Кровавые тени (ЛП)
— Пойми меня правильно, Гвендолин. — Его глаза полыхнули. — Я делаю это не только по необходимости. Подразнить твое маленькое лоно, попробовать твои сладкие соки прямо из источника и довести языком до оргазма будет моей привилегией.
— Ты правда хочешь… Попробовать меня? — Не то чтобы я не слышала об оральном сексе раньше, я же не вчера родилась. Знала по рассказам подруг, что большинство парней делают это исключительно из чувства долга. Один из моих друзей в колледже подытожил: «Лизни дважды, потом вставляй». Так что мне с трудом верилось, что Лаиш действительно ждал этого с нетерпением. Но его горячий, голодный взгляд говорил об обратном.
— Я хочу попробовать тебя, mon ange. И едва сдерживаюсь.
Удерживая мой взгляд, он поднес пальцы к лицу. Сначала глубоко вдохнул, словно смакуя мой запах. Затем положил их в рот, посасывая и облизывая, будто пытаясь получить каждую каплю моего меда.
Вина и похоть прожигали меня насквозь.
О богиня, я должна отвести взгляд… Должна перестать представлять, каково это позволить ему попробовать меня! Но я ничего не могла с собой поделать, даже зная, что это опасно и неправильно. Я всё ещё хотела… Хотела его. Снова тихий голосок в голове попытался предупредить меня об опасности, и снова я оттолкнула его. Не хотела выслушивать его сейчас… И просто хотела сосредоточиться на Лаише, его словах, его действиях.
Я прикусила губу, когда он медленно вынул пальцы изо рта.
— Так тебе… Правда нравится?
— Правда. У тебя изысканный вкус, Гвендолин, — мягко прорычал он. Он снова скользнул вниз и вошел в меня, чтобы собрать мою влагу. Я застонала. — Попробуй и ты. — Подняв руку, он провел влагой по моим губам. Его влажные пальцы заскользили по моему рту, полностью покрывая мои губы.
На мгновение я застыла… Потрясенная… Не знала, что делать. Я никогда не представляла ничего подобного даже в самых смелых мечтах и фантазиях. Это казалось таким извращенным и порочным, и в то же время столь возбуждающим. Ему нравится мой запах и аромат. Настолько, что он хотел поделиться им со мной и показать, каким восхитительным находил мое тело.
Затем он притянул меня к себе.
— Иди ко мне, — тихо и требовательно прорычал он, его большая рука потянулась ко мне, запутавшись в волосах, наши губы встретились. Лаиш глубоко поцеловал меня, слизывая соки с моих губ, а затем скормил их мне, вторгаясь в мой рот языком, чтобы поделиться моим потайным вкусом.
В то же время его другая рука скользнула меж моих бедер, и его пальцы снова пронзили меня. Но на этот раз ритм его толчков был размеренным и горячим. Он глубоко проникал в мое раскрытое лоно и ласкал ноющий клитор круговыми движениями большого пальца.
Я издала тихий, наполненный желанием стон и капитулировала. Поцеловала его в ответ, жадно посасывая его язык; мои бедра опустились на его ладонь и поймали ритм. Я бессовестно объезжала его пальцы.
— Вот так, Гвендолин, — тихо сказал он, обрывая поцелуй. — Отдайся мне. Отдайся похоти, пока я удовлетворяю пальцами твоего сладкое лоно. Кончи для меня — сейчас.
Наслаждение нарастало, напряжение натягивалась всё туже и туже. Я почувствовала, как оно лопается по его тихому приказу, и наслаждение поглотило меня во второй раз.
— О… О! — беспомощно закричала я. Соски резко напряглись до боли, внутренние мышцы интенсивно схватывали его пальцы, словно я пыталась втянуть его ещё глубже.
Всего на одно — одно — мгновение, я позволила себе представить: я — сверху, как сейчас, размещаю широкую головку его члена у входа… Медленно скольжу вниз, позволяя ему полностью наполнить меня…
«Осторожно! — закричал голосок в голове. — Это опасно, даже не думай об этом, Гвендолин! Ты заходишь слишком далеко — это неправильно, и ты это знаешь!».
Я почувствовала странную вибрацию в воздухе, словно в подтверждение предупреждения — такую же, как на берегах Стикса. Мы выплатили налог на грех и могли перейти на следующий круг ада.
Богиня… Я поступила неправильно. Я стала плохой, такой плохой, заныл голос вины. На этот раз игнорировать его было гораздо труднее, как бы ни старалась.
Я всё ещё пыталась отдышаться. Как только наслаждение утихло, откинулась на руки Лаиша, и он спросил:
— Ты почувствовала, как спал барьер?
— Да, почувствовала, — прошептала я и тут же задала вопрос. — Но почему… Почему он не поддался в первый раз?
— Потому что тогда ты сама удовлетворила себя, без моей помощи. Ну, почти. — он скромно улыбнулся. — Знаешь, что это значит?
— Что? — спросила я, нахмурившись.
— Теперь у тебя есть неопровержимое доказательство, что самоудовлетворение не греховно. Ты можешь предаваться ему сколько угодно, без страха и стыда.
Я позабыла о вине и удивленно на него посмотрела.
— Поэтому ты хотел, чтобы я удовлетворила себя? Серьезно?
— Верно, а ещё я хотел показать тебе, как самой доставить себе удовольствие. — Он погрустнел. — Я не всегда буду рядом, чтобы помочь тебе. Полагаю, ты захочешь избавиться от меня и вернуться к своему смертному быту после нашего маленького приключения.
Я не знала, что ответить. Он намекал, что хочет длительных отношений со мной? Но как такое возможно?
«Невозможно, — прошептал тихий голос в моей голове. — Он демон, помнишь? Ты не можешь создать душевную связь с существом, у которого её нет».
Лаиш снова притянул меня к себе и пробормотал, что нам пора поспать, тем самым спасая меня от неловкого момента.
— А демоны спят? — спросила, зевнув ему в грудь, несмотря на попытки сдержаться. Два умопомрачительных оргазма утомляют гораздо больше, чем можно представить.
— Нет, — сказал он, приглушая свет взмахом руки. — Но обнимать тебя и охранять сны доставит мне огромное удовольствие.
Я подумала, что демоны — существа из кошмаров, а не из приятных снов. Но прежде чем успела что-то сказать, темнота поглотила меня, и я заснула.
Глава 17
Лаиш
Было очень приятно держать мою маленькую ведьму и чувствовать, как она расслабляется во сне. Я наслаждался каждым мгновением, желая, чтобы ночь была длиннее.
Я видел, она начинает доверять мне. В противном случае, она бы не прижималась так ко мне, положив голову на грудь. Тем более она бы не смогла раскрыться мне и позволить доставить удовольствие, доведя до оргазма. Боги, она была невинна во всех смыслах, что я находил восхитительным.
Я не смог удержаться и провел языком по губам, чтобы снова вкусить её приятный, женственный вкус. Надеялся, что вскоре смогу попробовать её соки прямо из источника. Я мог только представить себе удовольствие, когда широко раздвину её бедра и раскрою её естество языком. Затем буду удовлетворять её, пока она не кончит мне на язык также, как кончила на пальцы.
Но это в другой раз… В другом круге, строго сказал я себе. Я не хотел давить на Гвендолин слишком сильно. Только что завоевал её доверие и не хотел отпугнуть.
«А что будет, когда наш поход подойдет к концу? Что будет, когда мы закроем врата и она захочет вернуться в царство смертных? — спросил голос внутри. — Захочет ли она иметь дело с демоном? Ты действительно так просто её отпустишь?»
Я отбросил сомнения. Конечно, я отпущу её — у меня не было выбора. Только время покажет, захочет ли моя маленькая ведьма продолжать наши отношения, какими бы они ни были.
Я старался быть спокойным и рациональным. Но чувствовал, будто клинок пронзает сердце от одной лишь мысли о её потери. Хотелось бы мне разгадать тайну, почему она так действует на меня, но я был далек от ответа. Лишь знал, что хочу её — хочу оберегать её, хочу дорожить и заботиться о ней — всегда.
Я нахмурился. Эти эмоции мне чужды. Я не наслаждался жестокостью и болью, как многие демоны, но и не подпускал нежность и заботу. Похоть — мой конёк, а она идет отдельно от нежных эмоций.
И всё же я наслаждался не только страстью, когда довел Гвендолин до оргазма. Она доверилась и отдалась мне, от чего я хотел дарить ей удовольствие снова и снова… Обнять и никогда не отпускать. Когда она была в моих объятиях, я испытывал давно забытые чувства. С тех пор как…