Стеллар. Заклинатель (СИ)

Я нашел подобие холла на первом этаже, присел за грудой мусора и начал ждать. Другого варианта не было – оставалось надеяться, что городские системы не смогли отследить меня в лабиринте заброшек, а Кошки приложат все усилия для организации встречи. Корвин был моей единственной ниточкой к городским Инкам и настоящей Башне Пустоты. Надежда казалась отчасти безумной, но не просто так же «я прошлый» упомянул в сообщение, что Корвин может помочь. Значит, они были знакомы, значит, в прошлом их что-то связывало. Возможно, Крестоносец (так называли Корвина в Городе), даже знает, кем именно я был в прошлом?
Гранд-легат… это огромная зацепка. Высшее звание Стеллара, дающее некий административный доступ к управлению системой. Судя по всему, гранд-легаты могли сами формировать системные директивы и отдавать приказы чужим когиторам. Абсолютная власть над другими Инкарнаторами, вплоть для полного разжалования. И достичь этого ранга за всю известную историю удалось лишь единицам из десятков тысяч. Условия получения звания были неизвестны, что простая логика подсказывала, что все завязано на ликвидации Тревог. Для повышений в офицерском звене требовались Белые Звезды. В легатском – Синие, об этом говорил Кай. А что нужно для гранд-легата? Простая логика подсказывала, что необходима еще одна, неизвестная ступень системных наград, которые, скорее всего, выдаются за ликвидацию Красных Тревог.
А ведь Красные Тревоги – это угроза планетарного масштаба. Значит, чтобы стать гранд-легатом, требовалось спасти мир. Моя нейросеть, чуть улыбнувшись, подтвердила кивком правильность рассуждений:
Мико: И скорее всего, не один раз, Грэй. 
Кто был гранд-легатом? Я еще раз проверил доступную информацию. Всего трое Инков, у которых точно было известно о наличии этого ранга.
Элейн Белая Звезда. Подтвержденная гибель задолго до высадки на Черную Луну. К тому же я видел ее со стороны в послании. Нет, невозможно. 
Легендарный Прометей. Подтвержденная гибель… то ли от рук предательницы-Немезиды, то ли при ударе «Абсолютом» по Городу. Он был создателем Первого Легиона, но в списках отправившихся на Черную Луны его не значилось – Прометей, судя по всему, остался хранить Город. Тоже не складывалось…
Зигфрид. Командир Первого Легиона в той самой операции. Самая вероятная кандидатура. Единственный из известных гранд-легатов, отправившийся на Черную Луну. Неужели действительно Зигфрид? Смущало одно обстоятельство – согласно докладам тех, кто вернулся, Зигфрид погиб в самом начале Осады, вместе с неким отрядом «Ронсеваль», когда первая волна Инков была разгромлена и истреблена.
Все трое считались подтвержденными мертвецами. С разной вероятностью утверждали, что гранд-легатами, возможно, были некие Искандер и Белый Ворон. Болтали о малоизвестной Инке-девушке по имени Мэй. Информация была крайне спорной и неподтвержденной, на уровне теорий и слухов.
Мико: Существует теоретическая вероятность, что кто-то из выживших на Черной Луне Инков стал гранд-легатом уже там. Генерация Красной Тревоги возможна и автономно, с помощью когиторов. Но – неясен механизм присвоения звания, на Черной Луне нет связи с терминалами Стеллара… 
Да, загадка. Впрочем – как бы там ни было, возврат к прошлому невозможен. Теперь я – Грэй, и путь придется пройти заново. Вот только куда он приведет?
Легкий шорох донесся снаружи. Хруст. К зданию кто-то приближался.
Я расширил пси-поле и ощутил, что сюда идет группа людей. И у них весьма решительные намерения. Кровавые блики агрессии и злобы, как у стаи науськанных бродячих псов. Спустя несколько мгновений они один за другим появились в помещение, и я убедился в правильности своих предположений.
Восемь человек. У них не было огнестрела, только холодное оружие, дубинки и цепи. Пустоглазые наркоманы-омеги, уличные бандиты, готовые за щепотку нюха на любое злодеяние. Они пришли сюда не случайно, им указали место и обозначили жертву.
Попыток поговорить не было. Они сразу бросились ко мне, стараясь окружить со всех сторон и зайти за спину.
Опрометчивое решение. Я поймал на лету брошенный булыжник, резким броском возвращая его противнику. Уклонился от удара дубинки, утыканной гвоздями, перехватил руку нападавшему, и заломив ее, использовал его как щит против остальных. Бедняге порядком досталось, а я, отбросив его, проскользнул между врагами и резким ударом в пах вырубил второго.
Мгновенное раздумье – что делать? Я мог выхватить «Крысу» и просто перестрелять их всех, или перерезать Фангом – численность не давала омегам никакого преимущества. Они были медленными и слабыми бойцами, не представляющими опасности для меня. Даже если заденут, не страшно. Но убивать их казалось кощунством, несмотря на явную агрессию – это все-таки люди, чистые люди, хоть и вставшие на дерьмовую дорожку. Я им не враг, и речь не идет о моем выживании. Инкарнаторы должны использовать свои способности, чтобы защищать их, а не убивать.
Как там было высечено на памятнике Прометею? «Мы защищаем людей».
Врубив «Ауру Света», обжигающую и замедляющую все, попадающее в радиус действия, я перешел от защиты к нападению. Ослепленные омеги, крича от боли, отшатывались в стороны, а я обезоруживал их одного за другим, стараясь сильно не поранить нападавших их же оружием. Несколько ушибов, сотрясений и сломанных пальцев не в счет.
Ошеломленные, ослепленные жгучим светом, частично покалеченные, они отползали в разные стороны со стонами и ругательствами. Я активировал «Исцеление», сделав льющийся свет лечебным, и сконцентрировал свое пси-поле на разумах несчастных.
— Вы сейчас уйдете. Начнете новую жизнь. И больше никогда не будете употреблять нюх, — громко произнес я, передавая мощный мысленный посыл всем одновременно.
Они медленно поднимались, смятенно переглядываясь и ощупывая свои тела. Мой свет быстро излечивал нанесенные раны и незначительные увечья, не оставляя на людях следов схватки. Я чувствовал, как мой ментальный сигнал клеймом запечатывается в их сознаниях и знал – это сработает. Им придется начать новую жизнь.
— Уходите! – я сделал еще одно усилие. И они пошли к выходу, все время оглядываясь, молча, оставив свое незамысловатое оружие. Эмоции, исходящие от омег, были странными – страх, смешанный с невероятным изумлением и что-то, больше всего напоминающее священный трепет.
Когда исчез последний из нападавших, в зале вдруг раздались редкие хлопки аплодисментов. Густые тени в углу словно ожили – я был готов поклясться, что там никого не было, неожиданно обрисовав фигуру в плаще. Продолжая аплодировать, он шагнул ко мне и движением головы отбросил надвинутый капюшон.
Я узнал лицо и хитрую усмешку главного меркатора Кошек. Значит, он все это время был здесь? Или проник только что? Но почему я его не заметил?! Почему мое пси-восприятие не может обнаружить его?
— Впечатляющее представление, — сказал меркатор, — Я рад, что не ошибся в тебе, мой друг.
— Ты меня обманул, — произнес я, чувствуя прилив холодной ярости, — Это ты все подстроил? Зачем?
— Просто небольшая проверка, — пожал плечами торговец, — Нужно же было убедиться, кто ты на самом деле.
— А если бы я ее не прошел?
— Мелочи жизни, — без улыбки произнес меркатор, — Но перейдем к делу. Итак, что там с моей платой? Будь добр, мой осколок азурита, пожалуйста.
— Я что-то не вижу здесь Корвина, — прищурился я, — Опять обман?
— Обижаешь. Кошки всегда выполняют свои контракты, так или иначе, — сказал собеседник, — Оглянись, он за твоей спиной.
Миг назад там никого не было. Прежде чем я успел повернуть голову, уловить смутное движение сзади и зафиксировать новый, мощный разум в зоне пси-восприятия, мою шею уже холодило лезвие клинка пришельца.
Корвин действительно появился, он стоял сзади, и мог одним движением обезглавить меня.
— Ты меня искал, — утвердительно произнес Инкарнатор, — Зачем?
  
Глава 24
 
— Нам нужно поговорить, — устало произнес я, стараясь не шевелиться. — И желательно без свидетелей!