Эльфанутый. Том 2

Итак, милсдари эльфы показали мне, что такое порочный дом. Ничего особенного. Вполне себе милое заведение. Условия, конечно, не такие как в тюрьме Карандиру, но тоже вполне ничего.
Коридоры здесь были везде. И если бы не сопровождающий, то я бы уже заблудился. Перекрестки, лестницы вниз-вверх, повороты под неправильными углами. Уверен, что в этом лабиринте водятся минотаврихи.
Но конструкция здания — не самое удивительное. Тот тут, то там патрулировали стражи в медных доспехах. Они ходили по двое и с оружием наготове — длинными алебардами. Несвойственное эльфам оружие. Особенно в таком маленьком пространстве.
Еще здесь прогуливались эльфы в серых халатах. Отвороты на рукавах и воротниках вышиты зелеными нитями. Эти пациенты наводили на меня оторопь. Вроде ничего такого, но в глазах у них не было жизни. Они все как один смотрели только вперед. Руки расслаблены и опущены, ноги шаркают. Странные эльфы не были худыми, грязными или избитыми. Но на головах некоторых виднелась седина. Хотя живут они сотни, а то и тысячи лет. Даже Блюм чувствовал, что с ними что-то не так…
А потом пришел звук, скрутивший мне кишечник в тугой узел. Предполагаю, что такой же саундтрек звучит в аду. Завывание тысяч грешников, мучительный оргазм путан, бичевание насильников плетью, знакомство любителей хентая-расчлененки с бутылкой из под шампанского.
Даже член и то покрылся мурашками.
— Что это? — спросил я.
— Опустошение, — сухо ответил сопровождающий.
Вопрос «а можно посмотреть?» я оставил при себе.
Всё это дерьмо мне не нравится. Может от Катарсии уже ничего не осталось? Дряхлая и старая дева? Извини, Эльдарион — я в этом не виноват.
Я пришел к выводу.
Очень важному.
Эльфы…
…гомики.
Их магиус земной тверди бился с орками до самого конца. Его взяли в плен. И за это всю его семью сделали порочными. Да еще и приговорили к «опустошению», которое, судя по звукам, не самое приятное.
Ну разве не дебилы? При всей своей хитрожопости и мудрости они вытворяют ТАКОЕ.
Поэтому я кивнул, укрепляясь во мнении, что пора выебать эльфийскую аристократию. Фигурально и буквально.
Я поставил очередной жирный минус эльфийской расе.
В нос ударил запах свежевысраного кала. Вот прямо как будто впередиидущий стражник обгадился в свои наколенники. Мол, потом вытряхну.
Мой желудок совершенно не ожидал такого запаха среди эльфов. Поэтому я икнул. Мощно так. Но успел сдержаться.
Воин словно затылком увидел мою реакцию, хмыкнул.
— Опустошение редко бывает чистоплотным, — пояснил он.
Да что же это такое-то?
Наконец мы добрались до кабинета хранителя порочного дома. По-другому это помещение не назвать. Жесткий стол, стул, раскиданные повсюду, даже на полу, фолианты и листки исписанного пергамента. Зелени нету.
За столом сидит эльф в возрасте. Седой, с залысиной. Это же сколько ему лет? Три тысячи? Никогда не видел старых эльфов.
— Да? Кто? Что? — разнервничался старец.
— Блаженный лайр Эридрас, к вам приглашенный с письмом от младшей майры Астарии. Но он простоэльфин. Пустить его за порог?
— Пусти. А сам стой за дверью.
— Слушаюсь, блаженный лайр Эридрас, — склонил голову страж, прижав ко лбу кулак. Стандартное эльфийское выражение почести высшим аристократам.
Смердящая чернь в лице меня переступила порог его святейшества.
Я поежился. От дядьки веяло чем-то странным. У него был ярко-красный шаакле приличных размеров. Огненный магиус.
— Ну и что Астри от меня хочет? — спросил старец, не отрываясь от начертания букв черным пером. — А?
— Письмо…
— Плевал я на письмо, — хмыкнул эльф. — Ты ответить не можешь что ли? Язык прикусил?
Я приоткрыл рот. Старый пердун застал меня врасплох. Так со мной эльфы еще не разговаривали. До этого они все были… обычными. Надменными, пафосными. А этот прямо нарывается в челюсть получить.
И сразу же пришло понимание. Я встретил маску. Астария говорила, что очень важно играть по правилам. Если не одеть маску в нужный момент, то за это можно фатально поплатиться. Ох уж эти интрижки. Так-с, включаем галантного мудреца.
 
Я поприветствовал аристократа прикосновением ко лбу кулака. Постоял так секунд пять, задумавшись. О, придумал!
Кашлянул.
— Как же прекрасно в этот день повстречать настолько безупречного представителя аристократии, блаженный лайр Эридрас. Вижу, что ваше тело и ум все так же крепки, как и тысячу лет назад. Сегодня вы так ослепительны, что режете мне взгляд. Ох, простите. Возможно, это просто мерзкий простоэльфин тает при вашем аристократичном величии. Ой, лицо защипало, — потер я щеку. — Прошу сжальтесь над моим ничтожеством и прочитайте это письмо. Я пытался не касаться его, зная, что оно прикоснется к вашей… — я запнулся, глянул на морщинистые руки эльфа, — … упругой и прекрасной коже. Но оно не желало двигаться с места. Мне пришлось его взять в руки. Надеюсь, вы не приговорите меня к опустошению или вылизыванию ваших блаженных пяток. Хотя для меня было бы великой честью…
— Вылизать мне пятки? — понимающе хмыкнул старец. — А если я соглашусь?
— То я с радостью это сделаю, ваше блаженство, — не растерялся я. — Но я обычный простоэльфин, — сегодня изволил вкусить орочьих нечистот на завтрак. Боюсь, мой язык слишком грязен для ваших стоп и…
Старец вздернул брови. При этом лицо у него стало веселым. Словно он первый раз за тысячу лет услышал смешной анекдот.
Я это заметил, напрягся.
— Простите, блаженный лайр, — склонил я голову ниже, — возраст у меня уже почтенный. Сами гляньте на мою старую немощность и дряхлое лицо. Да и в голове уже не то… болтаю… всякого…
Я икнул, начиная нервничать. Тяжело быть маской.
Старый эльф положил локти на стол, скрестил пальцы в замок и с любопытством подался вперед.
— Какой интересный экземпляр нашла себе Астри, — сказал он, улыбаясь самым краешком губ. — Только сразу стало понятно чей ты и как играешь. В первые же мгновения нашей встречи. Не стыдно?
— Ну, теперь стыдно, — честно признался я. — Первый раз не пидо… — я кашлянул, — не очень хорошо получилось.
— Ну вот опять. А если я просто тебя подловил? А ты сразу же открылся.
— Мне кажется, вы открылись первым, — пожал я плечами.
Старик довольно хекнул.
— И никаких манер. Видимо, твоя маска — вульгарность. Не повезло тебе, мальчик. Долго не проживешь.
Вообще-то, блять, совсем наоборот! Я — галантный мудрец.
Блаженный лайр Эридрас открыл письмо. Не прошло и трех секунд, как он поднял на меня глаза.
— И зачем тебе Катарсия?
— Влюбился, — повторил я то, что говорил Астарии.
Хранитель неоднозначно фыркнул.
— Ну-ну. Гаралэт! Привязать к… — он глянул в письмо, — Реордану Эйлю Катарсию узами порочности!
Звучит отстойно…
Я откланялся превосходительству и последовал на выход. Старый эльф сказал мне в спину:
— У младшей майры есть только семь масок на всю жизнь. Чем ты ее так заинтересовал?
Я повернул голову, тихо и таинственно ответил:
— Ужиком…
И, под слегка удивленный взгляд, покинул кабинет заведующего эльфийской психиатрической больницы.
Катарсия находилась в отдельной «палате». Комната два метра на метр. Сплошной камень. Только дыра в стене и кустик с лопухами.
— Принимайте, — кивнул на девушку эльф. — Она не была тронута.
— Не тронута? — непонимающе спросил я.
— Да.
Больше страж ничего не сказал.
Катарсия…
Даже в потрепанном виде она выглядела прекрасно. Кожа бледно серая — похожа на полукровку. Наверное, смесь темного и светлого эльфов. Или темного и человека. Но больно уши длинные. Высокая, грудастая, с широкими бедрами. Я бы сказал, что даже Астарии фору даст, если ее принарядить. Очень большой сосуд души с голубой энергией.
 
И такой экземпляр держат взаперти?
***
Мы покинули психбольницу.
Длинноногая, золотоволосая и точеная эльфийская мулатка не замолкала ни на секунду. Я с опаской заметил, что в своей униформе порочной она привлекает ненавидящие взгляды. От одежды нужно избавиться…