PlayKiller (СИ)

— Сомнительное достижение…
— Но не для меня. Пусть и опосредованно, но я тоже помог этой череде смертей прекратиться. Уже несколько недель — ни одного случая, зато то там, то тут кого-то накрывают. Власти как всегда молчат, но от интернета сейчас трудно что-то скрыть… Только не говори, что ты здесь не при чём!
— Не скажу. Но всех «Призраков» накрыть не удалось. Верхушка спешно обрубает концы.
— Значит, и к тебе попытаются снова подобраться, — удовлетворённо заключил он. — Ну, вот и как в такой ситуации тебя оставить, а?
— Ты не перестаёшь меня удивлять, — без всякого притворства сказал я. — Но это всё может плохо кончиться. Для тебя и твоих близких.
— Ну, за них бы я меньше всего стал бы переживать… А с собой я уж как-нибудь разберусь. Позволь ещё один вопрос. Что с Элли?
— Она оказалась рядом, когда за мной пришли, — процедил я, едва сдерживаясь. — Это целиком моя вина, не предусмотрел, не уберёг… Чёртовы голограммы! У тебя ведь они тоже есть, да? Тогда знай — если продолжишь сотрудничество со мной, то рано или поздно они перестанут быть бесплотными и попытаются тебя убить. Советую их всех отключить.
— Даже так? — нахмурился он. — Любопытно… Но это многое объясняет. Какая-то новая технология, да? Я не физик, но это же всего-навсего чуть преломлённый свет. А его не потрогаешь.
— Вроде того, — подтвердил я. — Только любой контакт с этим светом мгновенно приводит к травме. Не думаю, что это проектировалось для мирных целей. Припомни сам, сколько людей имеет дома голограммы.
— Да почти все, кого я знаю. Кроме одного старого эпилептика, но это, скорее, погрешность. Так Элли…
— Получила травмы, несовместимые с жизнью, пока отвлекала их на себя, — жёстко закончил я.
Хреноватор несколько секунд буравил меня взглядом исподлобья, после чего тихо произнёс:
— Соболезную. Думаю, другие слова бессмысленны, но… Она была классной, мне очень жаль.
— Спасибо. Так ты всё ещё хочешь мне помогать?
— Я готов к риску, — со всей серьёзностью заявил Болеслав. — Все наши данные удалены, даже у безопасников их нет. Пусть попробуют нас найти, если кишка не тонка. А мы пока займёмся более насущными делами. Сам-то не передумал ещё снова в это всё погружаться?
— А у меня и выбора нет, — честно ответил я. — Мне нужны деньги и время. Всё это я могу получить только здесь.
— Да, кстати! — вскинулся клан-лидер. — Твой оклад был подзаморожен во время отсутствия. Но туда продолжало исправно капать, а сейчас я его разблокировал. Думаю, учить тебя тому, как безопасно этим всем пользоваться, не нужно?
Я мигом открыл нейроинтерфейс и обомлел — сто десять синткоинов! Существенные деньги, но с другой стороны…
— Это всё сейчас нужнее клану, переведи обратно в казну.
— Так это и так пойдёт на его нужды, — пожал плечами псионик, зашуршав металлизированной мантией. — Купи себе топовой экипировки, она тебе скоро понадобится. Мечи я продал, каюсь — для кредита нужно было. Срочно.
— Но тут гораздо больше, чем нужно.
— Ты их заслужил, купи себе мороженко, или ещё чего… Тебе когда выходить?
Я и без взгляда на таймер знал, что сессионное время уже подходит к концу. Миссия затянулась, а мой организм ещё не достаточно восстановился, чтобы проводить большую часть суток в игре.
— Скоро выплюнет, автоматически.
— Тогда отдыхай, а когда вернёшься, мы с тобой прикинем, что делать дальше. Твоя каюта по соседству, прям за этой стеной. Надеюсь, ты не храпишь?
— Вот и узнаешь.
Кивнув на прощанье погрузившемуся в дебри интерфейса партнёру, я покинул его каюту и завалился в свою, точно такую же. Вот и так иногда бывает — помощь пришла, откуда совсем её не ждал. С другой стороны Болеслав — взрослый мальчик, и вполне отдаёт отчёт своим действиям. Оставалось только молча рукоплескать тому, как он решительно избавился от «Крокусов», тем самым сыграв мне на руку. Теперь с охранным агентством меня официально ничего не связывает.
Процедура выхода затянулась чуть дольше, чем обычно, но это время целиком заняли размышления о том, какую часть от полученной суммы получится безболезненно оторвать. По всему выходило, что не больше половины. Можно сэкономить на броне, а вот меч нужен позарез хороший. Обязательно лучевой, тут без вариантов. В сочетании с геном, полученным на «Омеге-3», должен получиться убийственный коктейль.
Я с кряхтением поднялся из капсулы и потопал в душ, располагавшийся за ширмой. Помещение, которое стало моим очередным пристанищем, габаритами не сильно отличалось от той же каюты, и не имело никаких перегородок. Коммуналка, как она есть, только санузел не общий. Кровать на стене, вместо кухни — маленький столик с плитой. Зато стоит недорого.
Приведя себя в порядок и одевшись, я выполз на погружённую во мрак улицу. Отложенные купюры жгли карман, но к ним необходимо было прибавить ещё несколько их собратьев из банкомата. Ближайший к дому аппарат был мной навечно забракован, поэтому пришлось ловить машину и тащиться до крупного торгового центра, а оттуда уже на другом таксомоторе в местные трущобы под эстакадой. Автопилоту было глубоко всё равно, куда направляется клиент, только там не существовало ни дорог, ни адресов. Так что до положенного места я добрался только через полчаса пешей ходьбы, и в такое позднее время, когда приличные люди давно уже спят.
К счастью, обитатели Барахолки себя назвать таковыми не могли, поэтому встретили меня с распростёртыми объятьями. Ещё бы, ведь им деньги принесли. Бабы Нюры на месте не оказалось, но мой заказ исправно ожидал меня, завёрнутый в вышитый платочек. Я развернул пёструю ткань и убедился, что это именно то, что и хотел. Лёгкий, почти игрушечный пистолетик мог вполне по-взрослому стрелять. Полимерные пули не могли похвастаться особой бронепробиваемостью, зато их не засекал ни один сканер.
Хорошая вещь, но пришёл я сюда в столь поздний час всё же не за ней. Вся пухлая пачка денег ушла в руки помощнику здешней атаманши, который проводил меня до вполне приличных апартаментов, замаскированных под очередную халупу. Внутри обнаружился вечно поддатый Семён в компании Петра — строгого дедушки в очках, похожего на вышедшего на пенсию профессора. Может, так оно и было на самом деле. Мужчины азартно резались в шахматы, и только наше появление отвлекло их от доски.
— А, это вы, уважаемый, — поприветствовал меня Пётр. — Мы ждали вас чуть позже, но можете не волноваться. По вашему вопросу мы всё разузнали и у меня для вас есть две новости.
— Давай тогда с хорошей, — хмуро попросил я.
— А такой среди них нет, — развёл руками старичок. — Операция стоит примерно как лет пятьдесят непрерывного обслуживания. Точнее не скажу — сумма существенно варьируется от срока. Понятное дело, чем он меньше, тем шансов больше. Второе — нужны органы для пересадки. В идеале — искусственные, у них приживаемость в разы лучше. Стоят они тоже недёшево…
— Но в целом, это реально? — задал я главный вопрос.
— Как я вам говорил при первой нашей встрече, ничего невозможного нет. Всё упирается в финансы.
— Ясно. Пока что продлите хранение.
— Конечно-конечно, — закивал он седовласой головой. — Сегодня же всё оформлю. Хотите взглянуть?
— Не откажусь.
Старик передал мне древний, как он сам, лэптоп, и невозмутимо вернулся к игре, растолкав подсомлевшего оппонента. Я достал из холодильника запотевшую бутылку пива, и улёгся на диван в соседней комнате, пристроив девайс на груди. Пара нажатий куда следует, и на потрескавшемся экране возникло мутноватое изображение ангара, расположенного за тысячи километров отсюда. Хвала всесильной квантовой сети, без труда сокращавшей такие расстояния.
В самом хранилище ничего примечательного не было, если не считать немного необычные контейнеры — вертикальные хромированные цилиндры, облепленные датчиками. Вот только хранились там не полуфабрикаты или химические реагенты, а самые настоящие люди, которые когда-то были живыми. И которые когда-то могут ожить снова.