Это про меня (СИ)

— Ширма, — с поклоном сказал Ян, теперь уже обращаясь ко мне. — Мне выйти или глаза завязать?
За такое представление захотелось его треснуть, но я лишь молча прошла в указанную парнем сторону, в глубине души понимая, что цирк, устроенный мной, тоже был не особо оправдан.
Но он не давал парню права выставлять меня на посмешище еще и перед незнакомым человеком!
Видимо, из-за таких выводов, настроение вновь поползло вниз. Вернулись тоска и разочарование, а когда женщина, сделавшая укол, вышла из кабинета, к ним добавилась еще и стыдливость.
— Извини, я перенервничала, — проговорила, подойдя к Яну, который теперь не обращал на меня абсолютно никакого внимания, что-то сосредоточенно записывая.
— Здесь таблетки, — он протянул листок, проигнорировав мою последнюю фразу. — Ну и, естественно, больше не пользуйся этим лосьоном.
— Кремом, — обиженно пробурчала я, ожидая какой-нибудь шутки от парня, однако и эта реплика осталась без ответа.
— Давай еще раз гляну, а потом позвоню Максиму Геннадьевичу.
Ян поднялся со своего места и подошел ко мне, вновь занявшись изучением кожи.
— Скоро будешь как новенькая, — все же улыбнулся он, отпустив мои руки.
— Спасибо, — тихо проговорив, подняла взгляд и только в этот момент осознала, насколько близко стоял парень.
Ни о каком личном пространстве даже не шло речи. То мизерное расстояние, которое оставалось между нами во время осмотра, сейчас стало не на шутку смущать, однако, остолбенев от неловкости, я так и не смогла пошевелиться, словно приросла к полу.
— Больше не экспериментируй с косметикой, — весело продолжил Ян, который также не сдвинулся с места.
— Не буду, — улыбнулась в ответ и даже подняла ладошку, словно принося клятву.
Почему-то сейчас, даже несмотря на всю странность момента, настроение все-таки решило выбраться из ямы, словно укол каким-то волшебным образом начал действовать не только на аллерген, но и на мое внутреннее состояние.
А может, дело было и вовсе не в уколе.
Ян открыл рот, чтобы сказать еще что-то, но в этот момент за моей спиной распахнулась дверь, и в следующую секунду раздался идеальный голос Никиты Станиславовича:
— Тук-тук.
Я резко обернулась, не забыв отойти от Яна на приличное расстояние.
— Как ты, Стеша?
— Доктору виднее, — проговорила бодро, но посмотреть на самого доктора не решилась.
— Все в порядке, ничего серьезного, — ровно ответил Ян.
— Вот и отлично, — улыбнувшись, заключил начальник. — Едем?
— Едем, — кивнув, подхватила сумочку и, не оборачиваясь, направилась к выходу.
— Стеш! — Ян окликнул уже в самых дверях, поэтому, чтобы окончательно не создать образ сумасшедшей со странностями в поведении, пришлось обернуться. — Таблетки.
Я заметила листок в его руке, который умудрилась забыть, и мысленно прокляла себя.
Так и не сумев поднять взгляд, вернулась и забрала рецепт, после чего, пробормотав неразборчивую благодарность, вышла, стараясь не размышлять над тем, почему веду себя, как полная дура.
Никита усадил меня в машину, словно я являлась какой-то царской особой. Тут варианта было два — или он действительно проявлял заботу, или просто боялся, чтобы я не склеила ласты прямо в салоне его прекрасного дорогого автомобиля.
Всю дорогу до офиса начальник интересовался моим самочувствием, и я бы, наверное, уже давно начала умиляться такому положению дел, если бы не внутреннее отвратительное самочувствие. Все традиционно свалилось в одну кучу, начиная с аллергии и позора перед Никитой, заканчивая очередным появлением в жизни Яна. Мое дурацкое поведение, пожалуй, легко можно было объяснить чрезмерным волнением, но лучше от этого почему-то не становилось.
Достав зеркало, посмотрела на собственное отражение и вновь еле сдержалась, чтобы не всхлипнуть. При солнечном свете красные пятна на щеках выглядели абсолютно ужасающими, поэтому, тяжело вздохнув, захлопнула пудреницу и убрала назад в сумку.
— Да не переживай ты так, — подал голос Никита, припарковавшийся перед зданием, где находилось агентство. — Знаешь, пожалуй, сегодня можешь отдохнуть.
— Не лучшее начало работы в новой должности, — все-таки отбросив притворную жизнерадостность, проговорила я.
— Зато запоминающееся, — улыбнулся Доронин и вновь завел двигатель. — Говори адрес, домой тебя отвезу.
— Не стоит… — тихо пробубнила, но Никита лишь покачал головой.
— Адрес! — и, усмехнувшись, добавил: — Считай это поручением руководства.
Против воли улыбнулась и сказала, куда меня нужно отвести.
— Если ты думаешь, что недавно пережила катастрофический позор — спешу тебя разочаровать.
— Так прямо и разочаровать?
— По всем пунктам, — кивнув, парень затормозил на светофоре и повернулся ко мне. — Во-первых, ничего ужасающего не произошло, твоей вины здесь не было. Во-вторых, теперь мы знаем, что в «Медицине будущего» действительно можно лечиться.
С первым пунктом я была категорически не согласна, но спорить все же не стала, понимая, что тайна того, как мне хотелось понравиться Никите, уйдет вместе со мной в могилу.
Тем временем Доронин продолжил:
— И вообще, в первый день стажировки у отца я облил себя кофе и был вынужден таскаться так целый день. Правда, причина была в том, что всю ночь до этого я провел в клубе, чем чертовски разозлил папу, но суть не меняется.
Представив Никиту, с серьезным видом выслушивавшего заунывные речи Станислава Аркадьевича и прочих членов руководства в грязном костюме, я рассмеялась.
— Ты говоришь так исключительно для того, чтобы меня успокоить.
— Я говорю так, потому что в противном случае ты начнешь грузиться или, того хуже, замыкаться в себе и избегать меня, а я такого исхода не хочу, — прямо сказал парень, заставив в очередной раз почувствовать смущение.
Откуда они все такие умные и проницательные на мою голову берутся?
Сперва Ян со своими замашками недопсихолога, а теперь Никита, открывший в себе страсть к анализу поведения.
Ладно, к слову сказать, он был прав, ведь, вероятнее всего, именно так я бы себя и повела, только вот теперь придется делать все строго наоборот. Хотя бы из-за того, чтобы доказать Доронину, что его суждения неверны.
— И вовсе не так! — сделала первый шаг в сторону разумного взрослого поведения.
— Окей, — Никита улыбнулся и не стал спорить. — Кстати, беря в учет твое теперь уже тесное знакомство с этой клиникой, предлагаю присоединиться к проекту по ребрендингу.
Пропустив небольшой подкол, я задумалась над основной мыслью предложения.
— Они что, согласились?!
Доронин кивнул.
— Даже после того, что я там устроила?
— Знаешь, если бы это имело смысл, я бы сейчас ударился головой об руль, лишь бы ты перестала нести чушь, — с чувством проговорил Никита.
— А ты попробуй, вдруг поможет, — усмехнулась в ответ, почему-то окончательно осмелев.
Боже, ну кто же меня за язык тянул?!
Доронин выгнул бровь, видимо, поразившись наглостью, а в следующее мгновение нагнулся и с характерным «шмяк» и последовавшим за ним гудком автомобильного клаксона стукнулся о руль.
Сдержать смех было просто невозможно, ровно так же, как и уложить происходящее в мозгу.
— Ну что, дурацкие мысли покинули твою голову? — спросил он, дождавшись, пока я успокоюсь. — Нет, я все понимаю, мания величия — она такая, но все-таки.
— Чего? — не поняла, что он имел в виду.
— Аллергия — дело, конечно, серьезное, но явно не повод срывать удачный контракт.
— У «Эвиты» реально появился контракт?
И откуда во мне столько храбрости?!
К счастью, Никита улыбнулся практически сразу, еще до того, как я успела придумать, как зашить собственный рот.
— Думаю, все будут в шоке оттого, что в этом агентстве придется реально работать, — он сделал паузу, вновь вернув все внимание к дороге, продолжив лишь на очередном светофоре. — Так что, согласна?
Наверное, сейчас на моем лице было сосредоточено гораздо больше радости, чем полагалось человеку, которому просто предлагают присоединиться к рабочему проекту, но это было абсолютно не важно.