Перевертыш. Часть 3 (СИ)
Значимый всплеск любой другой стихии помимо арен утаить от преподавателей и сильных студентов не удалось бы, и накопители ристалищ, где проходят магические поединки, тоже можно проверить на предмет резкого пополнения маны, вычисляя тем самым участников. Это же правило справедливо для перемещения с помощью телепорта или иных заклинаний седьмого уровня, в то время как чужие ментальные проявления способен уловить лишь адепт Разума, рангом не меньше Магистра, и на расстоянии не более десяти метров от места применения, чем мы собственно напропалую и пользовались, но только вне занятий.
Последнюю неделю до экзаменов все студенты получили свободное от занятий время, дорабатывая огрехи и консультируясь факультативно с тем или иным наставником, поэтому так случилось, что в один из вечеров я попал домой раньше остальных, что и позволило нам избежать серьезных неприятностей.
Хоть подруги считали мои перестраховки излишними, намекая на слабую паранойю, я накануне чувствовал в виде нарастающего душевного зуда, что кому-то из нас грозит неприятность, и на взволнованный зов Витаны отреагировал мгновенно.
- Влад, не пойму, что происходит? Только что к нам на кафедру ворвался Крыйс в сопровождении ректора, обвиняя меня лично в краже пояса-артефакта из центральной библиотеки, с которым наша группа работала вчера! – мысленно передала волну возмущения ушастая красавица. – Но я клянусь, что к пропаже этой побрякушки ни коим образом не причастна.
- Так я и знал! Этот урод, судя по всему, подготовил тебе подставу. В любом случае, не впадай в истерику и не паникуй, а лучше включи «дуру» и по максимуму затягивай разбирательство. Если я не ошибаюсь, скоро ваша компания нагрянет к нам домой с обыском, поэтому мне надо время чтобы расстроить планы исправника.
Пока инструктировал эльфийку, вторым потоком сознания я лихорадочно прокручивал в памяти правила Академии, дабы понять последствия подобного проступка, а третьим подбирал варианты противодействия. В итоге ничего лучшего, как найти краденый артефакт раньше незваных «гостей» и перепрятать не придумал, тем самым выставляя врага полным посмешищем и лжецом в глазах окружающих.
Медлить в таком деле нельзя, но и спешка нужна только во время ловли блох. Поэтому через двери выходить не стал, на случай наблюдения и сигнальных плетений, предупреждающих мага-хозяина о попытке вторжения. Прыжок в окно на заднем дворе, затем подковырнуть оконную раму соседок с первого этажа и быстренько рыбкой вовнутрь.
Личная комната Витаны, как и каждого одаренного, закрывалась индивидуальным плетением-ключом, но для меня, близкого друга эльфийки, это не являлось преградой, а в общем холле прятать улики явно никто бы не додумался, а то попробуй, докажи потом, кто именно из троицы девушек является воровкой.
В принципе, цель подставы – как минимум всеобщее порицание и внушительный штраф, если действия признают не умышленными, но могут и исключить из Академии, если артефакт планировалось использовать во вред кого-либо из студентов, что без признания доказать практически нереально.
Первый вариант для исправника как-то мелковат, поэтому я сразу предположил худшее.
После этого изгнанный одаренный получает волчий билет в обществе, с которым не поступить в учебные заведения соседних королевств, и не найти работу через Гильдию Магов, как собственно и произошло с Ниредой Катош, активным борцом за чистоту человеческой расы.
Конечно, выход есть – нанять персонального наставника, выйти замуж за состоятельного дворянина или состоять в команде, например графства Арканум или влиятельного папаши-советника. Но все это при условии, что тебя не убьют за стенами Академии, или по пути к месту нового пристанища, открывая счет мести обидчикам.
Не исключено, что и для меня уготована отдельная роль в этой пьесе, но маниакальная осторожность и подозрительность не ускользнула от исправника, решившего действовать сначала через более доверчивую и наивную эльфийку.
Внутри я обнаружил полный порядок, так как ушастая красавица всегда держала комнату в идеальной чистоте. В отличие от старшей сестры принцессы, ее не баловали с детства, и мачеха-парда приучила к железной дисциплине.
«Куда же можно было засунуть пояс»? – неустанно спрашивал я себя, аккуратно перебирая ее вещи на полках и в шкафу.
Время убегало, а я так ничего и не находил, пока не додумался банально заглянуть под кровать. Бинго, искомый артефакт в виде кожаного женского ремешка с инкрустированной мелкими камнями пряжкой из мифрила в руках, теперь пора и на выход.
Но прежде чем выскочить наружу, боковым зрением улавливаю изъян. Кровать застелена по-военному идеально, а уголок покрывала слегка задернут.
Простыни и подушка долой, а в надрезанном с боку матрасе обнаружился небольшой пакетик. Что там, личные снадобья или очередная подстава - разбираться не стал, так как отчетливо услышал разговор с улицы приближающейся делегации наставников, но в мыслях возникло подозрение, что исправник решил усугубить мелкую провинность Витаны.
Расчет гениально прост - при досмотре, с целью найти учебный реквизит-артефакт, обязательно отыщут более серьезную проблему в виде незаконного порошка, причем сам же обвинитель еще до того попросит простить первый промах, мотивируя его хотя бы халатностью и студенческой рассеянностью, а вот по второму залету, обнаруженному «случайно» уже на месте - придется выкручиваться самостоятельно.
Вещи за пазуху, простынь и покрывало обратно, пусть даже не так идеально, как было, и в холл.
Одновременно с открытием внешних дверей, я вылетел в окно и поспехом прикрыл раму обратно. Теперь трансформация для усиления ног и прыжок на уровень второго этажа. Зацепился руками за отлив и, доработав движение руками, буквально втек к себе в покои.
Полдела сделано, но проверка уже на пороге, а значит, необходимо на совесть спрятать опасные находки, причем тайник придется делать тут же.
Особенностью центральной комнаты второго этажа, которую, вмешиваясь в драку двух иных постояльцев, занял я, являлась неприметная крышка люка на потолке, открывающая доступ на чердак. В свое время мне не составило труда заглянуть туда, соорудив некую баррикаду из тумбочек, но ничего кроме веревочной лестницы изнутри я не обнаружил.
Странность собранных с внутренней стороны ступеней указывала, что последний посетитель, кто бы им ни был, убрал их за собой и не вернулся, но слой пыли в палец толщиной и отсутствие каких либо предметов быстро развеяли мои подозрения. Кроме того, бесполезность этого помещения диктовалась низким потолком и малыми габаритами, передвигаться можно только по центру на четвереньках или в позе полуприседа. Вещей для хранения у студентов не так много, шкафов и тумбочек в комнате вполне хватает, поэтому о чердаке я благополучно забыл, и только сейчас взгляд опять наткнулся на крышку.
Шаги за персональной дверью уже не давали шанса на второй вариант, и я, трансформировав тело в худого истукана трехметрового роста, быстрым движением открыл ляду и забросил находки вглубь. Расчет сводился на то, что, не углядев лестницу, здравый человек попросту не полезет вверх.
- Влад Север, откройте, пожалуйста, дверь, - раздался голос ректора снаружи вслед за стуком. – Судя по плетению «ищейка» вы находитесь в своей комнате, - продолжил Архимаг, отсекая возможность тихо отсидеться, прикинувшись ветошью.
Перед тем как впустить гостей, я успел вернуть себе прежнюю форму тела, сбросить всю одежду, кроме плавок, и смять постель, дополняя внешний антураж сонным видом. Реакцией на мой спектакль практически голого студента стали улыбки на лицах у ректора и декана Жизни, а исправник, вынырнувший из-за их спин, лишь скривил гримасу, словно от лимона во рту, но главное достигнуто – пока никто меня в подозрительной беготне по этажам не подозревает.