Обезбашенный спецназ (СИ)
— И так, у нас трое кандидатов! Кто же из них получит весть из дома, а кто порадует нас зажигательным танцем?
Письма на время отложены, еще бы, письмо вот оно, а когда еще можно будет поржать над товарищем?
— И так первое письмо получает… Озвучьте маэстро!
Марат с самым серьезным лицом, прокашлявшись, объявляет:
— И так весточку из дома получает, мастер художественной лепки и шитья суровыми нитками — Листик!
— Попрошу аплодисменты! — подключаюсь к процессу.
Листик выходит, кланяется, проходит кружок вприсядку, и получает свой конверт.
— И так напряженный момент, кто же из этих двоих красавцев мужчин останется сегодня ни с чем? Маэстро!
Марик, приняв позу, важно объявляет:
— И последнее на сегодня послание получает… — выдерживает паузу, парни в предвкушении замерли. — Гордость воздушно десантных войск…
Тут уже Пепел и Балагур начали раздуваться от гордости, приосанились…
— …А так же главный Ромео и спаситель юных дев — Листик!
Парни радостно заржали глядя на сдувшихся Андрюху и Вовку, а так же в предвкушение "лебедей". Два письма как-никак, тут вприсядку не отпляшешь. Парни выстраиваются рядком, берутся за руки и…
— Эй, меня подождите, — присоединяюсь к коллективу. — Я тоже сегодня в пролете. Музыка!
И десяток глоток выводят мелодию, хлопают ладоши, а четыре пары берцев бодро топчут пол — грохот стоит знатный… Отскакав положенную программу, радостно хлопаем друг друга по плечам. Настроение отличное. Для того в свое время Рогожин и ввел эту традицию…
— Гони сотку, — раздается голос командира.
— Держи, — майор со вздохом передает командиру сто рублей.
— А ну стройся, — гаркнул Степаныч, держа в руках поднос, на котором лежали наши погоны. Все же разыграли!
Глава вторая
Ого! Бедный УАЗик, называемый в просторечье "Буханкой" или "Таблеткой", капитально просев под грузом, подползает к крыльцу. Ох, сколько нам открытий чудных готовит… Степаныч. Как раз открывающий заднюю дверцу автомобиля. Вот вроде не Новый год, а сколько подарков?! Сперва конечно все это пришлось таскать, но своя ноша не тянет.
Ну что я могу сказать, прапорщик старый волк и все привезенное оружие в отличном состоянии, точнее, вообще в заводской смазке. Хотя как он нам сообщил: некоторые зажравшиеся тыловые крысы, изображающие из себя прапорщиков Российской армии, совсем нюх потеряли. Но теперь все хорошо… Нюх вновь на высоте! И по-доброму так усмехнулся, мне даже немного жаль стало "грызунов"… Хотя вру. Нифига не жалко…
Зато теперь, можно будет спокойно обменять, совсем не нужный нам ящик с патронами калибра 7,62х39. Случайно прихваченный вместе с другими, не оставленными гнить в холодной пещере и принесенными, правильно воспитанными, им, прапорщиком Ивановым, сознательными бойцами, в родную оружейку. (Сей камень был метко брошен в огород товарища майора, который поморщился, но промолчал). Ибо АК-74М их не кушает — хорошая, проверенная временем машинка, с откидывающимся прикладом и подствольником.
Хану досталась СВД-С, тот отнесся к новинке с подозрением, но чуть позже постреляв, одобрил. А учитывая, что она все же покороче и тот же приклад можно сложить, то даже доволен. В нагрузку ему вручили АПБ (тот же "Стечкин" только можно прикрутить глушитель), так сказать на случай ближнего боя. Все же ПБ предназначен несколько для другого.
Молоту вручили пулемет "Печенег" и АПБ для тех же целей. Правда, в этот момент опять отличился Балагур, решив пошутить. И главное над кем? Над Маратом. Тот конечно шутки понимает, но вот сегодня даже я не понял.
— Ха-ха… "Печенега" надо было Хану давать.
— Почему это? — не понял тот, с критическим видом осматривая свою новую винтовку.
— Ну как же? Хан-татарин с "Печенегом" — это же круто!
— Какая связь между тем, что я татарин и печенегами? — Марат окинул Вовку презрительным взглядом.
— Блин. Мужики, ну вы чего не догоняете? Ну, помните историю: монголо-татарское иго, орды печенегов и все на Русь? Так что предки нашего Марата ходили к нам в набеги, — довольно пояснил Вовка.
— Мой прадед с 42-го года воевал и закончил войну в Берлине, — начал заводиться Хан, наступая на Балагура. — И кровь за Русь проливал, а не наоборот.
— Мужики, я эпиграф сочинил, — радостно закричал Санек.
Все повернулись к нему, включая командиров, слегка обалдевших от происходящего.
— Какой эпиграф? — спросил, так и не понявший чего это Хан завелся, Балагур.
— На твою могилку. Вот слушайте: "Он умер молодым, потому что был дебил"! Ну как круто?
— Круто, — первым заржал Молот.
Вовка насупился, но сказать ничего не успел. Его опередил Рогожин:
— Быстров, у тебя два наряда.
— За что? — с обиженной миной на лице возопил Балагур.
— Второй за пререкание. Вопросы?
— Никак нет! Есть два наряда.
— Хаматшин, и у тебя один.
— Так точно.
— Что даже не спросишь за что?
— Никак нет. Мне и одного хватит, — философски протянул Марат.
— Вот, вот. Заодно и помиритесь. Лаки.
— Я, — откликнулся Санек.
— Выношу благодарность.
— Рад стараться.
Короче, Вовка как всегда, на ровном месте, нашел свое счастье. Кстати Сашке вручили ВСС и АПБ. У остальных стандартный набор АК-74М и ПБ. Ах да, еще у нас с Рогожиным добавилось по АПБ. Ну да это понятно, мы же с ним с двумя стволами, как боги! Надеюсь, все помнят, что я не только умный и красивый, но еще и скромный?
Остаток дня был потрачен на обслуживание и пристрелку оружия. Я немного побегал и пострелял с двух рук, привыкая к тому, что в руках разное оружие. Но талант не пропьешь, как говорится. Вот и Руслан одобрительно качает головой, вслух конечно хвалить не будет, но мне и этого достаточно. С "калашом" тоже все было нормально, как собственно и у остальных парней — Степаныч свое дело знает, тут уж, что греха таить… Вот и Лаки с Ханом довольно улыбаются, снайперы наши доморощенные. Эх, как же мне Тунгуса не хватает, сейчас бы прищурился и сказал:
— Хорошее ружье, начальника, однако, — и засмеялся бы.
Или Ванька, взял бы сейчас в руки "Печенега", взвесил с задумчивым видом и протянул:
— Саня, опять ты какие-то запчасти с пулемета спер? Чего он такой легкий, меня же люди засмеют…
Сварил нам обещанное зелье Степаныч, сварил, не обманул. Сны действительно не исчезли, а как он и обещал, изменились… Я не перестал видеть Тунгуса во сне, он приходит ко мне, пусть и не так часто, но больше не умирает у меня на руках и не просит его оставить. Он, улыбаясь, идет рядом, или помогает тащить, стыренные с праздничного стола начштаба, продукты, а вот мы сидим на дереве, прикидываясь хвоей. Вот в нас летят шишки, брошенные меткой рукой Рогожина, когда он нас нашел, а мы расстроено потираем ушибленные места и лезем вниз. Но он больше не умирает…Сашка говорит, что ему тоже стало легче, да и наши парни лишь изредка вскрикивают по ночам. Нам все равно снится кровь… Но мы начинаем воспринимать ее больше, как в кино. Это сложно объяснить, да и незачем. Степаныч говорит, что со временем все нормализуется. Со временем…
Глава третья
— Подъем!!!
Рогожин с довольным лицом наблюдает, с какой скоростью его бойцы натягивают на себя одежду. Причем он давно уже не держит в руках секундомера. Зачем? Все равно мы переплюнем кого угодно в этом деле.
Построились. Ждем, чего же нам хорошего поведает любимый командир? Хотя хорошего это вряд ли, что-то ни разу не помню, но вот подняли то не посреди ночи, может сперва в столовую? А что? Это явно можно отнести к хорошим новостям. А потом, наверное, на полигон? Вчера только и успели немного пристрелять и почистить стволы. А в новых брониках побегать? А? Вот и я говорю, хрен нам, а не хорошие новости. Но, как известно начальственная мысль не предсказуема: