Плохие сны (СИ)

— А можно!.. прямо сейчас… приступить? — спросила Рей. Она снова против воли обернулась на дверь, а потом повернулась к девушке:
— Пожалуйста!
— О, — растерянно сказала девушка. — Хорошо, — она просмотрела документы Рей. — Тут указано, что вы работали механиком. У вас есть документы, подтверждающие это? Диплом? Рекомендация работодателя?
Рей покачала головой.
— Извините, — сказала девушка. — Но, так как вы ничем не можете подтвердить уровень ваших технических навыков, я не могу рекомендовать вас к работе без проверки. А сейчас все закрыто. Нужно дождаться хотя бы утра.
— Что угодно, — взмолилась Рей.
Девушка нахмурилась.
— Я могу подготовить для вас контракт декоративного серва, — сказала она. — Мы находимся при их базе, поэтому вам просто нужно будет подняться на второй этаж. Но что вы умеете?
Рей пожала плечами.
— Не обязательно иметь диплом. Петь? Рисовать?
— Средне, — призналась Рей. — Я умею драться.
— Это не подходит, — девушка грустно улыбнулась. — Может быть художественная гимнастика? Танцы?
— Я занималась балетом в школе, — сказала Рей. — У меня хорошая растяжка, но я все забыла…
— Ничего, — сказала девушка с облечением. — Наша подготовка это исправит. Но, — она положила на стол перед Рей еще один лист, — вы должны ознакомиться со всеми рисками. Если у вас есть серьезные хронические заболевания, вам противопоказана такая работа.
— Я ознакомлюсь, — ответила Рей, точно зная, что согласится на все, что угодно.
— Контракты делятся по длительности — год, три и более. Как долго вы планируете проработать сервом?
— Год, — сказала Рей быстро.
— Вам заведут персональный счет. Как только вы поступите на работу, деньги переведут туда, но воспользоваться ими вы сможете только по истечении контракта. Также вас обследуют, но это бесплатно, — девушка внимательно посмотрела на Рей. — Ознакомились? Все это исключительно под вашу ответственность. Ни рекрутский центр, ни ваш будущий работодатель не несут ответственности за ваше здоровье и возможные проблемы, кроме тех, что будут связаны с прямыми нарушениями клиентами техники безопасности.
— Да, — сказала Рей. — Где еще нужно расписаться?
— Тут, — девушка указала на пустое место под всеми пунктами контракта. Она внимательно посмотрела на Рей:
— Вы уверены?
— Да, — Рей аккуратно расписалась и отложила ручку. Все, дело сделано. — Скажите… — Рей замялась, понимая, что это глупый вопрос, но ей вдруг стало страшно, гораздо страшнее, чем там, на улице, или в Платтовском притоне, или среди его головорезов. — Как они себя чувствуют, декоративные сервы?
Девушка улыбнулась ей, но улыбка была слегка натянутой.
— Мне говорили, — сказала девушка, — что это как сон. Что ты просыпаешься ненадолго, а все остальное время спишь на ходу.
Рей улыбнулась ей в ответ так же натянуто:
— Думаю, мне подходит.
========== Часть 3 ==========
— Пап, мы очень быстро вернемся! Ты не успеешь соскучиться!
— Успею, милая. Я начну скучать, едва вы выйдете за порог, — Кайло чмокнул дочь в макушку. — Но я могу потерпеть.
— Почему бы тебе просто не поехать к бабушке с нами?
Кайло переглянулся с Фазмой, и она ответила, одергивая на Кире плащ:
— Кира, папа работает, ты же знаешь.
— А почему ты смогла взять выходной, а папа — нет? — спросила Кира. — Ведь бабушка даже не твоя мама.
— У нас с папой разные графики, — сказала Фазма. — Давай, целуй папу, говори ему «пока» и бегом в такси. Самолет нас ждать не будет.
— Пап! — Кира повернулась к Кайло. — А может можно взять Рей? Пожалуйста! Я хочу показать ее бабушке.
— Кира, я тебе говорила, для Рей нужен отдельный билет, — строго сказала Фазма. — И никакого толка в этом не будет.
— Бабушка не обрадуется, если ты привезешь к ней свою балерину, — сказал Кайло. — Она…
Он задумался, прикидывая, как бы объяснить дочери позицию своей матери. Мать была известной «левачкой», хоть и не самого радикального толка, но, в свое время, вдохновляла отпетых радикалов и железной хваткой вцеплялась в любую трибуну, с которой можно было вещать. Когда она узнает, что ее сын завел серва, она будет недовольна. Не возмущена — недовольна, ожидаемо так. Разве ее непутевый сын, чуждый гуманистических идей, мог поступить иначе?
 
— Бабушка не любит сервов, — сказал Кайло наконец.
— Почему? — просто спросила Кира.
— Спроси у бабушки, она тебе расскажет, — Фазма хмыкнула. — Кира! Либо ты прощаешься, либо мы остаемся дома.
— Пока, пап, — Кайло присел, и Кира крепко обняла его. — Я привезу тебе подарки! Мы будем присылать фотографии каждый день.
— Отдохните как следует, — напутствовал их Кайло.
Когда дверь за ними закрылась, Кайло ощутил в равной степени облегчение и беспокойство. И тоску немного. По опыту он знал, что беспокойство уйдет, а вот от тоски никуда не деться. Пока Кира была маленькой, они с Фазмой буквально вырывали кусочки свободного времени, разрываясь между дочерью и работой, а теперь Кайло все яснее понимал, что очень скоро Кира вырастет, и максимум, что он услышит от нее, будет «Перезвоню, если будет время». Она уже не будет прибегать к ним по любому поводу, будет беситься, если они будут проявлять к ней излишнее внимание, а тратить деньги придется не на балерин. Школа, потом колледж…
Кайло прекрасно понимал, что следует наслаждаться, пока она еще ребенок, но, право слово, иногда быть родителем очень утомительно.
К вечеру Кайло успокоился и окончательно расслабился. Можно было спокойно падать в кровать в одежде и обуви, слушать музыку сколь угодно громко и смотреть любые каналы на большом телевизоре в гостиной. Решив не отказывать себе в маленьких радостях, Кайло спустился вниз, налил себе виски и устроился перед телевизором, предвкушая спокойный отдых.
Балерина стояла внизу. Неподвижная, как обычно, без своей пудры — как он ей и сказал. Кайло не помнил, когда пудра исчезла.
Его охватило любопытство. Вместо канала с фильмами Кайло вывел на экран записи с камер, выбрав даты, когда у балерины были «выходные» и включил воспроизведение, поставив фоном один из сборников музыки, чтобы не так скучно было наблюдать.
На экране в ускоренной перемотке его семья и он сам покидали дом, а балерина оживала. Она умывалась, готовила свою странную смесь на кухне, спала, чистила и чинила одежду.
— Не очень-то разнообразная у тебя жизнь, — заметил Кайло, допивая виски. Подумав, налил себе еще. — А может мы тебя мало напрягаем…
На экране Рей замерла перед книжными полками, с любопытством осматривая их. Вот она осторожно взяла одну книгу, пролистнула ее. Вот вздрогнула и уставилась на свое запястье, украшенное каким-то то ли браслетом, то ли еще какой-то штукой, больше похожей на декоративный нарукавник с вышивкой, потом аккуратно поставила книгу на место и поспешила прочь.
— Значит, интересуешься книгами, — заметил Кайло. — Похвально.
Он погрузился в задумчивость, слушая музыку. На экране Кира командовала Рей, что делать, иногда начиная показывать сама, таскала ее за руку по всей комнате. Это и навело Кайло на интересную мысль.
— Рей, — позвал он. — Подойди.
Балерина подошла, ступая легко и изящно, как эльф.
— Танцуй, — приказал Кайло, и сам удивился, как глупо это прозвучало. — Я имел в виду… Что-нибудь кроме балета ты можешь показать?
Балерина кивнула. Интересно, а она вообще умеет говорить?
— Тогда… — Кайло вздохнул. — Импровизируй. Станцуй что-нибудь… современное. Под эту музыку.
Балерина подчинилась. Она задумалась ненадолго, а потом задвигалась плавно и медленно. И хотя некоторые движения были довольно соблазняющими, она умудрялась выглядеть невинно и естественно.
— Остановись.
Балерина послушно замерла в неудобной позе.
— Стой так.
И она стояла, не шевелясь, как самая настоящая статуя. Да, чертов Мантис-Б работал как надо!