Кровавые тени (ЛП)
Я прикусила губу, и по какой-то причине мое сердце забилось в два раза быстрее.
— Ты же знаешь, что никогда не соблазнишь меня. А я никогда не поддамся тебе, Лаиш, даже если ты спас мне жизнь. Дважды.
Он снова сверкнул рубиновым взглядом:
— Это мы ещё посмотрим. А теперь, у тебя есть, во что переодеться? Нам нужно поговорить.
Я хотела зайти в свою комнату за одеждой, но тогда рисковала бы разбудить бабушку. В маске Дарта Вейдера её не беспокоил шум, но могло разбудить любое движение рядом с кроватью. В конце концов, ей придется рассказать о том, что случилось, — гигантскую дыру в полу трудно будет скрыть — и я решила, что лучше сообщить ей обо всем после того, как Лаиш уйдет.
Осмотрев ванную, я увидела висящий на двери розовый халат. В нем должно быть тепло и комфортно, и я не хотела бы демонстрировать Лаишу свои «женские прелести».
— Есть, — ответила я Лаишу. — А ты можешь подождать в гостиной.
— Побыстрее, — сказал он и ушел, прикрыв за собой дверь.
Я выскользнула из мокрой футболки, трусиков и надела халат. Мне не хотелось быть обнаженной под халатом, но сейчас мало что могла с этим поделать.
Затем быстро осмотрела свои бедные ноги. Они оказались все в ссадинах, которые я получила, пока цеплялась за края ямы, из-под ногтя указательного пальца правой руки торчала заноза. Я выдернула её, вздрогнув от сильной боли, и сунула палец под холодную воду. Затем залепила кровоточащую ранку пластырем. На какое-то время этого хватит.
Сполоснув руки, я воспользовалась моментом и почистила зубы, избавившись от запаха изо рта, и прошлась расческой по волосам. Затем, почувствовав себя более менее человеком, крепко завязала пояс халата и вошла в гостиную, где взад-вперед ходил Лаиш.
— Ладно, — сказала я. — Давай поговорим.
Глава 5
Лаиш
— Хорошо, давай поговорим, — сказала ведьмочка, уперев руки в бедра.
Я нахмурился, пытаясь сдержать раздражение. Разве она не поняла, в какой опасности находится? Если бы я не подоспел вовремя, она в настоящий момент уже была бы мертва, а её тело и душа переваривались бы в брюхе того адского порождения. И всё же она вела себя так, будто ничего не случилось.
— Да, давай поговорим, — ответил я и направился к дивану. Уселся и похлопал рядом с собой. — Иди сюда.
Она подошла — но неохотно, заметил я — и села рядом со мной, но не там, где ей показал, а с другой стороны дивана. Скрестив руки и ноги, развернулась ко мне лицом и поджала губы. Очевидно, Гвен ожидала очередную лекцию о её безрассудном поведении.
И я готов был оправдать её ожидания. Но передумал, видя упрямство на её прекрасном лице. Так я до нее не достучусь — нет, чтобы заставить мою ведьмочку прислушаться к здравому смыслу, нужна другая тактика.
Я откинулся на спинку дивана, одну руку положив позади нее, и полностью расслабился, в противоположность тому в какой напряженной позе сидела она.
— Ты должна осознавать, что скоро умрешь, — заметил я. — Намного раньше большинства людей, даже несмотря на то что ваши смертные жизни столь быстротечны.
— Что? — она ошеломленно уставилась на меня.
— Но сначала, — продолжил я, — все, кого ты любишь, один за другим умрут самой ужасной смертью прямо на твоих глазах. И в первую очередь, твоя любимая бабушка.
— Что? — теперь она разозлилась, сжав чувственные губы и сузив ярко-зеленые глаза. — Как ты смеешь говорить такое?
— Просто констатирую правду. — Я забарабанил пальцами по обивке дивана. — Ты открыла дверь в Бездну, Гвендолин, и не закрыла её за собой. Я был там и видел это.
— Если это правда, то почему ты сам её не закрыл? — потребовала она. — Или ты просто хотел проучить меня?
— Натравив на тебя злобную тварь из самой черной ямы Ада? — Я приподнял бровь. — Это «излишне», кажется, так говорят люди? Нет, сам я не закрыл дверь лишь потому, что это может сделать только тот, кто её открыл, — дверь среагирует лишь на тот отпечаток души, который на ней остался. Ты вообще не должна была её открывать, если не знала этого.
— Хорошо, я это знала, — проворчала она. — Просто подумала, раз ты демон…
— Даже я не всесилен, mon ange, — ответил я. — И существуют правила, которым подчиняемся все мы. Принципы, регулирующие порядок в Аду, нельзя нарушать по чьей-то простой прихоти.
— Хорошо. Итак, я не закрыла дверь до конца. Но думала, что сделала это, — серьезно ответила она. — Могу поклясться, что сделала это.
— Ты ошиблась. Порождение ада пришло за тобой, потому что ты ему это позволила — ты выпустила эту тварь. Оказалась небрежной и должна заплатить — все твои близкие заплатят за твою ошибку.
— Почему ты продолжаешь это повторять? Почему оно хочет убить дорогих мне людей? — требовательно спросила она.
Я мрачно посмотрел на нее.
— Порождение ада будет стараться причинить максимальную боль и страдания своей жертве, именно поэтому эта тварь будет охотиться и убивать всех дорогих жертве людей. Страх и горе, словно специи для мяса, придадут ему нужный вкус. Ну, по крайней мере, мне так говорили.
— Ты больной сукин сын, — вспыхнула она. — И врешь. Оно почти схватило меня. Я едва не погибла!
— Потому что ты спала в комнате своей бабушки. Оно хотело сначала забрать её, — заметил я.
Она прижала руку ко рту.
— О боже… как оно вообще пробралось в дом? Бабушка на каждую дверь и окно нанесла самые сильные защитные заклинания.
— Ты, наверное, заметила, что оно не воспользовалось ни дверью, ни окном, — сухо ответил я. — Оно прорыло себе проход из-под земли, осторожно избежав влияния вашей человеческой магии.
Гвендолин выглядела настолько плохо, что мне даже стало её жалко — но я не показал этого. Она никогда не научится на собственных ошибках, если я проявлю к ней сострадание.
— Но если оно пришло за бабушкой…
— Так и есть. И я обещаю тебе, Гвендолин, эта тварь выследит всех, кто хоть сколько-нибудь тебе дорог. Есть ещё кто-то, кого ты любишь так же, как бабушку?
Она побледнела.
— Кейша, — пробормотала Гвен в ужасе.
— Извини, кто это? — я склонил к ней голову.
— Никто. — Она в ответ поспешно покачала головой. — Отлично, я поняла, эта тварь придет за всеми, кого я люблю. Как мне предотвратить это?
— Никак. — Я пожал плечами, как будто мне было всё равно.
— Никак? — Она уставилась на меня, широко и недоверчиво распахнув глаза. — Ничего нельзя исправить?
Я лениво улыбнулся.
— Боюсь, что нельзя. По крайней мере, в одиночку ты с этим не справишься.
* * * * *
Гвендолин
Я вызывающе взглянула на Лаиша:
— Это полная фигня. Я как открыла эту чертову дверь, так и закрою её.
Лаиш нахмурился.
— Ты же не дурочка, Гвендолин, и понимаешь, что не всё так просто. Открыть двери в Бездну относительно легко — это можно сделать в призрачной форме, именно так той ночью ты вытащила с того света свою подругу. Но вот закрыть её… — Он покачал головой. — Это совсем другое дело.
— Хорошо, — неохотно согласилась я. — Знаю, что это будет нелегко. Но если я её открыла, то смогу и закрыть? Верно?
— Но не в виде духа. — Лаиш уперся локтями в колени и окинул меня пристальным взглядом. — Единственный способ полностью закрыть дверь в Бездну — пройти через все семь кругов Ада, причем ты должна сделать это в своей физической форме.
Я ошеломленно уставилась на Лаиша. Он рехнулся?
— Но я не могу. Ты же понимаешь, что я не могу. Достаточно опасно пройти через Теневые земли до Большого Барьера. Если пройду дальше в Ад, то застряну там навсегда.
Лаиш откинулся на спинку дивана, его пухлые чувственные губы изогнулись в раздражающей ухмылке.
— Только если ты отправишься туда одна, без сопровождения.