Вторжение 2 (СИ)

Но что-то мне в этом спокойствии не понравилось, бывает такое, что вот нет ничего особенного в приличном месте, бармен методично протирает бокалы, клерк среднего звена кидает в себя шот за шотом, сидя у стойки, девочки вешаются на клиента, на танцполе двигаются кто во что горазд, стриптизёрша спокойно собирает чаевые, а все равно, стрёмно соваться, и точно, через двадцать-тридцать минут начинается перестрелка, и ты сидишь под столиком, моля высшие силы, чтобы тебя не задело шальной пулей. Или заходишь в пустую якобы квартиру вслед за девушкой, и в середине процесса из пустоты появляется здоровенный негр с мачете, решивший вдруг вернуться домой, посмотреть, как там его подружка поживает, и ты отдаёшь и бумажник, и смартфон, и деньги с чип-кольца, потому что лезвие огромного ножа уже надрезало кожу на твоей шее.
Нет, определённо, интуиция у меня и раньше была.
Пробоина образовала небольшую полость в контейнере для энергоячеек, туда я Йолану и поместил, закрепив фиксаторами, если помрёт, значит, такая у неё судьба, но специально я этому способствовать не буду. Даже наоборот.
И полетел к ангару, шлюз был открыт, но рядом ещё и технический проход был, через который можно было выйти наружу. Или войти.
Мембрана, задерживающая воздух, легко меня пропустила, снаружи атмосферы нет, это в другую сторону она была жёсткой и неуступчивой. А вот в нужную мне – поддалась. В ангаре были и воздух, хоть и довольно разреженный, и небольшая гравитация, но от скафандра я избавляться не спешил. Прямо напротив шлюза оставался один сигарообразный штурмовик, возле него стоял незнакомый мне человек в синем скафе, такой я у солдат Конфедерации видел, с убранным шлемом и готовым к атаке оружием – закреплённые на предплечьях излучатели и кинетическая установка на плече. Возле ближней переборки двое в комбинезонах техников что-то сортировали в ящике.
Меня пока никто не заметил, но это был лишь вопрос времени, хоть и с отключённой системой опознавания, скаф все равно оставался оружием, на которое другой скаф должен был среагировать, только я пересеку невидимую черту, до которой оставалось метра два. Или прицелюсь, действовать надо было быстро.
Чужой боец дёрнулся, выворачивая правую руку к проходу, почти в мою сторону, я было уже поставил защиту, как вдруг в ангаре появились двое синтов из пилотов, не вступая в переговоры, они тут же открыли огонь из энергетических пистолетов – тупой поступок, с тем же успехом они могли из рогатки пулять. Двое техников спрятались за ящик, прочный, заряд, который в него попал, только дыру прожег. Боец, не заращивая шлем, и не двигаясь, выпустил веер стрелок-ракет, добавив очередью плазмы. Бой получился коротким и совсем не зрелищным, защиты у синтов не было, и плазма легко прожгла комбинезоны, а короткие снаряды просто разорвали жителей Союза на кусочки.
Но этого времени мне хватило, чтобы включить целенаведение, и выпустить собственные ракеты. Пять штук одна за другой ушли прямо в бойца. Не знаю, как тот среагировал, вскинув руку, и выпуская облако защиты, только все пять взорвались буквально в метре от него. Противника откинуло назад, легкий скаф и слабая гравитация сыграли против бойца – фиксаторы на подошвах в случае опасности тут же отключались. И вот тогда шестая ракета разнесла его голову на кусочки.
- Первый – пошёл, - я оттолкнулся, изображая перекат, и выпустил очередь в высунувшихся техников.
Докатился так до штурмовика, и скрылся за ним, держа двух вероятных противников на прицеле.
Те тоже затаились, но потом не выдержали.
- Эй, - позвал один из них, стараясь говорить как можно громче – в разреженном воздухе звук распространялся слабее. – Ты ведь из оставшихся? Парень, мы свои, этот гад заставил нас делать то, что он говорил. Смотри, у нас нет оружия.
Он приподнялся, показывая, что руки пустые, а на держателях комбинезона нет ничего, кроме ремонтного оборудования. Оно тоже могло урон нанести, но только не мне.
Второй тоже вылез, демонстрируя мирные намерения. Оба скалились, потихоньку подходя поближе.
 
- Стоять, - скомандовал я, и техники замерли.
- Можно, мы пойдём? – первый махнул рукой в сторону ангара. – Спасибо тебе, что спас. Эти сволочи увели большую часть команды, а нас оставили ждать какой-то штурмовик, который не взорвался. Но они и его уничтожили недавно. Там ещё выжившие есть, мы должны помочь.
- Сколько? – спросил я.
- Что сколько?
- Выживших сколько?
- Семеро. Нет, теперь пятеро, не считая нас, - охотно ответил второй. – Двое тяжёлые совсем, если в медотсек не доставить, умрут.
- Медкапсула на месте?
- Да, они её брать не стали, в том модуле, который угнали, новых моделей три десятка было, - второй всем видом показывал, что он – друг и вообще хороший человек. – Мы сначала подумали, что ты их тех, других, у десантников, которых вытащили, такие же скафы.
Затемнённый шлем не давал им увидеть моё лицо.
- А вы почему остались?
- Политические разногласия, - сплюнул первый. Получилось это у него хреново, склизкая капля полетела в мою сторону.
Я выстрелил несколько раз плазмой, уходя за корпус, и уже оттуда выпустил ракету. И тут же рядом со мной взорвалась кинетическая граната, осколки брызнули, огибая выставленный энергощит, и градом застучали по корпусу штурмовика.
Активируя двигатели, взмыл вверх, выпуская ещё одну очередь зарядов в появившегося из прохода бойца. Тот был вооружён получше первого, но похуже меня, скаф у него был хоть и боевой, но не такой тяжёлый, и все равно, в своей победе я был совершенно не уверен. Новый противник двигался быстро, используя все доступные способы атаки, пока я раздумывал, что делать. Ещё одна граната вылетела в мою сторону, как я сбил её прямо на лету, не знаю, тут словно какое-то десятое чувство опасности включилось. Действуя на автомате, перевёл ракетницы в ручной режим, отключив целеуловитель, и выпустил во врага. Совершенно не туда, где он должен был быть. Но почему-то именно там он и оказался, два попадания его скаф выдержал, а вот третье – пробило щиты, и оставшиеся две ракеты взорвались уже внутри, превратив противника в фарш.
Повернулся к техникам – вовремя, те вовсю уже целились в меня из пистолетов. Явно местная атмосфера отупляет, то синты, теперь эти придурки наивные, разве с нами, десантом, можно так самоуверенно себя вести. Поймал себя на мысли, что почему-то считаю себя настоящим космическим десантником, прям как мой предок-негр. И бросил в техников фиксаторы, те пристрелили их ботинки к полу ангара. Тут меня словно отпустило, какая-то слабость даже накатила, до дрожи в коленях.
- Мы все объясним, - заорал второй техник. – Мы просто испугались. Вот.
И он бросил пистолет в сторону шлюза. Первый сделал то же самое, разводя руки в стороны.
- Нет, не надо, - я высветлил шлем, и, глядя прямо в широко открытые глаза республиканцев, ещё недавно комплектовавших мой штурмовик, одиночными выстрелами превратил их головы в спёкшиеся бурые комки.
  
Глава 6
 
Глава 6. 
Около штурмовика я ненадолго задержался, отправив оба зонда на облёт корабля. Заодно поругал себя нехорошими словами, хотя бы одного техника надо было оставить для допроса. И тут же похвалил, как вести допрос, я все равно не знал, не учили меня этому, работа старателем среди астероидов, а потом охранником таких навыков не требует – в крайнем случае задержать, в обычном – убить или убежать. Зато то, что оставлять за спиной врагов нехорошо, в меня вбивали и там, и там.
 
Кроме трупов, лежащих и летающих в переходах и открытых помещениях, зонды ничего не обнаружили. Медицинский отсек был закрыт, так же, как и многие другие, живых людей не наблюдалось, так что я решил рискнуть. Вернулся к дыре десантного отсека, отцепил тело Йоланы, и потащил за собой, то и дело натыкаясь на погибших. Большая часть тел принадлежала жителям Союза, синта убить тяжело, но те, кто этим занимались, справились. Немодифицированных просто пристрелили, а тем, кто уже заменил тело, прожарили мозги энергетическим оружием. Тщательный осмотр я оставил на потом, или скорее на никогда, понятно было, что с корабля, скорее всего, придётся сваливать, те, кто все это сделал, могли вернуться, когда обнаружат, что оставшиеся здесь за ними не последовали.