Школа Северного пути (СИ)
— Твой… наниматель все продумал заранее. Ваше… хм… родство он тоже учел.
— Я уже понял. И?
— Вдобавок, он… — девушка взглядом указала на маячившую вдалеке фигуру Первого министра, — совершенно точно якшается с кем-то, практикующим темное искусство.
Историю про дзянши Имэй решила придержать до более подходящего момента. Все равно им вдвоем упырицу не одолеть.
— Но наложницу Дин не убили.
— Это правда, но тогда под кого копают?
— Под Наследного принца? — сделал однозначный вывод Юань. — Или под его младшего брата? Как его там?
— Его высочество Сян Ган.
Однако про этого принца Имэй ничегошеньки не знала — ни хорошего, ни плохого.
— Вряд ли. Я бы поставила на тайцзы. И на этом поле есть кое-что, способное ему навредить. Иначе тебя сюда не притащили бы.
— Предположим.
Имэй сорвала бурую хрупкую былинку, словно хотела её о чем-то спросить.
— Сейчас нам с тобой, Чжу Юань, нужно быстро решить — найдем мы это или не найдем. Выгодно оно нам или нет? Что думаешь?
Старший ученик задумчиво поскреб затылок и поглядел на соратницу искоса.
— А какое задание дал тебе Мастер?
— Разобраться с обстановкой в столице, — честно ответила стратег Ли. — Никого защищать он мне не поручал, это точно.
Размышлял над дилеммой шаман недолго.
— Раз так, то давай найдем эту штуковину, выполним контракт и вернемся поскорее в Школу. Как раз уложимся к сроку. А? Нам на принцев начхать, верно? У Императора еще и другие дети есть.
— Хорошо, — согласилась Имэй. — Ищем.
И, конечно же, они нашли. Расписанную знаками коробку из плотной бумаги с двумя восковыми утками внутри.
Что тут началось! Взвизгнул, как поросенок, первый министр, зашлись в причитаниях евнухи, воины, словно по команде, бросились к ничем не приметному дяденьке в даосском одеянии, жестко скрутили его, хотя тот и не сопротивлялся. И во всей этой зловещей суете Имэй услышала звоночек. Тоненький, как комариный писк, и означавший, что прямо сейчас главный евнух Ю Саньфу приватно беседует с помощником генерала Хоу Цзина. Ивовый листочек выполнил свою маленькую миссию.
— Помощник Юэ тоже здесь, — шепнула Имэй.
— Гадство, — ругнулся Юань. — Этот еще что здесь забыл? Думаешь, он тебя узнал?
— Скорее всего
Пянь-цзян [23] Юэ отличался от других подручных вэйского беглого генерала как раз наблюдательностью.
— Если так, то он немедленно пошлет гонца в Шоуян, и через два дня ублюдок будет тут как тут, — рассуждал Юань вслух. — Может, вернешься в Школу?
— Ни за что!
Не то, чтобы Имэй совсем перестала бояться генерала Хоу, но и оставлять братца Чжу наедине с его жутким папашей она не собиралась. И, вообще, поручение Мастера еще не выполнено!
А Первый министр выглядел довольным донельзя. Словно вот-вот сбудется его давняя мечта. Слушать пояснения Чжу Юаня о том, что восковые уточки по сути своей не великое колдовство, лишенное злого умысла, сян-го сознательно не желал.
— Снятие неблагоприятной судьбы с тайцзы — вот и весь смысл находки.
— Дознаватели все выяснят, — отрезал господин Чжу И тоном, ничего доброго не сулящим.
Имэй стало по-настоящему жалко Наследного принца. И ей стало интересно, кого из принцев сян-го собирается продвинуть вперед и в чьей фракции он состоит. Об этом стоило поразмыслить отдельно. Вот, например, евнух Ю…
Стоило подумать о нем, как он, словно великий Цао Цао, тут же и появился. Весь настолько радостный, что хотелось скормить ему целый лимон. Они с Первым министром перебросились парочкой фраз, часть слов и которых Имэй расслышала как «пленник» и «Сяо». Так говорили только про Сяо Юнмина, главнокомандующего Лян, взятого в плен под Пэнчэном армией Западной Вэй. Ли Имэй свела с ним короткое знакомство и осталась с неприятным впечатлением. Племянник императора не мог самостоятельно выбрать, какой суп ему съесть — с тофу или с курицей, что уж говорить о моменте для решающей атаки. Нерешительность — порок военачальника. Теперь он томился в плену, и переговоры об его освобождении велись ни шатко, ни валко. Император то соглашался обменять Сяо Юнмина, то передумывал, а время шло.
Связь между всеми интересующими Имэй людьми выстраивалась очень быстро. Слишком быстро. Первый министр заодно с евнухом Ю, тот, в свою очередь, повязан с генералом Хоу Цзином, через его помощника, все вместе они хотят сместить Наследного принца, опорочив его в глазах отца. Вроде все понятно, но как сюда вписываются демоны-яогуай, тайная дзянши и неведомый хозяин призрачных бестий? Опять же, явление подменного Лань Шэна указывает на некий особый интерес к Школе Северного Пути.
Имэй старалась быть незаметной: она присела на корточки возле паланкина министра и низко нагнулась над своей коробкой, делая вид, что копается в ней.
— Какая неожиданная встреча, ученица Ли, — сказал над ухом пянь-цзян Юэ. Тихо сказал, почти интимно, чтобы слышала только она. — Так во-от какой у тебя контракт. А мы-то с генералом гадали — наврал нам Мастер Дон Син или правду сказал.
Имэй отвечать не торопилась. Человеку всегда надо дать возможность высказаться до конца, особенно когда ему этого очень хочется.
— Когда я вернусь с аудиенции у Императора и кисть с тушечницей окажутся под рукой… Генерал Хоу будет здесь через два дня на третий, — продолжал нашептывать помощник. — И Первый министр не станет препятствовать вашей встрече. Ты ведь не сбежишь, стратежка?
Опять «стратежка»?
— Если, конечно, сян-го безразлична жизнь поручителя нашего контракта, — как бы невзначай напомнила девушка.
— Ты плохо знаешь Чжу И, — покачал головой Юэ. — И слишком хорошо — генерала Хоу.
— А вы, пянь-цзян, подались в сводни? Устраиваете своему господину постельные битвы?
К горлу вэйского вояки синий веер был приставлен под таким углом, что Юаню потребовалось бы лишь кистью слегка шевельнуть, чтобы сразить наповал.
— Угрожаешь? Мне?
— А тут кто-то еще есть? — деланно изумился шаман. — Ты ж сам сказал, что папаша мой кровный чужие жизни ценит дешевле тени от зонтика. Он с генералом Хоу полюбовно договорится еще до того момента, как твоё тело в гроб положат. Отойди тихонько в сторонку, господин Юэ, и не делай глупостей.
Тот криво ухмыльнулся и не стал сопротивляться. Про этот синий веер по Цзянькану уже ходили разные слухи. И что смерть от него мучительна, и он не просто убивает тело, но и расщепляет душу. Может и сказка, но на себе проверять никому не хотелось, даже бравому вояке. И ещё с такими бешеными глазами, как у шамана, не шутят и попусту не угрожают.
— Ты ж собирался слать весточку генералу, нет? Так вперёд! — прикрикнул медиум и добавил уже шёпотом. — Заодно передай, что на этот раз этот раз жилы из него буду тянуть я и по живому.
Достойного ответа, кроме грязного ругательства, у помощника Юэ не нашлось, и он поспешил скрыться из виду.
Несмотря на холод, волосы у Чжу Юаня взмокли от пота, глаза лихорадочно горели, а веер в руках дрожал, как листочек гинкго на ветру. Зловещее зрелище. Даже императорские солдаты обходили стороной их парочку — шамана и его ушастого помощника.
— Дело тут нечисто, Ли Имэй, — процедил Юань сквозь зубы.
— Да, неужели! Правда? — всплеснула руками девушка.
— Это что было, сарказм?
— Он самый, старший ученик Чжу. Ты только сейчас понял, насколько нечисто это дело? О!
— Можешь смеяться сколько хочешь, но… — шаман вдруг сделал страшные глаза и с размаху шлепнул Имэй по щеке, звонко, но не больно. — Ты — самое тупое и бестолковое создание! Тысячу раз говорил тебе: проверяй коробку перед выходом, проверяй внимательно!
— Простите, мой господин, я просто забыл, — захныкала она.
— А голову свою ты нигде не пробовал забыть?!
К ним, как большая тяжелогружёная грехами и преступлениями баржа, подплыл Первый министр в сопровождении евнуха Ю и целой толпы чиновников высоких рангов.