Саван Вечности (ЛП)

Тора первой взяла то, что ей понравилось, а Максим галантно предложил угощение Никки. Она сделала выбор без особого интереса. Натан проявил больше любопытства и попросил прислугу рассказать о каждом блюде. Он попробовал по кусочку, затем выбрал те блюда, которые ему больше понравились. Сырая печень яксена пришлась ему не по нраву, в отличие от фруктов.
Когда советники насытились, остатки еды предложили Бэннону. Он весело улыбнулся и поблагодарил слуг, которые от этого смутились, а потом вспомнил, что благодарить надо хозяев.
По периметру боевой арены через равные промежутки стояли высокие каменные колонны, увенчанные бронзовыми чашами в форме пламени. Одаренные дворяне стояли у подножия колонн и после звуков фанфар коснулись каменных столбов, выпуская свою магию. В бронзовых чашах зажглось ослепительно-белое пламя, напоминавшее сигнальные огни. Толпа на трибунах разразилась приветственными воплями.
Настороженная Никки сидела молча, пытаясь распознать разновидность используемой здесь магии. Древние волшебники заложили узоры заклинаний и сложные магические сети в архитектуру города — словно акведуки, по которым течет вода.
Коренастый мужчина с бритой головой и в свободном желтом одеянии сидел на высокой платформе над полем боя. Он говорил в большой кристалл на серебряной подставке, и его голос гремел из волшебных огней, как будто его слова исходили из колонн.
— Обожаемый нами чемпион остается непобежденным последние пять месяцев. Он защищает свой титул и занимает наши сердца. Пусть он выйдет на арену, чтобы согреться лучами солнца Ильдакара, радостными возгласами нашего народа… и кровью очередного побежденного врага.
Открылись расположенные внизу железные врата, и мускулистый мужчина шагнул на смешанный с пеплом песок. Он поднял в небо меч с широким лезвием и вызвал этим зрительские овации. На нем были коричневые кожаные ботинки, набедренная повязка и массивный ремень с острыми шипами, от которого поднимались два широких кожаных ремешка, перекрещивающихся на спине и груди. Наряд обеспечивал лишь минимальную защиту. Цельный шлем с наносником и широким подбородником скрывал его лицо.
Бледная кожа чемпиона была покрыта сетью шрамов; мускулы налились силой за долгие годы тренировок. Никки видела, что он грозный боец.
Язык его тела излучал радость и уверенность, а не страх загнанной жертвы. Кажется, он наслаждался обстановкой. Чемпион медленно поворачивался из стороны в сторону, пронзая мечом воздух, чтобы услышать больше выкриков публики. Она отвечала, как и ожидалось.
Палата волшебников в обособленной зрительской башне походила на отстраненных наблюдателей. Повелитель плоти Андре подался вперед с нетерпеливым блеском в серых глазах:
— Чемпион никогда не сталкивался с таким противником, как наш новичок. — Он поднял брови, глядя на Натана. — Ммм? Скоро вы все увидите результат моей работы.
— Надеюсь, это будет стоящее зрелище, — прорычал Айвен. — Моим зверям не помешает практика.
— Ты же не хочешь, чтобы чемпион их всех поубивал? — спросил Андре.
Главный укротитель остался при своем мнении.
— А что, если он убьет твое новое творение?
— Я уверен в своей работе. Но если это произойдет, в следующий раз мне нужно будет усовершенствовать проект, ммм?
Ведущий продолжал говорить усиленным заклинанием голосом:
— Наш чемпион сегодня столкнется с соперником, который еще никогда не выходил на боевую арену. — Слова прогремели через яркие языки пламени, и зрители погрузились в зловещую, напряженную тишину. — Узрите новое творение повелителя плоти!
Айвен взял покрытую медом певчую птичку и принялся с хрустом жевать ее, не отрывая глаз от поля боя. Андре ерзал, едва сдерживая волнение.
Чемпион присел, выставив перед собой короткий меч и вперив взгляд в зарешеченные ворота на противоположной стороне арены. Его дерзкое оживление ушло. Хотя шлем скрывал черты его лица, Никки заметила напряженную сосредоточенность бойца. Она не ощущала в нем дара — чемпион обрел свои боевые навыки благодаря упорному труду.
Решетчатые ворота открылись, и из темных ям под ареной кто-то вышел. Зрители, вероятно, ожидали увидеть грозного зверя вроде боевого медведя, но существо двинулось вперед на двух ногах и шагнуло на солнечный свет. Все увидели мускулистые бедра, зашнурованные до верха голени крепкие сапоги, набедренную повязку с металлическими пластинами и две вытянутые руки — в каждой был короткий меч, такой же, как у чемпиона.
Когда противник вышел на свет, открылось его истинное безобразие. На широких плечах бойца разместились две головы на шеях, которые выходили из раздвоенного позвоночника. Оба лица рычали и скалились в муках и ярости. Изо рта левой головы — лысой, с большим круглым шрамом на макушке — текла слюна. Темная кожа гладкой головы не соответствовала оттенку плеча, к которому была приращена. Ноги пьяно волочились по песку, будто получали противоречивые указания от соперничающих голов, но обе руки, вооруженные мечами, были высоко подняты и беспорядочно рубили воздух.
Толпа ахнула и зароптала. Чемпион отшатнулся при виде своего нового противника.
— Наш великий чемпион никогда не видел ничего подобного, ммм? — усмехнулся Андре.
— Он повидал и убил множество противников, — сказал Айвен.
Подобно оружию, направленному на цель, двухголовый воин неуклюже зашагал вперед, вызывающе крича в обе глотки.
Натан наклонился ближе к Андре:
— У твоего нового творения есть два человеческих разума, но он, кажется, утратил свой интеллект.
— Ему нужен не интеллект, а мастерство. Я был вынужден пожертвовать некоторыми качествами, чтобы улучшить другие. Например, шелковые яксены были созданы ради красоты, а не остроумия. Этой тварью никогда не будут восхищаться за красноречие.
Качающаяся походка двухголового воина сбивала с толку, но чемпиона это не одурачило. Он метнулся, выставив свой короткий меч, как жало. В тот момент, когда он приблизился на расстояние удара, жуткий противник размылся в движении, взмахнув сначала левым мечом, затем правым, как будто намереваясь убить чемпиона дважды. Мужчина отпрыгнул, отступая так быстро, что зацепился пяткой о пятку, и тогда один из клинков противника полоснул по плечу чемпиона, пустив кровь. По толпе вокруг арены пронесся всеобщий вздох ужаса. Чемпион пригнулся, словно и не заметил раны.
Двухголовый боец снова двинулся на него, размахивая, коля и рубя обоими клинками. Чемпион с громким лязгом парировал удары. Он откинулся назад, когда другая рука чудовища махнула клинком, а потом поднырнул, нанося колющий удар мечом. Двухголовое существо крутанулось на месте, и клинок, вместо того чтобы вспороть живот, лишь прочертил длинную красную линию по ребрам. Он взревел от боли обеими глотками, а затем опустил левую руку с мечом, нанеся удар навершием по прочному шлему чемпиона. Тот пошатнулся, оглушенный, а потом отступил и поправил шлем.
Двухголовый воин бросился в атаку, чемпион неловко споткнулся, покачнулся… и Никки поняла, что он делает. Он заманивал чудище ближе, и как только правая рука противника повела клинок вниз, чемпион сделал выпад вверх, пробив бицепс соперника, а затем дернул меч вниз, словно мясник, разрезающий большой кусок мяса. Правая рука монстра была ранена до кости и безвольно повисла, судорогой отбросив меч. Пересаженная голова с этой же стороны взревела, закатив глаза. Левая рука отреагировала, пытаясь защититься вскинутым мечом. Но стойкий чемпион был полон энергии и больше не притворялся дезориентированным. Он увернулся и, взяв короткий меч обеими руками, нанес мощный удар сбоку, как валящий дерево лесоруб, и отрубил родную голову воина, отделив ее от шеи. Из обрубка на плече потекла кровь, ужасное создание пошатнулось и дрогнуло, стоя на пропитанном кровью песке.
Отрубленная голова перезрелой тыквой упала на землю, истекая кровью, ее лицо все еще искажалось последними проблесками жизни.
Оставшаяся лысая голова, приращенная к плечам, завопила. Никки подумала, что крик полон горя, а не боли. Неуклюжие ноги согнулись, и монстр опустился на песок. Отбросив меч, он потянулся здоровой и покалеченной руками и поднял отрубленную голову. Баюкая ее, он причитал и отчаянно стенал.