За Семью Преградами (СИ)

Она верна мне будто волчица. Красивая, опасная, дурная, правда, но самая необходимая на свете.
— Ага, — деланно скривилась Саира. — А всех остальных не привечает. Вот они и мучаются, бедненькие, с таким трудом терпят все это.
Вздохнув, Лэйк отхлебнула чаю. А еще Саира всегда держала свое слово. На свадьбе восемь лет назад, давая Лэйк обычные по такому случаю клятвы верности, Саира с очаровательной улыбкой присовокупила обещание, что Лэйк никогда не будет с ней скучно. И оказалась права, скучно с ней уж точно не было, ни минуты.
— Что тебя на самом деле беспокоит, Саира? — негромко спросила она, внимательно оглядывая жену и втягивая носом ее запах: раздраженный, сонный и при этом странно неуверенный.
Та только поморщилась, не отрывая взгляда от своей чашки.
— Волчата. Мари вчера сообщила мне крайне кислым тоном, что они задираются к остальным сестрам и уже поколотили дочерей Исайи за то, что они стащили у них во время обеда сладости вместе со старшими девочками.
— Дети всегда дерутся, Саира, — спокойно пожала плечами Лэйк. — Мы с Эрис без перерыва клубком катались. А если не с ней, то с Торн.
— Лэйк, — Саира выразительно взглянула на нее. — Девочки Исайи старше их на два года и гораздо сильнее. Мари говорит, что волчата покусали их, причем до крови, изрядно всех при этом перепугав.
Лэйк спрятала улыбку в кружке с чаем. Волчата, как нежно прозвала их Саира, росли совершенно дикими и неуправляемыми. Только Саира и могла успокоить их и заставить слушаться, в ее присутствии они ходили как шелковые. Но стоило ей отвернуться, как они вновь сцеплялись в дерущийся клубок и уносились куда-то на поиски новых приключений, общаясь при этом на выдуманной языке, который кроме них двоих никто не понимал. И Саира отказывалась признавать, что характером волчата пошли в нее, а вовсе не в Лэйк.
— Ну и что ты ухмыляешься? — сердито взглянула на нее Саира, разглядев-таки улыбку на лице Лэйк. — Если они уже сейчас начинают кусаться и скалить зубы, то это может означать, что однажды в них откроется твоя волчья кровь. И что мы тогда будем делать с двумя неуправляемыми сальвагами?
— Не откроется, Саира, — спокойно ответила Лэйк. — Моя кровь передастся только детям, которых я выношу.
— Ты передала ее и мне, помнишь? — глаза жены сузились. — Причем без моего согласия. Это могло повлиять.
— Это не повлияло, Саира, — покачала головой Лэйк. — И ты сама прекрасно это знаешь. Они получили от тебя только здоровье и выносливость, больше ничего. Не беспокойся. Ничего дурного не случится ни с ними самими, ни с окружающими их Дочерьми. А девки Исайи сами напросились, знали ведь, с кем связываются, когда яблоки таскали. Ничего страшного, наставят друг другу тумаков и успокоятся, в следующий раз умнее будут.
— Некоторым это не помогает, — Саира выразительно стрельнула в Лэйк глазами и поковырялась ложкой в миске с кашей.
Пропустив мимо ушей колкость, Лэйк втянула носом ее запах. Тревожность из него так никуда и не исчезла, лишь усилившись за последние несколько минут.
— Есть что-то еще, что тебя тревожит, горлинка, — мягко проговорила Лэйк, отставляя в сторону чашку. — Я же чувствую, дело не только в волчатах.
— Ненавижу, когда ты это делаешь, — проворчала Саира, бросив на нее хмурый взгляд, но все-таки нехотя проговорила: — Магара. Я не понимаю, что ей надо.
— Никто не понимает, — мрачно отозвалась Лэйк.
И это была абсолютная правда. Прошло уже пару недель с того дня, как Магара заявилась в становище Сол вместе с Великой Царицей и Держащей Щит, и если последние две, быстро завершив все дела, отбыли в Рощу Великой Мани, то Магара, кажется, никуда не спешила. Больше того, она расхаживала по становищу с таким видом, будто и вовсе не собиралась отсюда уезжать. Проводила половину дня на Плацу, тренируясь с разведчицами, по вечерам пила с ними в Казармах, с удовольствием заливая в глотку ашвил, которым Лэйк вынуждена была ее угощать. Все свои дела с Лэйк она решила уже в самом начале, сразу по прибытии в Сол, когда они договорились о новых Дочерях для Обмена на грядущий год, о некоторых спорных моментах торговли и совместном ремонте пограничных фортов, многие из которых так и не были восстановлены после войны. Теперь, после провозглашения Великой Царицей мира между кланами, эти форты больше не использовались по прямому назначению, превратившись в своеобразные рыночные площади для товаров, текущих из земель Каэрос в земли Лаэрт и обратно. Однако сложно было, даже несмотря на все произошедшее восемь лет назад, очень сложно было привыкнуть к тому, что военные форты в пограничье с Лаэрт больше не будут выполнять функции оборонительных сооружений, и что гарнизон их теперь укомплектован Ремесленницами, а не Воинами. Там уже даже начали строиться самые настоящие дома, начали рождаться первые дети, причем у некоторых из них родители были разных кланов. Лэйк чувствовала, что это к лучшему, но привыкнуть к переменам все еще было сложно.
Что же касается Магары, то покончив со всеми делами и обсуждениями, она дружески улыбнулась Лэйк и заявила, что хотела бы погостить в Сол до дня равноденствия, а может, и чуточку дольше.
— Чтобы наши Дочери друг друга ножечками не щекотали, нам с тобой, моя одноглазая очаровательная нимфа, надо научиться претворяться лучшими друзьями, — широко оскалившись, заявила ей Магара и похлопала ее по плечу. — Так что стой поближе ко мне и улыбайся пошире. Можешь даже иногда обнимать меня, если уж совсем приспичит, я в обиде не останусь.
Лэйк скорее хотелось удавить ее собственным ремнем, но она только кивала в ответ и выдавливала кривую ухмылку, которая должна была сойти за дружескую. Глядя на ее лицо, главы сообществ стремились убраться как можно дальше, с глаз долой.
И Магара, эта проклятая бхара, действительно изо всех сил делала вид, что гостит в Сол просто так, демонстрируя всем свое расположение к Каэрос. Она не задиралась, была со всеми крайне любезна, активно дружилась с кем только могла, и чем энергичнее она это делала, тем быстрее росло подозрение Лэйк. Что на самом деле надо было царице Лаэрт в Сол? Что она здесь вынюхивала? Лэйк уже буквально вывернула себе мозги наизнанку, пытаясь это понять, сорвала весь нос, пытаясь вынюхать запах ее эмоций, но пока еще все было тщетно.
Вот и сейчас, тяжело вздохнув, она потерла ладонью лицо и проговорила:
— Понятия не имею, что нужно от нас этой бхаре. Еще немного, и я действительно начну верить, что она прилетела сюда в гости, повидать нас и не более того.
— И сделаешь именно то, чего ждет Магара, — стрельнула в нее пронзительным взглядом жена. — Она только этого и добивается, чтобы все расслабились и потеряли бдительность. Ты же знаешь это.
— Знаю, — кивнула Лэйк. — Но зачем она здесь? Если бы ей что-то надо было бы, она бы давно об этом сказала или хотя бы намекнула. Она же ничего не просит.
— А ты пробовала спрашивать об этом у Леды? Она, скорее всего, в курсе планов собственной царицы.
— Я не собираюсь оскорблять честь Леды, выспрашивая у нее про Магару, — Лэйк выразительно взглянула на жену. — А даже если Леда и знает это, она сама никогда мне не расскажет по той же самой причине. Она же теперь Лаэрт.
— Проклятые Каэрос! — закатила глаза Саира. Вид у нее был недовольный.
В первый же день своего приезда в становище Сол Леда дала Лэйк понять, что она здесь только для того, чтобы повидать их с Найрин. Она сама напросилась вместе с Магарой в путешествие, и та включила ее в состав своей почетной стражи, которая полагалась царице по закону при посещении земель других кланов, хоть никакой необходимости в этом после окончания войны и заключения союзных межклановых договоров уже не было. Да оно и неудивительно. Последний раз Лэйк с Ледой виделись около четырех лет назад во время дипломатического визита Лэйк в становище Натэль. И за прошедшие с тех пор годы царица Каэрос успела уже истосковаться по своей названной сестре. Сейчас у них, правда, было не слишком много времени для того, чтобы видеться, но они успели уже не раз засидеться допоздна за кружкой ашвила и воспоминаниями о прошлом, помянуть павших, поговорить о будущем. Только во время этих разговоров обе старательно обходили любые моменты, которые могли быть связаны с политикой обоих кланов, уважая взаимные интересы друг друга. И требовать от Леды раскрывать планы Магары Лэйк не стала бы даже под угрозой собственной смерти.