Тень Деформации (СИ)

На последнем аколиты несколько повеселели и расслабились, как и Моллис, которую от слезоразлива до этого момента удерживала только дисциплина.
— Кстати, к Кристине это тоже относится, — уточнил я.
— А разве она…? — удивлённо совершил понятный жест над головой Кай.
— Есть все основания так полагать, — честно соврал я. — Эльдинг, всё готово?
— Да, Терентий, исполнено по слову вашему, но не лучше ли на Нефилиме? — был ответ.
— Нет, — отрезал я. — Экипаж нам не нужен, это просто глупый риск для них. Мы бы просто телепортировались, — выдал я, на что Кристина веско покивала, — но придётся осматриваться, да и комфорт не лишний — возможно, уйдёт несколько дней, — на этом Кристина покивала ещё более веско. — Да, если не будет нас в течение месяца, Франциск, держите курс на Императорис Клайтеус. Полномочия у вас есть, Лорд Максимус знает, что делать. Я вас найду, — несколько покривил душой я.
Потому что если мы с Кристиной не объявимся через неделю, то вряд ли объявимся вообще. Но вероятность этого реально крайне мала: лезть на рожон мы не будем, скорее с визгами и писками убегать, если что. Уж дальше высокой орбиты к Сикарусу приближаться — не будем точно.
И попёрлись мы с Кристиной на ангарную палубу, где находилось творение Эльдинга — мини-челнок артефакт, для двух человек. Обезьянус после стука высунул морду, воспринял моё “я ненадолго”, очи закатил, выдал мыслеобраз в стиле и “бегають и прыгають, всё-то им на месте не сидится”, да и отпустил с миром, святой примат.
А в челноке, довольно иронично напоминающем ежевику, я внимательно уставился на Кристину, невинно закатившую глазки.
— Твоя работа? — вопросил я.
— Ну-у-у… — протянула тереньтетка. — Мне нужно будет много энергии. А так вам удобнее её передавать, — веско покивала она.
— Да неужели? — ехидно вопросил я, поставив после веский вердикт. — Хулиганка. Впрочем, наверное, в этом есть некое благородное безумие и изящество, — не мог не оценить я.
Дело в том, что на десятке квадратных метров челнока не было ничего, кроме огромного ложа, все эти метры и занимающего.
И направились мы с тереньтеткой на, кхм, разведку Сикаруса.
  
24. Ты не вейся…
 
И да, использование челнока как, кхм, траходрома началось с первых минут полёта. Причём Кристина явно развивалась — то, чем мы занимались, не мешало ей навигатить.
Правда, выходила загогулина: даже с мелким челноком “напрямую” в Очко лучше не сигать — небезопасно. Так что транзитом мы прошли мимо Кадии, я даже урвал несколько минут, кинул взор на планету моего грядущего культивирования. Точнее — систему. Потому что Кадия Прайм, планета с пилонами, была важнейшей и центральной, “ни разу не павшей”. А так система содержала несколько планет, каждая с приставкой “Крепость”. От ресурсодобывающей до планеты-тюрьмы, хотя, последнее мне виделось преизрядным бредом.
А ещё, перед выходом на Сикарусе, я любовался уникальным зрелищем — довольной, удовлетворённой и томно развалившейся тереньтеткой. Так что, иногда, наверное, можно, рассудил я. Но не слишком часто, а то бардак выходит, во всех смыслах.
И вот, уже в самой системе Сикарус, я начал несколько… удивляться. Вышли мы весьма далеко от несунской планеты, вот только, дело в том, что системы-то как таковой НЕ БЫЛО!
То есть, в переливах достаточно “имматериального” пространства бултыхалась планетка, в бордово-серо-золотых тонах. Вокруг неё нарезали орбитальные круги всяческие еретические защитные базы и прочая пакость, на разновысоких орбитах. И… всё. В обозримом пространстве ни звёзд, ни иных планет. Болтается, понимаешь, планетка в варпе, в гордом одиночестве.
Впрочем, “без света” несуны не сидели: вокруг планеты нарезало круги некое варп-искажение, испускающее фотоны и, подозреваю, тепло. Но вращалось оно именно вокруг планеты, было относительно невелико и явно рукотворно: подозреваю, некий алтарь, подпитываемый жертвами.
Далее, в видимом простым глазом спектре орбитальные укрепления несунской планеты были весьма “скособочены” и ассиметричны. Хаосня-хаоснёй, но базы банально оставляли дыры в обороне, что мне видится весьма подозрительным: ну не могли орбитальную группировку строить с лакунами, несуны — не дети Импи с их мазохистским “ну трахните меня”.
 
И, в видимом глазами, пусть и астартес, всё. Так что решил я вдумчиво прочувствовать в свете и ветре окружение, кинул на Кристину взгляд, улыбнулся и выдал:
— Начинаем работать. Приготовься, необходимость бежать может возникнуть в любую секунду, — на что тереньтетка серьёзно покивала. — Одеться не хочешь? — уточнил я.
— Не очень, Терентий, — был мне ответ. — А может мы?…
— Тебе мало?! — искренне возмутился я. — И нашла место, варп подери. На обратном пути, если так хочешь, задержимся, — буркнул я, на что девица довольно зажмурилась.
Блин, вот реально: суккуба — она суккуба и есть, мысленно вздохнул я. Впрочем, моя суккуба, так что путь будет, хозяйственно уточнил сам себе.
И начал вчувствоваться в свет и ветер, окружающий нас. И медленно продолжал фигеть, практически так же, как узрев одиноко болтающуюся планетку с “небесным светом” вокруг неё. Вообще, последнее вполне может быть отражением лоргаристого аспекта — гордыни. Мол, даже свет вращается вокруг него, или что-то там такое.
И дело вот в чём: в свете и ветре пространство на тысячи и десятки тысяч условных километров (условных, потому что топология места бултыхания Сикаруса была достаточно имматериальна, чтоб расстояния становились условностью, а не абсолютом) вокруг несунской планеты располагались потоки света и ветра, выстраивающиеся в явные, многочисленные и чертовски мощные ритуалы.
Куда там Дюреру, с жалкими “подматериковыми” колдунствами. У несунов система была — только ни варпа не “звёздная”, а ритуальная. Вполне соответствующая размером звёздной.
— Хм, Кристина, тут ритуал на ритуале, на десятки тысяч километров, — констатировал я. — А как и куда ты скинула куски того апостола? Хочу понять, где примерная граница обнаружения разумного, — уточнил я, поскольку в свете и ветре от Кристины повеяло обидой, да и губу она надула.
Впрочем, пояснение обиду угомонило, ну и на небольшой голограмме планеты, созданной корабельным вычислителем, она начала тыкать пальчиком “куда и откуда”.
— То есть, выходит, — задумчиво констатировал я тыкнутое, — Что зона уверенного обнаружения у них даже ниже ближней орбиты. Ни варпа не понимаю, — констатировал я. — На кой им тогда такие чудовищные по размерам варп-проявления? Да и обнаружение такое себе, слишком близко. Хотя, пророки, — напомнил я сам себе, на что Кристина уверенно покивала.
— Пророки, Терентий. И я не чувствую и не вижу ритуалов, но опасность очень… — замялась она, — отчётливо ощущается. Там где я была, — потыкала она в голограмму и Сикарус. — Не опасно. И где мы сейчас — тоже. А ближе ужас, — аж передёрнулась она.
— И природы его ты не понимаешь, просто чувствуешь, — констатировал я, на что последовали кивки. — Так, ну слишком приближаться к орбитальным крепостям тоже не стоит: опасность, которую ты чувствуешь — это одно, но нас и простыми авгурами выявят и собьют в варп. Весьма безопасно при том, — съехидничал я, на что подруга фыркнула.
И начали мы на солидном удалении Сикарус облетать, а я вчувствоваться в окружение.
— Ты знаешь, Кристина, по-моему у них тут флот, — констатировал я увиденное. — Какой-то непонятный, полуматериальный, как ни забавно это звучит.
— А это как? — закономерно заинтересовалась девица.
— Варп знает как, — честно ответил я. — Но я вижу обводы судов, в свете и ветре. В материи это не проявлено, в имматериуме тут — явно тоже. Но очевидные корабли, причём часть из них я узнаю, — отметил я.
— Свёрнутая реальность, — задумчиво пробормотала тереньтетка.
Вообще, тут начиналась чистая варповщина. То есть, вариант пространства с “лишним” измерением в принципе в общую картину мира укладывается. А вот часть техник псайкеров и всяческих ритуальных колдунств… Ну скажем так, я себе вывих ума получил, читая описания, слушая Кристину и стараясь понять — как.