Саван Вечности (ЛП)

Натан выглядел так, будто съел кусочек гнилого фрукта.
— Я не могу помочь тебе бороться, пока не верну дар… и чтобы добиться этого, мне придется потакать этим людям, хотя я уже начинаю презирать этот город. — Он выглядел обескураженным и злился на свою беспомощность. — Колдунья, ты не сможешь обрушить многовековые традиции в одиночку.
Она вперила в него взгляд голубых глаз.
— Я не одинока. У меня есть ты.
Бэннон подошел ближе и дотронулся до рукояти своего меча.
— И я.
  
Глава 28
 
Вечером властительница и главнокомандующий волшебник устроили праздничный ужин — на этот раз в честь прибытия мерзких норукайцев. Никки, Натана и Бэннона тоже пригласили, несмотря на второстепенность их присутствия: в центре внимания были грубые работорговцы. Капитан Кор и еще трое со змеиных кораблей пришли на ужин с палатой волшебников. Остальным тридцати норукайским морякам разрешили отправиться в городские питейные заведения, трактиры и питомники шелковых яксенов. Главные волшебники города оказали честь Кору и его дюжим спутникам — Ларсу, Йорику и Дару, — но те явно предпочли бы присоединиться к остальным норукайцам и провести время в более свободной обстановке.
Никки, которая едва сдерживалась, заняла место в дальнем конце стола рядом с Натаном. Бэннон, сидевший рядом с Амосом, Джедом и Броком, явно чувствовал себя неловко. Никки уже несколько дней не видела на лице юноши улыбку и понимала почему. Она тоже не улыбалась.
Норукайский капитан сидел, расставив локти и собираясь есть обеими руками. Рабы принесли на плечах вертел с огромным куском жареного яксена; вровень с ними шли рабы помладше и несли под мясом блюдо, в которое капал сок. Слуги кружили вокруг стола, наполняя кубки кровавым вином, но Кору это не понравилось.
— Вы слишком долго возитесь! — грубо заявил он. — Просто принесите мне и моим людям по бутылке. — Он издал гортанный звук, отдаленно напоминавший смех. — Нет, Йорику принесите две, иначе он будет жаловаться.
Дар отхлебнул из кубка и вытер запястьем рот, когда струйка красной жидкости просочилась через шрам на щеке.
— Хорошее вино.
Остальные норукайцы выпили и согласились с ним.
Кор сдернул с пояса кожаный мешочек и бросил его Дару. Золотые монеты в кошеле звякнули.
— Здесь часть сегодняшней прибыли. Найди торговца вином и купи столько, сколько влезет на борт наших судов.
— Мы же все выпьем на обратном пути, — заявил Йорик.
— Лучше придержать хотя бы бочонок для короля Скорбь, — урезонил его Кор.
Норукайцы заметно напряглись при упоминании этого имени.
— Хорошо, отложим один для него.
Максим кивнул на мешочек с монетами:
— Золота хватит на несколько бочонков.
— Хорошо, тогда возьмем и немного мяса. — Кор своим ножом отрезал толстый ломоть мяса, пока слуги аккуратно отрезали самые лакомые кусочки для гостей.
Настороженная Никки молча наблюдала за движениями норукайцев, как готовый к атаке хищник. Волшебники Ильдакара заставляли ее нервничать, но норукайцев она ненавидела. Как второстепенных гостей, ее и спутников обслужили последними. Никки спокойно принялась за еду, чтобы не привлекать к себе внимания. Натан поглощал лежавшие на его тарелке мясо и корнеплоды, промокая сок свежим хлебом, а Бэннон к еде так и не прикоснулся.
— Где в городе лучшие шлюхи-яксены? — спросил Кор.
— Нам хотелось бы опробовать их, — сказал Ларс, — но мы не собираемся зря тратить время.
— Я знаю, где самые лучшие, — вставил Амос.
Властительница Тора сидела во главе стола и ела с помощью украшенных драгоценностями столовых приборов. Казалось, она сделана из кружева и золотой проволоки.
— Да, мой сын хорошо в них разбирается.
— Возможно, наш друг Бэннон пожелает присоединиться, — сказал Джед, но это была скорее издевка, чем приглашение. — Мы о нем хорошо позаботимся.
Бэннон покраснел и осторожно признался:
— Эти женщины очень красивые.
Покрытые шрамами налетчики переглядывались и фыркали от смеха, бормоча что-то на своем грубом языке, который напоминал скрежет камней.
— Женщины Ильдакара слишком хрупкие — того и гляди сломаются, — сказал Дар.
— Мы предпочитаем прочную красоту норукайских баб, — добавил Кор, — но сойдут и ваши. В море нам было слишком одиноко. Рабы тоже пригодны, но едва ли могут утолить мужскую жажду.
— Поскольку вы наши уважаемые торговые партнеры, — сказал главнокомандующий волшебник, — мы приглашаем вас на один из вечеров удовольствий, если вы предпочитаете благородных ильдакарских женщин. Мы можем сделать для вас исключение, и этот опыт вы забудете не скоро. — Он со злобной улыбкой указал на властительницу. — Моя прекрасная жена с большой охотой примет вас. Она не слишком разборчива в связях.
Тора одарила его ядовитым взглядом.
— Сегодня вечером у нас действительно намечается вечер удовольствий для знати. Вы и ваши люди можете присоединиться, капитан Кор, — через силу сказала она.
Норукайцы плотоядно глазели на нее.
— И колдунья Никки, как всегда, желанный гость, — добавил Максим.
— Как всегда, — ответила Никки. — И, как всегда, я предпочитаю отказаться.
Он добродушно хохотнул.
— Как пожелаете. Вы держитесь так холодно, что некоторые дворяне считают, будто у вас соски из колотого льда.
— Дураки могут выдумывать что угодно, — сказала Никки.
Натан, сидевший рядом с ней, не удержался от улыбки.
Максим снова засмеялся.
— Восхитительно, просто восхитительно.
Кор перевел взгляд с Торы на советников, а потом повернулся к молодому Амосу, который накладывал себе вторую порцию мяса яксена.
— Мы предпочитаем бордель. Аристократки слишком много говорят, когда разговоры совсем излишни.
Вскоре слуги принесли блюда с маленькими запеченными птичками — каждая всего на один укус. Волшебник Деймон оживился, поглаживая свои длинные усы:
— Ах, восхитительно! Жаворонки в меду. Твои, властительница?
Тора кивнула.
— Да, их пение сладкозвучно, но плоть слаще. Нужно будет поймать их побольше. Мы уже растянули на крышах сети.
— Сколько рабов вам еще нужно? — вмешался Кор. — И когда? В устье реки и на островах много наших кораблей. Наберем, сколько нужно — просто скажите.
— Рабы гибнут. Но и размножаются они довольно быстро, — сказал Айвен и поднял пустую тарелку, нетерпеливо ожидая, когда слуга положит ему еще мяса.
— Сегодняшняя группа хорошо нам послужит, — сказала Тора. — Наше заклинание сработает, и саван простоит очень долго.
— Если вы установите саван, то как мы продадим вам новую партию рабов?
— Ильдакар много веков жил под саваном, — сказал Максим. — Город был закрытой системой без внешней торговли, но я больше предпочитаю приток привозных товаров и свежей крови. Поверьте, нам все равно придется время от времени развеивать саван, чтобы обновить наши ресурсы.
— Думаете, мы просто будем ждать на кораблях, пока ваш город снова не покажется? И что тогда станет с нашим грузом? — спросил Кор.
Бэннон смотрел в свою тарелку, ковыряясь в еде остроконечной вилкой.
— Они не груз, — прорычал он достаточно громко, чтобы все его услышали. — Это люди… как и мой друг Ян. Он был юношей, у которого вы отобрали будущее. Но мы освободим его. — Он бросил многозначительный взгляд на Амоса, но тот его проигнорировал.
Норукайцы явно удивились, что Бэннон заговорил. Андре, потешаясь, погладил свою густую заплетенную бороду.
— Так значит, у неодаренного мечника есть голос? Разве не занимательно, ммм?
— В нашем совершенном обществе у каждого человека своя задача, — произнесла Тора. — Некоторые несут бремя лидерства. Другие просто работают. Они знают свое место.
Никки увидела, как Бэннон осушил свой бокал с кровавым вином. Он покраснел от гнева и заговорил громче:
— Мы видели, как норукайцы нападают на беспомощные деревни. — Он с лязгом ударил вилкой по тарелке. — Видели, как вы охотитесь на невинных.