И станет тьма (СИ)

Ответом было похоронное молчание. Наконец, один из генералов выступил вперед.
— Ваше величество, я думаю, все согласятся, положение тяжелое. Не следует ли подумать о мире, ваша милость? Если верить слухам, ваш пасынок вполне разумный человек.
«Ублюдок он, а не разумный человек». — Мысленно возразила королева, но спорить вслух не стала.
— Он не захочет затягивать войну и доводить королевство до опустошения. — Продолжал генерал. — Быть может, если ваше величество согласится признать независимость восставших лордов и выплатить им некоторые контрибуции…
— Контрибуции? — Переспросила Изабелла. — Мы не станем платить контрибуции мятежникам!
Генерал смущенно поклонился и умолк.
— Кто-то еще желает что-нибудь прибавить? — Спросила Изабелла и снова медленно окинула собрание. Желающих, по-видимому, не имелось.
И тут в дальних рядах произошла какая-то возня.
Генералы начали ворчать и расступаться, и вскоре перед королевой предстал темноволосый юноша в доспехах королевской гвардии. По юноше было видно, что доспехи эти он носил недавно и чувствовал себя в них достаточно неловко. То же самое можно было сказать и об обществе, в котором оказался молодой гвардеец. Общество было изысканное, генеральское. И чувствовал себя в нем юноша как волк в кругу охотников — не очень хорошо.
К слову сказать, юноша и правда чем-то походил на волка. По-волчьи озирался, жадно забирал ртом воздух. Да и в самой его внешности тоже было что-то волчье. Черные густые волосы, горящие глаза.
— Тибальд? — Изабелла сделала жест рукой и с ласковой улыбкой подозвала юношу. Тот не заставил себя упрашивать. И через мгновение уже шептал ей что-то на ухо.
— Неужели? Ну разумеется! Пускай войдет.
Процедура с возней и ворчанием повторилась. И перед королевой очутился еще один человек в доспехах королевской гвардии. В отличие от своего предшественника этот держал себя спокойно, никуда не озирался.
Тогда-то по залу и пронесся ропот: Гастар! Да это же Гастар!
Это и правда был Гастар.
— Мой дорогой Гастар! Ну наконец-то. — Изабелла поднялась с дивана и сделала несколько шагов ему навстречу. — Три дня назад мы получили послание, которое отправил Поль, и ждали вашего прибытия еще позавчера. Что-нибудь случилось?
Гастар повесил руку на меч и кашлянул.
— Случилось, ваша милость. Мы выехали из Отвесного города сразу же по получении известия о смерти короля Тиберия. Вернее выразиться, мы собирались выехать. Но нас перехватили и пытались арестовать по приказу бургомистра.
Вздох изумления пронесся по гостиной.
— С боем мы продрались к выходу из города. Многие были убиты.
Еще один вздох.
— Лорд Д’Астен был взят к плен. И надо полагать, что к этому моменту его уже нет в живых.
Еще один. Гораздо громче предыдущих.
— В конечном счете уцелело двое. Я и младший вестовой Ревей, который был тяжело ранен. Мне пришлось дать крюк, чтобы доставить его в аббатство. Ревей скончался по дороге. До столицы добрался только я.
Тут Гастар взял небольшую паузу и исподлобья поглядел на Изабеллу.
— Что-то еще? — Бесцветным голосом спросила та.
— Да, ваша милость. В Ардее я услышал, что лорд Лерен собирает войско, чтобы выступить к столице.
Последний вздох и воцарилась тишина.
Все взоры снова обратились к королеве. Та еще некоторое время не сводила опустошенных глаз с Гастара, но потом все же сделала над собой усилие.
— Милорды! — Начала было она и тут вдруг ясно поняла, что не знает, что сказать.
Что говорить? Что ничего катастрофического не случилось? Вздор! И каждый в этой комнате это прекрасно понимает. Случилось то, чего королева опасалась более всего на свете: Талия все же выступила на стороне мятежников. Для Изабеллы это означало лишь одно — почти что неминуемое поражение в войне.
Какие-то слова все же нашлись. Королева коротко и ясно объявила, что необходимо готовить столицу к обороне: делать запасы провианта, укреплять стены и так далее. Генералы с важностью кивали.
Закончив свою речь, Изабелла взяла Гастара под руку и под пристальными взорами собравшихся отошла с ним в дальний угол.
— Мой дорогой Гастар, все знают, что вы добрый сын отечества. Вы были генералом еще при короле Триане Старом. Долгие годы вы служили короне верой и правдой. Я знаю, что не вправе просить вас об этом и все же я прошу. Согласитесь ли вы оказать мне последнюю услугу и стать моим главнокомандующим? Я верю, вы один можете спасти нас от разгрома. Что вы мне ответите?
Гастар ответил то единственное, что позволяла ему рыцарская честь и данная давным-давно присяга: что он почтет за честь исполнить любое повеление ее величества. Изабелла одарила старого солдата благодарным взглядом и прибавила, что меньшего она и не ждала.
— Ваше величество позволит действовать мне по собственному усмотрению? — На всякий случай уточнил Гастар.
— Я всецело полагаюсь на вашу мудрость.
— В таком случае я соберу войска и завтра же мы отправимся на Восток, чтобы дать бой лорду Эскерота.
Изабелла несколько секунд промедлила и коротко кивнула.
— Да будет посему.
Новость о назначении Гастара была встречена одобрительным гулом. Один Вульдар, старый военачальник короля Тиберия, был невесел. Случилось то, что многие давно предсказывали: старый военачальник короля Тиберия потерял свой пост.
— Милорды! — Изабелла подняла руку, и гул стал постепенно затихать. — Я благодарю каждого из вас за службу. Теперь я вынуждена вас оставить. Остаток совещания вы проведете без меня.
Последовали низкие поклоны. Перед тем как выйти из гостиной, Изабелла еще взглянула на юношу похожего на волка и жестом показала ему следовать за ней.
***
Королева шла чуть впереди. Юноша шел следом, отставая где-то на два шага. В молчании прошли три комнаты, столовую, библиотеку и наконец, остановились у двери, которая вела в покои Изабеллы.
— Я переоденусь. — Через плечо обронила королева и на ходу стала расшнуровывать подвязки.
Юноша остановился в нерешительности, соображая: войти или подождать в дверях.
— Прикажите позвать ваших фрейлин?
— Не нужно. Я в состоянии переодеть себя сама.
Изабелла обернулась и губы ее тронула слабая улыбка.
— Входи. Чего ты там застыл?
Тибальд вошел. Тогда королева удалилась в соседнюю комнату, и юноша на некоторое время оказался предоставлен самому себе.
Прежде Тибальд ни разу не бывал в королевских покоях. Да и с чего бы ему тут бывать? Он с мрачным интересом стал оглядывать убранство. Подошел к большому полотну, висевшему на северной стене. На полотне был изображен король Тиберий. Молодой, верхом на лошади. Рядом с ним стояла тоже молодая Изабелла и держала лошадь под уздцы.
Юноша долго, с восхищением смотрел на Изабеллу. Перевел взгляд на Тиберия, нахмурился.
— Ужасная картина. Я давно хочу ее убрать, но постоянно забываю.
Тибальд едва заметно вздрогнул и живо повернулся. Изабелла стояла в шаге от него и с ненавистью смотрела на изображение мужа.
— Итак, мой дорогой Тибальд. Ты сделал то, о чем я просила?
— Да, сударыня. Теперь ничто не может обнаружить вашей связи с этим… — Тибальд на миг замешкался, подыскивая слово. — Делом. Все подозрения в убийстве короля должны пасть на мятежников. По моим сведениям городская стража уже вышла на нужный след. Сегодня вечером произойдет арест.
— Хорошо. Нельзя допустить, чтобы кому-либо стало известно о моей причастности. Если подобное произойдет, к мятежникам тут же примкнут новые силы.
— Да, сударыня. — Кивнул Тибальд. И немного погодя прибавил. — Я понимаю.
— Ну что же, мой дорогой Тибальд. Ты сослужил королевству добрую службу.
— Я рад, что смог помочь, сударыня. Могу я еще что-то для вас сделать?
Королева коротко вздохнула. Вопрос невольно подтолкнул ее в пучину тягостных тревог и тёмных предчувствий, что не давали ей покоя вот уже почти неделю. Пропал Февроний, ее сын. Исчез в тот самый вечер, когда его отец, король Тиберий испустил последнее вздох.