Эпидемия (СИ)

– Почему? Может, вам нужна ответная услуга?
– Нет, – Торговец поднял руку в останавливающем жесте. – Нет, прошу. Никаких любезностей. Просто примите помощь и живите дальше.
Как же неприятно видеть такие вещи. По блеклым оттенкам ауры видно, что торговец потерял веру в себя и не хочет вовлекать посторонних в свои проблемы. Похожий отпечаток оставляет тюрьма, утрата близких и предательство от тех, кому доверял.
Подключив личное кольцо-инвентарь к складу, Наумар вытаскивал из него образцы. Один за другим на прилавке начали появляться руды и минералы, добываемые в шахтах Алексиум-Нар. Прикасаясь к полезным ископаемым, я через доспех духа вводил внутрь немного своей ауры, давая сверхнавыку идентификации запомнить название предмета и ощущение от контакта. Таким образом, в понятийном ядре знаний данные о рудах и минералах записывались сразу на несколько уровней.
Принцип формирования залежей руды и минералов в мирах, где уже началась Битва за Будущее, отличается от земных стандартов. Есть такой термин, как оруденение – это когда высокая плотность эманаций земли и маны приводит к тому, что горная порода превращается в маноактивный материал. Именно эманаций земли – это сильно разряженная версия эссенции земли в виде облака, без четкой формы.
В одной и той же местности могут встречаться десятки видов руд и минералов, но не в форме крупного многокилометрового рудного тела, а скорее вкраплениями длиной до нескольких метров. Чем выше плотность маны, тем больше руды формируется. Чем выше концентрация эманаций земли, тем более редкие полезные ископаемые появляются.
Гномы, с их верой в Камень, действительно являются одними из лучших шахтеров во всех известных мирах. Чем их больше, тем лучше они чуют горную породу вокруг. Тот редкий случай, когда коллективный труд и впрямь прописан у целой расы в крови.
На прилавок лег последний драгоценный камень из запасов Наумару.
– Мда! Многовато добра на складе скопилось за девять лет.
Старый торговец указал пальцем на синий драгоценный камень, лежащий на столе.
– Этот крохотный сапфир тут лежит еще со времен моего предшественника. Гном Фескус! Фамилию уже не помню. Говорят, сволочью был редкостной. Все мечтал два минерала сплавить в один и выкупить себе свободу. Помер прямо тут от взрыва маноактивных кристаллов. Прежний управляющий даже труп его убирать не стал. Я когда приплыл, захожу, а прямо за дверью, с пола на меня смотрит оторванная взрывом голова. Вонища стояла такая, что из глаз слезы потекли.
У меня не было настроения болтать о прошлом. Сейчас надо о будущем думать.
– Девяносто три позиции.
Теперь, через контакт со своей аурой, я могу распознать показанные полезные ископаемые.
– Это не всё, Джон. Согласно каталогу мадам Лессы Нар, всего на шахте есть 112 добываемых наименований. На часть из них наложен запрет на хранение в лавке, – старик задумался на секунду. – Ах да! Ты еще ничего не видел. Тут на верхних горизонтах порой находят окаменелые кости и растения, скупаемые богатыми благородными. Панцири, бивни, но больше ценятся целые скелеты. Четырнадцать разных видов. Когда-то во Фризе было меньше воды, и на суше обитали диковинные звери. Их окаменевшие трупики шахтеры изредка находят в толще горной породы. Оставшиеся пять позиций из каталога – это крайне редкие полезные ископаемые.
Торговец указал на герб клана Нар, висящий над витриной лавки.
– У гномов из мира Сай есть поговорка: “Камень не любит спешки”. Они могут годами ходить по пещерам, ища не столько руду, сколько те самые особые сюрпризы от их странного бога. Знаешь, почему наша шахта называется Алексиум-Нар? Все дело в кристаллах алексиума! Ради них обычные благородные, при встрече выходца из клана Нар, вежливо их приветствуют. Алексиум – одна из тех вещей, которую нельзя купить за деньги. Ради побрякушек из алексиума дворец Хекса-Дзу открыл сокровищницу, выделив свой камень рода в ранге Витязя под крепость у нашей шахты.
Дворец?! Да чтобы эти жлобы выдали стратегически важный ресурс в чужие руки, должно было произойти нечто совсем уж из ряда вон выходящее! Даже ради редких, особо крупных кристаллов-манохранителей, расширяющих возможности городского щита, старейшины бы не выделили камень рода в ранге Витязя.
Кристаллы, фокусирующие ауру в одну точку, встречаются исключительно на большой глубине. Возможно, речь идет об оружии?! Алексиум явно относится к стратегически важным ресурсам, раз о нем было упоминание в пакете знаний для иммигрантов. Дворцы умеют хранить свои секреты, контролируя распространение информации.
– И чем является этот алексиум?
– Крохотным, – торговец показал одну фалангу мизинца, – переносным хранилищем ауры.
– Да быть такого не может! Ауро-хранилища? Тут? В этих пещерах мелководья? Даже в развитых мирах они встречаются на глубине больше двадцати километров. Требуется запредельная плотность маны! Да и черт с ней с маной! Это же окаменевшие органические кристаллы из самого ядра маны монстров. А мы где? Да тут и двух километров нет!
Наумар, улыбаясь, кивал.
– Теперь, мистер Голд, вы понимаете, почему дворец так поступил?!
Ауро-хранилища всегда имеют симметричную форму. Простое ядро монстра выглядит, как сфера и состоит из одного кусочка. Чем больше элементов, тем ценнее находка в собранном состоянии. Со слов Наумара, если найти и собрать восемь кусочков алексиума вместе, они сами срастутся, и получится артефакт “Сердце Алексиума”. Это сокровище ранга Ратника хранит в себе до пятисот единиц ауры и маны.
Найдя благодарного слушателя, старик стал словоохотлив.
– Даже тысяче шахтеров мадам Лессы Нар за месяц едва удается собрать осколков на одно Сердце! В моей лавке и камне магазина, за один такой кусочек клан платит сорок тысяч монет. И это на целых десять тысяч меньше, чем его реальная цена в городе!
– Это же глупо! Не проще в городе продать?
По выражению лица Наумара я понял, что, скорее всего, большинство счастливчиков нашедших алексиум, не доживают до прибытия в город. Одних убивают пираты, знающие о возможном особо ценном трофее. Других сажают на нож жадные до денег товарищи по команде. В целом, проще такую находку продать сразу и не искушать судьбу.
Учитывая расстояние почти в сто километров до ближайшего города, расположение шахты действительно неудачное. Есть крупные транспортные издержки, связанные с риском нарваться на засаду.
– У вас есть такой кристалл?
– Алексиум? Шутите, мистер Голд? Такие вещи мадам Нар забирает себе сразу после продажи.
– Жаль. Хотел бы я увидеть его хотя бы одним глазком. Ладно, пора работать.
– Погодите, юноша, – торговец вытащил из своего инвентаря металлический крестик. – Вот, возьмите. Это амулет парной связи. Радиус действия небольшой, но если вас не затруднит, будьте добры… хотя бы просто рассказывайте о том, что происходит за пределами лавки. Вы первый человек за месяц, с кем я имел честь общаться так долго.
Что же его держит на этой чертовой шахте?! Ладно, с меня не убудет.
– Мистер Наумар…
Старик неловко поморщился.
– Некрасиво звучит. Я же не благородный сэр с фамилией. Обычный человек. Даже не так. Торговец из лавки, коих полным полно на дне мира Фризе.
– Наумар, – я произнес имя так, чтобы собеседник почувствовал, что к нему обращаются, как к равному. – Если представится возможность, я покажу вам, как выглядит настоящее чудо. А теперь, простите. Меня ждет много работы.
Пополнив свою базу знаний, я вышел из лавки клана Нар на центральную площадь крепости. Имея на руках все необходимое, я сразу отправился на разведку. Целый месяц в этой дыре больше торчать не собираюсь! В шахтах делать нечего. На верхних горизонтах 1400 и 1600 метров все обследовали за последние тридцать лет. А на большей глубине мне пока работать будет сложно. Да и зачем искать там, где все давно осмотрели?! Другое дело – более опасные участки за пределами энергетического купола крепости. Там и поохотиться можно. И поискать то, что упустили обычные шахтеры.