Мертвая зона

Леха замедлил шаг.
Его сразу догнал Смит. Будто ждал.
— Ну? — спросил он тихонько.
— На всякий случай: я выключил запись, — сказал Леха шепотом.
— Ну? — повторил Смит.
— Мне показалось, ты узнал Килроя, — пошел ва-банк Леха.
Он думал, «оружейник» сейчас как обычно покосится на него, и готовился выдержать оценивающий взгляд, но Смит глядел в спину Пасечнику.
— Хм... — только и сказал Смит.
— А шеф — узнал, как ты думаешь?
Смит не замедлил с ответом ни на секунду.
— Сам подумай, зачем он сразу начал проверять нас, да еще так агрессивно, а потом отыграл назад при первой же возможности. Ответ напрашивается очевидный.
— Это был Килрой технической разведки, верно?
— Хм... Ну, на бухгалтерию — совсем не похоже.
— Слушай, я не набиваюсь тебе в друзья! — прошипел Леха. — Просто не хочу путаться под ногами и все испортить.
— Я не обязан разбираться в граффити, — процедил Смит. — Не искусствовед. Но если строго конфиденциально...
И наконец-то покосился на Леху. Вполне утвердительно.
— Э-э... Если «спецы» точно были здесь, тогда зачем мы?..
— Все страньше и страньше, да? Вот так и начинаешь понимать, в какую историю влип.
— Я по-прежнему ничего не понимаю, но готов подыгрывать. Какой план?
Смит задумался. Он шел рядом и явно прикидывал, стоит ли откровенничать с институтской молодежью вообще и с русским парнем конкретно. Возможно, именно о том он размышлял полчаса назад — и ничего тогда не решил.
Леха не выдержал.
— Как мне это надоело... — прошипел он. — Джон, рожай быстрее. Объясни мне хотя бы, чего не надо делать! Чтобы мы не влипли окончательно!
Смит опять хмыкнул.
— Ну, по совокупности той информации, что есть прямо сейчас, вывод однозначный. Ничего не надо делать.
— Э-э...
Он ведь не издевается, — подумал Леха. Он никогда надо мной не издевается. Но почему так хочется его обидеть? Может быть и действием!
— Напрасно злишься. Во-первых, нормально работать нам не дадут, — сказал Смит. — Куда ни пойдешь, рядом будет идти архангел, развесив уши. И это плохо кончится, если не для тебя, то для тех, с кем ты заговоришь. А во-вторых, уже запущен процесс, который от нас не зависит. После освежающей утренней прогулки по руинам у наших архангелов исчезли последние иллюзии насчет миссии группы. Майк доложит своему начальству, какие забавные журналисты прибыли в Абуджу, и с этого момента мы — наживка на большую рыбу. Либо она клюнет, и тогда будет шанс получить Слонопотама в подарочной коробке с бантиком, либо... либо я зря принимал чертовы таблетки от желудка, потому что покойнику желудок ни к чему.
И Леха впервые увидел, как Смит почти улыбнулся. Грустно-грустно.
— Последняя командировка! — произнес Леха с выражением. — Ты это имел в виду, да? Что желудки нам больше не понадобятся?! Наживка, блин...
— Ты слишком напряжен, вот и реагируешь нервно. Все-таки выпей хотя бы стакан джина вечером, — мягко посоветовал Смит. — Если начнешь буянить, не волнуйся, я пойму. Можешь даже звать Йобу, как это у вас, русских, принято. Спасибо, кстати, что предупредил, а то я мог бы сделать неправильные выводы.
— Не стоит благодарности... — буркнул Леха.
Разочарованию его не было предела. Раскатал губу, понадеялся, что Смит возьмет «юного друга» подмастерьем в шпионские игры. Нужен ты ему больно.
— Эй, вы чего там секретничаете? — позвал спереди Пасечник. — Заговорщики! Плететесь нога за ногу... Не спать!
— Мы думаем, как поймать Слонопотама, — честно ответил Леха.
— Да кто это, блин?!.. И как его ловят?..
— Надо вырыть большую яму и положить в нее горшок меда, — Смит уставился на Пасечника серьезными-пресерьезными глазами. — Поможешь?
— Понимаю. Снюхались и издеваетесь дуэтом, — Пасечник горько вздохнул. — Это из-за национальности. Из-за того, что я американец. Только руки у вас коротки сладить со мной. У меня слишком здоровый дух в здоровом теле, и я силен, как бык!
И удалился с гордо поднятой головой.
Заговорщики переглянулись. У Лехи осталось впечатление, что им на цитату ответили цитатой, и они ведь ее не распознали. Он почти осмелился спросить об этом Смита, но только почти.
Усевшись в «басик», Пасечник прицепился к сонному Ури с расспросами, не боится ли тот подъезжать так близко к варзоне, где орудует Хранитель, а если не боится, то почему.
— Как это верно, босс! — отвечал Ури. — Вот прямо в самую точку! Лучше и не скажешь, босс!
Майк глядел в затылок Пасечнику, как показалось Лехе, неприязненно.
— Ты по-английски еще хоть что-то знаешь, падла? — спросил Пасечник ласково. — Кроме утвердительных выражений? Мне ведь действительно важно твое мнение... А ты... Тьфу.
— Полностью согласен, босс! — идеально попав в тон, мягко отозвался Ури.
— Поехали, — устало сказал Пасечник. — Майк, а вот правда, отчего он не боится?
— Басик нет военная машина, босс.
— Думаешь, Хранитель умеет их различать? И не трогает гражданских?
— Как это верно, босс, — процедил Майк и отвернулся к окну. — Вот прямо в самую точку.
  
Глава 5
 
The Man Who Fell to Earth
 
Сцена в офисе Лоренцо вышла дикой и безобразной, ну так и офис, мягко говоря, не блистал. Одно слово что «туристический информационный центр»: облезлые стены и ни одного целого стекла. В тусклом фойе висели поблекшие жизнерадостные плакаты о прелестях солнечной Нигерии. Еще тут была карта Абуджи со странными пометками маркером, вот уж точно не про туризм. Леха украдкой отснял ее еще вчера, но не успел изучить запись.
В углу под слоем пыли угадывался макет города. Вернее, макет развалин: кажется, на него кто-то упал — и привел в соответствие с актуальным видом Абуджи.
Леха, предчувствуя крик и ругань, и не желая во всем этом участвовать даже пассивно, свернул к макету, переводя взгляд с него на карту и обратно, но был пойман за локоть Смитом.
— Чего смотреть, все ясно, — буркнул тот, увлекая его за собой в офис.
Леха уперся было, но вдруг понял: а ведь и правда ясно. Если знаешь про Йобу-Хранителя, точки и кружочки на карте становятся полны смысла.
Смысла жизни, простите за пафос.
— Пойдем работать, — сказал Смит.
И почти как нормальный человек почти вздохнул.
Пасечник начал рычать на Лоренцо прямо с порога. Заходила ходуном фанера в окнах. Фиксер выскочил из-за стола и заорал в ответ. И тут уже затряслись стены.
Леха убрался в самый дальний темный уголок и там присел на какой-то ящик, борясь с желанием демонстративно заткнуть уши.
Смит привалился к косяку плечом и делал вид, что он тут ни при чем.
— Да забыл я! — кричал Лоренцо. — Сколько она спала, дура железная, полгода, наверное! Забыл я ее, как страшный сон!
— Ты же знаешь, откуда мы, — напирал Пасечник. — И ты должен был предупредить...
— Не знаю и знать не желаю! На тебе написано «Свободное Радио Никосии» — вот и делай свое радио!
— Я тебе покажу радио! У тебя в городе — огромная пушка! Во-от такая здоровенная! И ты про нее — ни слова!
— Да я думал, она сдохла!
— А она по мне стреляет! Во-от таким снарядом! Нормально, да?!
— Никто по тебе не стрелял, кому ты нафиг сдался!
Лоренцо Милано, «координатор работ на местности», был такой же высокий и плечистый, как Пасечник, тоже с короткой агрессивной стрижкой, только черноволосый. Когда эти двое встали нос к носу, заходясь в крике и бешено вращая глазами, картина могла бы выглядеть комичной, если бы Пасечник не налился кровью до красноты, заметной даже в сумраке, а фиксер не сопровождал свои вопли бурной жестикуляцией.
Хороший фиксер, как правило, бывший или действующий журналист, у которого на конкретной территории все схвачено. Он может сделать тебе интервью с президентом и после вытащить тебя из тюрьмы, если у президента окажется дурное настроение. Главное в этой профессии — дипломатичность и умение найти общий язык с кем угодно.