Тень Деформации (СИ)
— Ясно, — кинул я взгляд на несколько туш зверюг, нечто среднее между кабаном и волком, с дырками от лазганов, валяющихся в сторонке. — Либо тебя сожрут, либо заметят.
— Точно так, господин Инквизитор, — был мне ответ.
— А преследователей искали как профессионалы, говоришь? Хотя стоп, — сам себя оборвал я. — Тут природа, сам вопрос слежки классической не стоит. А следы? — уточняюще взглянул я на оперативника.
— Часть ушедших изображали охоту, явно перекрывая путь основной группы, — уточнил Виктор.
— Всегда так себя ведут или подозревали тебя? — задумался я, на что оперативник пожал плечами. — Знаешь, Виктор, вернись-ка, на всякий случай, в часть. Нечего наших еретиков тревожить.
— По слову вашему, — выдал оперативник и утопал.
— Думаете, всё-таки ересь, Терентий? — подал голос Син после утопывания оперативника.
— У меня придумать иного вменяемого объяснения подобной конспирации, причём гвардейцев и местных вместе — не выходит, — ответствовал я. — А у вас?
— У меня, признаться, тоже, — признал через минуту раздумий полковник.
В общем, дождались вечера в роще, временами отстреливая местную живность. Вот реально непонятно: до Мира Смерти какого, конечно, не дотягивает. Но, за шесть часов на нашу группу набросилось восемь хищников и четверо травоядных(!). Это при, в целом, природном режиме умеренного климата на большей части материка, как и в месте нашего пребывания. Без сезонных колебаний, правда, но всё равно слишком: час пути от городка, а агрессивной живности — как в джунглях каких.
Впрочем, скорее всего, это воздействие Очка, но не прямо, в виде мутаций и демонизации, а косвенно, в виде повышения агрессии живности.
Убежища нашего не обнаружили, а Милосердие висело над нами, как мониторя городок и округу, так и посылая нам картинку узким каналом. И вот, уже в сумерках, на мониторе появилась группа человеков, целенаправленно топающая в дебри. Тепловизор выдавал картину, что живность на эту группу среагировала, ну и возникли вспышки тепла, очевидно — лазганы.
Простым же визуальным наблюдением типов было и не заметить, как из-за отсутствия освещения, так и того, что пробирались они окрестными лесами. Пусть и не джунглям, но довольно густым.
— Вылетаем? — азартно выдал Син, на что бывший его раза в три помладше Эльдинг снисходительно на него посмотрел, да и я башкой покачал.
— Рано, Роберт. И от городка они слишком близко, да и нам нужна не перестрелка и разбегающиеся еретики, а они же в одном месте, желательно живые. Очень мне интересен их ритуалист, — признался я. — Это как он филигранно планету загаживает, что волнения и возмущений нет, — аж покачал головой я. — В общем, вот доберутся они до места, тогда и полетим. Ястребу тут пара минут лёту, — на что полковник понимающе кивнул.
И вот, через час пробирания, когда я уже думал всё же лететь, променад еретиков закончился. Основная часть группы, точнее — вся она, скрылась с экрана тепловизора. Правда, редкие высокотемпературные вспышки указывали, что они не в варп провалилась, а скрылись в некое здание и живность отстреливать продолжают.
— Выдвигаемся! — озвучил я, ну и выдвинулись мы.
Ястреб высадил наш отряд через пять минут: дело не в расстоянии, и даже не в том, что беззвучный полёт был намного медленнее обычного. Всё равно не те тут расстояния, и за пару-тройку минут бы успели. Но место, в котором еретики предавались разгульной ереси, было в дебрях весьма могучего и разлапистого леса, ну и пилоту пришлось немало помотаться, чтоб найти место для высадки.
Безусловно, с учётом того, что мы не хотим оповестить всю окрестную ересь (вкупе с окрестной фауной) громоподобным треском ломаемых деревьев.
Высадившись, я был подвержен приступу лирического настроения: в лесу меж стволами бродил рваный туман, небо освещали звёзды и переливы очка. Даже стишок в голове сложился, что мне не свойственно: “Ночь. Очко. Я чищу сабатон.” Последние было вызвано тем, что некая волчара позорная, из местной пакости, возжела вкусить инквизиторского тела. Была мной повержена и прибита, но заляпала мне ботинок, да и оставила на прочном адамантии царапины своими зубищами, в очередной раз подтвердив имматериальное надругательство над законами Мира.
И начали мы потихоньку пробираться к логову ереси. К счастью, Кристина предложила вариант варп-воздействия, отпугивающего местную живность, в условиях местного варп-фона обнаружимого с расстояния не более десятка метров (ну и, соответственно, в этом десятке метров живность и пугающее). С ним подобраться к еретикам относительно близко и беззвучно выйдет, хотя без дозоров и разведки: даже на мой сервочереп, для пробы отправленный осмотреться, налипла летучая пакость, типа летучей мыши.
И вот, пробираемся мы, значит, по лесу. Скитарии тихо пощёлкивают, перепрыгивая с дерева на дерева, как бибизьяны какие, штурмовики идут полукругом, тыкая, куда мне ходить, а то я, признаться, устроил бы изрядный тарарам.
За мной гуськом идут Кристина и Ритор с Омикроном, единственные из преторианцев, “исполненные” в комплектации “телохранитель” и худо-бедно могущие в скрытность. Условную, на моём уровне, но всё же. Остальных я оставил на Ястребе — тяжёлые, с множеством оружия, но похерили бы саму концепцию “подобраться и посмотреть” на корню.
Лапка, кстати, чувствовала себя в лесу, как кошка в лесу. Двигалась, ориентировалась и прочее даже получше специально обученных штурмовиков, ну и предложила кошатина “разведать”. Что я, после раздумий, отклонил: положим, с большей частью живности она справится. Да даже повторит кристинино колдунство, вполне потянет. Но еретики явно отстреливаются от живности, судя по отдалённым вспышкам, пусть и нечастым. Стреляют на звук и движение, а Лапке, чтоб разведать, надо подобраться поближе, скрыт у неё с “перебоями”… В общем, все вместе доберёмся.
И добрались. Пара гвардейцев, довольно молодых, торчали чуть дальше здоровенного входа… в пещеру, наверное. Несколько в глубине его. И, подсвечивая вход, отстреливали заинтересованных в пожрать представителей фауны. Пещера была огромадная, метров десять высотой и примерно столько же — шириной, фактически обрезая немаленький, заросший зеленью холм. И да, основание этого холма, как и, соответственно, пещера, была каменной и носила следы рукотворной обработки.
— Что-то про пещеры я слышал, но не могу вспомнить, простите, господин Инквизитор. Это связано с войной с затмением, но я городской, — по вокс-каналу выдал один из штурмовиков, местный уроженец.
— Да понятно, что убежище партизан, а теперь еретики используют, — каналом же ответил и я, на что окружающие покивали. — Кстати, от пещеры идёт ощутимый ток скверны. Не слишком сильный, особенно с учётом общего фона планеты, но идёт. Так что, похоже, еретиков мы нашли, — мысленно потёр я лапы. — Дифференциал восемь, — обратился я к главному у рейнджеров, — Что вы наблюдаете?
— Примите пакет, господин Инквизитор, — был мне ответ.
И, судя по наблюдению древесных рейнджеров, выходило, что за парой гвардейцев идёт понижение уровня пещеры, причём освещение есть и там, ну и я там чувствовал скопление разумных, правда, Кристина в свете и ветре выдала мне приправленное недоумением:
— Не понимаю, чем они занимаются, Терентий, — отмыслеэмоционировала девица. — Оттуда идёт скверна, но в месте сбора разумных что-то её ослабляет…
— Скорее всего, ритуал или артефакт, скрывающий и “размывающий” повышение фона, — по обдумыванию выдал я, ну и продолжил воксом. — Сонный газ, что-то подобное есть? — уточнил я у войск.
— Светошумовые гранаты, разве что, — озадаченно выдал Син. — И дымовые, для завесы.
— Так, тогда, Эльдинг, сними часовых разрядом, постарайся не убивать, но как выйдет, — выдал я. — Далее, закидывайте пещеру гранатами, теми же светошумовыми и дымовыми. Кристина, вроде бы другого выхода из пещеры нет? — уточнил я свои ощущения.
— Прямого нет, есть полость дальше, но перекрытая. Не знаю, насколько она глубока… — выдала тереньтетка.