Подари мне надежду (СИ)
Марго поставила её за прилавок, а сама доделала всю работу на кухне и, перемыв посуду, присоединилась к Маше, у которой уже шла бойкая торговля. И пришлось срочно помогать ей и работать в четыре руки, потому что желающих вкусить сладкие десерты оказалось слишком много.
Когда Рита отпустила её отдохнуть, Маша присела в зале за дальним столиком у окна и с любопытством наблюдала за посетителями. Студенты и мамочки с детьми, семейные пары и просто влюблённые, люди преклонных лет и даже многочисленные представители сильной половины человечества, сменялись один за другим перед её глазами. Вот уж кого Маша никогда не записала бы в сладкоежки, так это мужчин. Она улыбнулась.
Нескончаемые тихие голоса присутствующих, нежная классическая мелодия, разливающаяся в зале и лёгкий дымок, уплывающий в воздух от ароматного кофе в нарядных фарфоровых кружках на столиках. Бисквитные и песочные, политые сиропом и глазурью, многообразные слоёные и просто шоколадные десерты с удовольствием и не спеша поедались гостями в зале.
Удовольствие… Как точно Воропаев охарактеризовал работу Марго. Она по-настоящему приносила людям удовольствие, дарила безграничную радость и действительно возможность снова попасть в свою детскую мечту. В свой цветной сон, когда ты приходишь в огромную кондитерскую и не можешь отвести взгляда от соблазнительных десертов, которые так и просятся в рот.
Маша улыбнулась и перевела свой взгляд в окно на набережную и спешащих по делам горожан.
– О чём задумалась? – Марго остановилась у столика с подносом в руках.
Две маленькие чашечки с кофе и три разных десерта на цветных стеклянных тарелочках, оказались перед глазами Маши на столе.
– Наслаждаюсь. У тебя здесь место, в которое можно сбежать от житейских трудностей и проблем.
– Именно так и было задумано, когда я создавала это место. Я сама в нём укрываюсь, каждый день от серости будничных дней, от боли, обид, неудач и переживаний. Тут рождается на свет моя личная сказка, которой я делюсь со своими гостями.
– Это ты на фотографиях? – Маша показала на стену.
– Да. Они, как напоминание о том, какой я была, когда мечтала о своей сладкой сказке, которая теперь стала реальностью. У меня ассоциация моей кондитерской параллельна с моим детством, и потому я здесь всегда остаюсь маленькой, хотя бы на этих фото и в своей душе.
– Мы все долго остаёмся детьми. Как говорит моя мама, пока сами не станем родителями.
– Ты права. Ну, пробуй, такого ты ещё не ела, – Марго придвинула к ней одну из тарелочек.
Маша улыбнулась и слегка ковырнула крошечной ложечкой шоколадный десерт с лёгким воздушным кремом, тёртым орехом и присыпкой какао. Десерт медленно таял во рту, оставляя на языке лёгкую горчинку изысканного шоколада и восхитительное ореховое послевкусие.
– Удивительно нежный торт! Какое изысканное удовольствие! Мм… просто прелесть! – Маша прикрыла глаза от удовольствия.
– Это мой любимый. Фирменный торт с моим именем в названии. Делаю его редко, но сегодня решила сделать исключение. Знала, что придёшь ты в гости. Захотелось тебя удивить, порадовать и заставить позабыть о твоих горестях.
Маша улыбнулась.
– И тебе это удалось. Спасибо тебе, Ритуля, что пригласила к себе. Я не смогла бы сегодня сидеть одна дома.
Рита погладила её по руке.
– Забудь обо всём, кошмар кончился. Этот мерзавец больше никогда не появится в твоей жизни. Лучше расскажи мне, как у вас дела с Ростиславом. Я ведь, когда уезжала из Петрозаводска, видела ваши сияющие лица, но подробностей ты мне так и не успела поведать.
Маша смущённо опустила глаза.
– Ты оказалась во всём права, когда говорила со мной на теннисном корте. Слава действительно оказался удивительным мужчиной. Нам очень хорошо вместе. Никогда не думала, что может быть так хорошо вместе с мужчиной. Я ведь привыкла к другому.
– К тому, что было в твоей жизни привыкнуть нельзя, к такому могут только принудить, заставить привыкнуть. Знаешь, случись такое со мной, я бы его прирезала следующей же ночью, клянусь. Не знаю, как у тебя терпения хватило выносить столько месяцев эту мразь и его издевательства над тобой.
Маша опустила голову.
– Ну ладно, чёрт с ним, пусть теперь сгниёт в тюрьме. Давай лучше поговорим о приятном. Завтра вечером презентация фонда, который организовал Слава для одарённых детей. Ты надеюсь, туда тоже пойдёшь вместе с ним?
– Презентация фонда? Но он мне не говорил пока ничего.
– Неудивительно. Разве сегодня вам было до этого? Он сказал нам с Воропаевым об этом утром и тоже пригласил.
– Я не пойду никуда. Не до праздников мне сейчас, – Маша отставила кружку с недопитым кофе в сторону.
– Эй, ты чего? Разве это праздник? Это дело, и оно очень важное для него. Много детей талантливых, одарённых от природы, которые не могут пробиться в лучшие учебные заведения в виду отсутствия средств на образование и если состоятельный меценат готов помочь им в этом, то разве это праздник? Это важное дело, к которому я знаю, он шёл не один год своей жизни и кропотливой работы. И ты непременно должна быть рядом и поддержать его.
– Марго, я не хочу никуда идти. Ты же знаешь, последние события выбили меня из колеи. К тому же идти туда, где будет множество незнакомых людей, которые к тому же неизвестно как отнесутся ко мне, у меня нет никакого желания.
– А прятаться всю жизнь в своей скорлупе у Ростислава в доме у тебя есть желание? Я считаю, что раз он собирается и дальше строить с тобой свои отношения, то и представить тебя своим знакомым уже давно пора. И какая разница как они тебя примут, и как отнесутся? Ты там будешь не одна, а с ним вместе и с нами. Я советую тебе пойти. Тем более, когда я задала вопрос Полонскому о дресс-коде на вечер, то он сказал, что о твоём уже побеспокоился. Так что сама понимаешь, отвертеться у тебя уже всё равно не получится. О, а вот и наши красавчики… – Марго улыбнулась, заметив на пороге кафетерия Полонского и Воропаева, которые стремительно направлялись к ним.
– Привет, – Ростислав присел рядом с Машей и, прижав её к себе, коснулся её губ своими.
– Привет. Как дела? – она обняла его рукой за шею.
– Движутся потихоньку. Как провели день?
– Превосходно! – Марго улыбнулась. – Маша просто спасла всю мою сегодняшнюю работу. Одна я бы не справилась с таким наплывом посетителей. Только вот закапризничала, когда я ей сказала про презентацию. Что же вы, господин Полонский, промолчали и ничего ей не сказали?
– Ты просто выдала мой секрет раньше положенного срока. Я хотел поговорить об этом сегодня вечером дома.
– Прости, пожалуйста, это всё мой болтливый язык. Я ведь не знала, что она ещё не в курсе, – Марго виновато посмотрела на Ростислава.
– Ничего страшного. Зато как я понимаю, первую волну недовольства и отказа с её стороны ты уже отбила?
– Было дело. Машка у нас ещё и великая упрямица. Никуда её не вытащишь.
– Я не упрямица. Просто не хочу находиться в том месте, где столько незнакомых людей.
– Да брось ты, Маша, – вмешался Воропаев. – Что тебе за дело до всех этих людей. Ты сопровождаешь Ростислава. Это его небольшая победа, его фонд и ты должна быть рядом. Даже мы с Маргошкой идём. Верно, моя девочка? – он коснулся губами волос Риты, которая уютно устроилась на его коленях.
– Конечно. Я завтра с утра еду за платьем по магазинам. Хочешь, поедем вместе со мной? – обратилась Марго к Маше.
– Я не знаю. Я завтра тебе позвоню.
– Что-то ты совсем сникла. Может, домой поедем? – Ростислав погладил её по волосам.
– Поехали, – Маша поднялась на ноги.
– Подождите! – Марго подскочила с колен Воропаева и поспешно скрылась за витриной магазина.
Появилась снова спустя несколько минут с большой яркой коробкой в руках, протягивая её Полонскому.
– Попробуешь вечером с чаем. Между прочим, твоя любимая женщина была в соавторстве этого шедевра. Так что оцени.
Ростислав улыбнулся.
– С удовольствием. Спасибо, Маргоша, – он взял в руки коробку и, обняв Машу за плечи, направился на выход из кафе.