Затерянные в солнце (СИ)
— Поздравляю, Аруэ дель Нуэргос, — Великая Царица протянула ей ладонь, и та крепко пожала ее, низко поклонившись при этом. — Церемонию позже проведем. Шатер теперь твой, я только вещи свои заберу.
— Слушаюсь, Великая Царица! — Аруэ склонилась еще ниже.
Лейв подошел вплотную к Лэйк и удивленно зашептал ей на ухо:
— Это что, у вас просто можно подойти к царице, бросить ей вызов и занять ее трон?
— Да, — кивнула Лэйк.
— И это может сделать любой желающий?
— Да.
— Даже я? — в голосе вельда прозвучало озорство.
— Только в том случае, если сначала мои сестры лишат тебя потомства, — оскалилась Лэйк. Вельд нахмурился, и больше вопросов не задавал.
К Великой Царице со всех сторон поспешили разведчицы: кланяться и выражать свое почтение, приносить поздравления. Как и к Аруэ, которая стояла рядом с ней и медленно моргала, тяжело дыша и, видимо, так до сих пор и не понимая, каким образом все произошло. А Великая Царица беспомощно оглядывалась, словно выискивала глазами в толпе кого-то. И Лэйк знала, кого она ищет.
С краю толпы, возле самого шатра царицы Дочерей Воздуха, стояла Эрис. На ней уже было теплое белоснежное зимнее пальто с глубоким капюшоном, а на плече висел вещмешок. Рядом с ней топталась Найрин, хмуря свои серебристые брови и опасливо посматривая по сторонам. А взгляд сестры не отрывался от Тиены, и столько в нем было любви, столько нежности, столько желания, что Лэйк предпочла опустить глаза и не смотреть ей в лицо. И почувствовала глубокие угрызения совести. В какой-то мере, именно из-за нее в этот счастливый день они не смогут побыть вместе. Но с другой стороны, все это не зависело от Лэйк. Прости, Эрис, но мне больше некого послать, да никто и не справится, кроме тебя. Ты теперь — Держащая Щит анай, тебе и договариваться о мире.
Найрин первой заметила Лэйк и помахала ей. Слегка склонившись в спину Великой Царицы, Лэйк кивнула Лейву следовать за собой и направилась к стоящим возле палатки сестрам.
Зрачки Найрин расширились от удивления при виде Лейва, а Эрис недоверчиво вздернула одну бровь, окинув его взглядом с ног до головы. Тот только волком глянул в ответ и взвесил на плече свою сумку.
— Думаю, вам пора, — негромко проговорила Лэйк, подойдя вплотную к друзьям. — Лейв идет от имени вельдов.
— Ты уверена? — Эрис пристально осмотрела его с ног до головы. — Тебе это Тьярд сказал?
— Я тоже считаю, что от тебя никакого проку не будет, но другим людям-то этого не сообщаю, — надулся Лейв. Он выглядел неуверенно, оглядываясь по сторонам и ловя на себе хмурые взгляды анай. — Может, уже поскорее отправимся в путь? С каждой минутой ваши сестры выглядят все менее дружелюбными.
Игнорируя его, Лэйк повернулась к Эрис. Сестра еще раз безнадежно взглянула на Великую Царицу, но та никак не могла пробиться к ним через плотную толпу и лишь подняла руку в прощальном жесте.
— Что я могу им пообещать? — взгляд Эрис был решительным и неуверенным одновременно. — И что мне просить?
— Просить всех, кого только согласятся дать, и даже больше. А в ответ — торговлю, льготы, возможность изучать наш народ, если они захотят. — Лэйк припомнила, что Тьярд рассказывал о том, как эльфы добивались разрешения изучать природу макто и самих вельдов. — В землях Нуэргос есть залежи драгоценного камня. Можешь договариваться о совместной разработке. Еще есть мифар, железная руда высокого качества. Вряд ли у них в лесу такая имеется. Скажи, мы готовы торговать.
— А если они попросят изучать Источник Рождения? — Эрис нахмурилась, и гнев заворочался внутри Лэйк. Источник был святым местом, запретным для всех. Раньше был. А теперь его осквернили онды. Лэйк сжала зубы.
— Скажи, что для начала мы освободим Источник, а потом поговорим обо всем остальном. Ничего не скрывай, дави на них, как только сможешь. — Эрис кивнула. Лэйк постаралась улыбнуться ей как можно теплее: — У тебя все получится, Эрис. Теперь ты — Держащая Щит народа анай. Ты представляешь весь наш народ, и Небесные Сестры за тебя. Ты справишься.
Лицо Эрис смягчилось, а потом она, не стесняясь, притянула к себе Лэйк и крепко обняла.
— Будь осторожнее, — прошептала она Лэйк на ухо. — И побереги Тиену. Я боюсь за нее, особенно сейчас.
— Клянусь, с ней ничего не случится, — Лэйк сжала плечи сестры в ответ и отпустила ее. А потом повернулась к Найрин. — Заберешь их через три дня. Этого времени должно хватить и на переговоры, и на то, чтобы ты обошла все земли Каэрос вместе с остальными зрячими.
— Хорошо, Лэйк, — кивнула та.
— Мы никуда отсюда не сдвинемся, так что возвращайтесь прямо в лагерь. Я жду вас с подмогой. — Лэйк очень серьезно оглядела обеих и тихо проговорила: — Сейчас решается исход этой войны. Вы должны привести сюда всех, кого только сможете. До последнего человека.
— Я знаю, Лэйк, — нахмурила брови Эрис, а Найрин с мягкой улыбкой добавила:
— Не бойся, мы не подведем.
— Роксана с вами, — кивнула Лэйк, отходя на несколько шагов назад. — Идите. Время не ждет.
Взвесив на плече вещевой мешок, Найрин взяла за руки Лейва и Эрис, а потом глаза ее вспыхнули серебром. Несколько Нуэргос ахнули и отшатнулись, когда прямо перед нимфой в воздухе раскрылся вертикальный провал в серый колеблющийся мир за Гранью. Она первой шагнула туда, увлекая следом Лейва и Эрис, и сестра еще на миг обернулась, чтобы бросить последний взгляд на Великую Царицу. Потом проход за их спинами схлопнулся в вертикальную серебристую линию, которая почти сразу же растаяла в воздухе.
Лэйк глубоко выдохнула сквозь стиснутые зубы. Начало было положено. Теперь оставалось только ждать.
==== Глава 32. На краю Заповедного Леса ====
Мир за Гранью был блеклым и размытым, но почему-то казался Эрис при этом гораздо более правильным. В нем была какая-то неописуемая нежность и чистота, даже несмотря на наличие большого количества паразитических сущностей, сразу же направившихся к трем путешественникам. Только вот Эрис не подпустила их близко, расслабившись и позволив пространству течь сквозь себя. Вокруг них сразу же образовалось спокойное, как поверхность озера Белый Глаз в штиль, гладкое пространство, сквозь которое не просачивалась ни одна вибрация. А это означало, что им ничто здесь не угрожает.
Эрис шагала вперед, чувствуя в своей руке теплую ладонь нимфы и оглядываясь по сторонам. Найрин выглядела в этом мире серебристой вспышкой рожденной звезды, окруженной по краю бликами серого огня, пробегающего по самому контуру ее размытого тела. Лейв отсвечивал чем-то фиолетово-голубым, и от него бежали мелкие-мелкие волны неуверенности и подозрительности, которые, впрочем, не способны были поколебать стену покоя, возведенного вокруг них Эрис.
Вдруг что-то мелькнуло на его груди сквозь куртку. Эрис прищурилась, пытаясь рассмотреть, что это. С каждой секундой свечение становилось все ярче и ярче, а потом она увидела белый цветок. Он казался странно вещественным здесь, в мире размытых теней и плавных линий. За пазухой Лейва лежал белый бутон, тугой и светящийся изнутри с такой силой, что глазам было больно. Его сияние впитывало в себя всю тишину неба и задумчивую поступь звездных ветров, и от него расходились теплые пульсирующие волны, действительно колеблющие пространство, которое колыхалось вокруг Эрис, словно трава под ветром.
В глубочайшем удивлении Эрис потянулась к этому бутону сознанием, пытаясь понять, что же это такое. Только вот почему-то на прикосновение он никак не отвечал, и погрузиться в него, слиться с ним, чтобы изучить его структуру, у нее не получалось. Словно невидимая, прочная как гранит стена отделяла Эрис от странного цветка. И ее попытки никоим образом не повлияли и на изменение его пульсации: бутон продолжал тихо стучать изнутри, словно маленькое сердечко.
Оставалось только гадать, что это такое, и где Лейв эту штуку раздобыл, но здесь, за Гранью, говорить она не могла, а потому и смысла сейчас волноваться об этом не было. Главное — Эрис чувствовала, что белоснежный тугой бутон не несет в себе никакой угрозы и, скорее, наоборот, предохраняет их от непрошенного чужого присутствия едва ли не лучше, чем все выставленные Эрис блоки.