УОНИ 2 (СИ)

Память воскресила события прошлого вечера. Нэйва неожиданно вызвал начальник управления.
– Я понимаю, что момент… неудачен, – седой полковник встал из-за стола, держа в руке алую бархатную коробочку.
– Вы с Монтом сдружились, и тебе сейчас хреново, сынок, но… Поздравляю с присвоением внеочередного звания, капитан Нэйв.
И вручил ошеломлённому Грэму коробочку, внутри которой лежали два алых капитанских прямоугольника.
– К сожалению, со званием пришло и твоё новое назначение, – полковник протянул гибкий экранный лист. – В войсках нехватка толковых особистов.
– В войсках? – эхом повторил Нэйв.
Злость душила, распирала изнутри, и новоиспечённому капитану стоило огромных усилий изображать удивление. В войсках значит… Подальше от расследования, поближе к смерти. Даже не поскупились на сладкую морковку – в два маленьких прямоугольника рубинового цвета – для молодого осла.
Капитан Нэйв сухо поблагодарил начальника и вышел из кабинета, задыхаясь от злости.
Какая-то тварь из властьимущих, к которой подобрался Монт, решила себя обезопасить. Если бы не старания Карла, то Нэйва ждала бы не почётная ссылка на фронт, а похожий грузовик. Или каменный блок, готовый сорваться с верхушки старого здания. Или случайный наркоман, раздобывший ствол и пошедший на грабёж.
Но никаких следов участия лейтенанта в расследовании не сохранилось, и некто властный решил не искушать судьбу лишними трупами. Проще убрать потенциальную угрозу подальше. Тем более что война – дело непредсказуемое и опасное.
И теперь Нэйв стоял, глядя, как гроб с телом друга засыпают землёй, и едва не рычал от злого бессилия.
– Капитан Нэйв? – спросил мужской голос за спиной.
Грэм обернулся и увидел пожилого мужчину – одного из тех, кто пришёл проводить Карла в последний путь.
– Карл про вас рассказывал, – мужчина протянул руку.
– Да? – машинально отвечая на рукопожатие, глупо спросил Нэйв.
И осёкся, почувствовав в ладони некий предмет.
– Отзывался очень хорошо, – сказал пожилой. – Мои соболезнования. Он был хорошим парнем…
И, разжав пальцы, исчез среди друзей и родственников семьи Монтов.
Вернувшись домой, Нэйв нашёл старый комм. Убедившись, что прибор отключен от сети, капитан достал из кармана то, что передал ему старик на кладбище.
Инофочип.
Капитан вставил чип в комм, открыл первый файл и бегло просмотрел его содержимое. Затем вынул чип и зло улыбнулся.
– Букашки, значит… – проговорил он.
Инфочип в его руке хранил все собранные Карлом данные по станции “Иллюзия”, посланных на Эдем наёмниках и их хозяину.
Крошечное зёрнышко в ладони. Зёрнышко, которому Грэм обязательно позволит взрасти.
Планета Эльдорадо. Зал заседаний Совета Корпораций
Голоэкран транслировал выпуск новостей Союза, репортаж о результатах выборов в парламент с прогнозом на предстоящие через полгода президентские выборы.
– Поздравляю, господа, – сказал один из восьми сидящих за круглым столом людей. – Практически все наши лошадки пришли к финишу.
– Да, удачно, – согласился второй. – С учётом того наш кандидат в президенты Дуглас лидирует по всем опросам – можно смело говорить о том, что Союз упал нам в карман.
– Не торопитесь, господа, – подал голос третий. – У нас проблемы с Эгидой. Доминионцы отозвали всех репликантов на базу, наши сотрудники на Эгиде перестали выходить на связь. Так же, как и наши газодобывающие заводы, расположенные в этой системе.
– А что насчёт агентов?
– Мертвы. Доминионцы вскрыли нашу агентурную сеть и подчистую уничтожили. Последнее, что нам удалось узнать, – на Эгиду перебрасывают ещё один батальон репликантов.
В зале воцарилась тишина – собравшиеся обдумывали услышанное.
– Чёрт, – наконец раздался голос. – Придётся форсировать события.
– Понесём убытки, – возразили ему. – Крупные…
– Промедлим – убытки покажутся мелочью. Император шутить не любит.
– Тогда начинаем?
– Да. Надо как можно скорее уничтожить Эгиду. Быстро, пока там нет серьёзных систем противокосмической обороны.
Система Эгида. Крейсер “Генуя”, флагман флота Консорциума
Флаг-адмирал Андреа Дориа смотрел на изображение Эгиды. Планетоид висел в пространстве, похожий на шар из серого с чёрными прожилками мрамора. Адмирал вспомнил, как в детстве любил играть с друзьями такими мраморными шариками. Древняя, но увлекательная игра на точность и меткость: выбить шариком-битой как можно больше шаров соперника.
А теперь ему предстоит выбить всего один шарик. Даже не интересно: практически незащищённый объект, против которого брошено шесть боевых кораблей – лучших в Консорциуме.
– Мы достигли оптимального рубежа атаки, – доложил капитан “Генуи”. – Прикажете открыть огонь?
Дориа бросил взгляд на положение эскадры. Корабли расположились полумесяцем, выгнутым “рогами” к планетоиду.
– Действия противника? – спросил он.
В скафандре адмирал, привыкший за годы тихой службы в Консорциуме к сшитому на заказ мундиру, чувствовал себя неудобно, но ничего не мог с этим поделать. В боевом положении из всех отсеков откачивали воздух, создавая вакуум – стандартный метод борьбы с ударной волной и вероятными пожарами. Тут мундиром не обойтись.
– Никаких, – доложил командир “Генуи”. – Наблюдается лишь некоторая активность их радаров и сканеров, но ничего нового – всё та же аппаратура, что и ранее.
– Они не успели, – Дориа почувствовал некоторое разочарование.
Как и большинство офицеров с реальным боевым опытом, он жаждал схватки и одновременно боялся её. Адмирал помнил, как, будучи ещё молодым мичманом флота Доминиона, участвовал в покорении Альты. Память услужливо воскресила заляпанные бурой кровью переборки, прошитые обломками обшивки тела боевых товарищей и леденящий тоскливый ужас, который наводил писк в наушниках, сигнализируя о вражеских ракетах.
– Подойдём ближе, – решил он. – Меньше провозимся.
– Есть, – отозвался капитан “Генуи”.
Вновь потянулось время ожидания. Крейсеры маневрировали, занимая новые рубежи атаки. Адмирал, сидя в кресле, жалел, что приказал подготовиться к бою по всем правилам: оборонительные системы Эгиды рассчитаны лишь на противодействие корытам Союза, а не современным судам. Но отменять приказ было глупо. Дориа оставалось только ждать, когда его корабли уничтожат цель и настанет время сыграть отбой боевой тревоги.
– Мы на позиции, – доложил командир крейсера.
Адмирал вздохнул и уже хотел отдать приказ открыть огонь, как по ушам полоснул крик оператора ДРЛО, заглушённый воем тревожной сирены:
– Многочисленные пуски с поверхности! Тяжелые противокорабельные ракеты класса “Кали”! Время подлёта…
Дориа побледнел, поняв, в какую ловушку его заманили. Проклятые доминионцы успели-таки привезти и смонтировать на планетоиде системы противокосмической обороны. А потом сидели смирно, дожидаясь, пока потерявший осторожность от самоуверенности противник подойдёт поближе, любезно подставляясь под выстрел в упор. По космическим меркам, разумеется.
На мостике звучали команды, автоматика рассчитывала маневры уклонения и раздавала целеуказания системам обороны, но адмирал ясно понимал, что это – агония. Эскадра обречена.
Конец второй книги.