду. – В его голосе не звучало страха, однако Джесс заметил, как у Дантона подрагивают руки.
Профессор Вульф положил руку Дантону на плечо и вывел его вперед. Профессор поднял шлем и надел парню на голову.
– Подумай о небе, – посоветовал Вульф. – Закрой глаза. Представь голубое небо с плывущими по нему облаками над своей головой. Запомнил? Белые облака. Плывут по голубому небу. – Голос Вульфа звучал теперь иначе, медленно и успокаивающе, и Джесс заметил, что Дантон и правда немного расслабился, затем Вульф кивнул скрывателю, снова положившему руки на шлем, который теперь был на голове Дантона. – Голубое небо.
– Я его вижу, – сказал Дантон и улыбнулся.
Оранжевый свет появился вокруг них. Символы закружились. Профессор Вульф отошел и опять повторил:
– Белые облака. Смотри, как они плывут по небу.
– Белые облака…
Свет вспыхнул, сужаясь, и Дантон закричал. Это был жуткий вопль, раздирающий легкие. Джесс чуть было не метнулся вперед на помощь, но профессор Вульф оказался у него на пути и схватил Джесса за плечо.
– Ты не сможешь ему помочь, – сказал профессор Вульф.
Джесс смотрел, как тело Дантона разрывается на части, сжимается и исчезает. Жуткий вопль внезапно стих, и волна энергии снова захлестнула Джесса, точно огнем.
Пустой шлем упал на пол.
Профессор Вульф сверился со своим кодексом. Что-то в его лице изменилось, едва заметно, но видимо: злость, печаль, гнев – сложно было сказать. Затем он произнес:
– Следующий.
Быть следующим Джессу хотелось меньше всего. По правде сказать, он едва удержался от того, чтобы вообще не броситься к выходу.
Халила подала голос, произнеся с натянутым воодушевлением:
– Лучше побыстрее все это закончить. – Она подошла к скрывателю, который снова поднял шлем.
Лицо Морган исказилось от ужаса. Она подбежала к профессору Вульфу. До того как она успела что-либо произнести, он повернулся к ней и сказал:
– Жди своей очереди, кандидат.
– Но я видела…
– Кандидат. Держи себя в руках или отправляйся следующей, – прожигающий взгляд Вульфа в этот момент мог бы, пожалуй, растопить саму Железную башню, и Морган в конце концов кивнула и опустила голову. Она отошла. – Кандидат Сеиф, можете идти.