Ад идет с нами (СИ)

– Это что за дерьмо тут творится, капрал?
Из-под поднятого забрала на Эйнджелу свирепо уставились жёлтые глаза. Каратели разом скисли и даже их капрал уменьшился в размерах: только что рядом с стояла самоуверенная живая башня, а затем – раз! – и на желтоглазого снизу вверх смотрит испуганная шавка, поджимая хвост и боясь подать голос.
– Разрешите, полковник, сэр, – из броневика вылез второй офицер.
– Капитан Нэйв, – желтоглазый ухмыльнулся. – Работайте.
И отошёл в сторону, чтобы не мешать.
О, с каким удовольствием Эйнджела бы последовала его примеру... Или просто провалилась сквозь землю. Нэйв. Чёртово невезение! Она предпочла бы десять раз покувыркаться с этими корпоратскими ублюдками, а не встретить тут старого знакомого.
Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Она испуганно опустила голову, подобрала с земли сумки и попятилась к сестре, прижимая их к груди. Не смотри, не смотри, не смотри! Свитари понятливо перехватила переданную ей сумку, и тоже обняла её, опустив лицо.
Всевышний услышал мольбы безбожниц: Нэйв прошёл мимо девушек, даже не удостоив их взглядом. Эйнджела услышала, как вздохнул капрал и, осторожно скосившись, успела увидеть, как здоровяк, понурившись, покорно идёт за Нэйвом к зданию поста.
Желтоглазый тем временем отобрал у застывшего соляным столбом зеленокожего карателя чип-карты девушек, бегло просмотрел и сунул Свитари в руку, рыкнув:
– Проваливайте.
Опасаясь подать голос, сёстры молча поспешили к ожидавшей неподалёку машине Грэга. Она буквально шкурой ощутила взгляд Нэйва.
Капитан оглянулся и знакомо нахмурил лоб – как всегда, когда над чем-то задумывался.
– Чур, я первый! – из блокпоста с воплем вылетел ещё один картель и, узрев начальство, замер, испуганно выпучив глаза.
– Похвально, – к радости Эйнджелы, моментально переключился на него Нэйв. – Вот первым плетей и получишь.
Садясь в машину, Эйнджела успела увидеть, как капитан пинком под зад зафутболивает капрала в здание.
– Валим отсюда, быстро! – Ри с нервным хлопком закрыла дверь и толкнула Грэга в плечо. – Если Нэйв решит присмотреться – нам хана!
Уговаривать идиллийца не пришлось. Он с умеренной поспешностью, что пристала испуганным властями гражданским, уводил машину подальше от злосчастного блокпоста.
– Вы его знаете? – сверкнула глазами Мин Юн.
– Лучше, чем хотелось бы, – кивнула Свитари. – А он хорошо знает нас и наших работодателей.
– Везучие вы, – ухмыльнулся Грэг.
Эйнджела ощущала в нём весёлый азарт. Ни следа страха или беспокойства об их судьбе. Даже если разумом “палач Короны” был на стороне Лорэй и даже не хотел оставлять их на блокпосте, в душе социопата не было места для сочувствия другим.
Поразительный, невозможный парадокс: эмпат, не способный к сочувствию. Как всецелое восприятие чужих чувств могло оставлять идиллийца равнодушным к этим самым чувствам Эйнджела не понимала, но чем дольше наблюдала за Грэгуаром, тем больше ему завидовала.
– Как покойницы, – нервно хохотнула Свитари.
– Спасибо, – помолчав, сказала Мин Юн. – Я уже думала, что придётся их убрать. Без шума бы не получилось.
– Могла бы просто расслабиться и получать удовольствие, – гадко ухмыльнулась Ри, испытывающая иррациональную неприязнь к “техническому специалисту ССО Доминиона”. Просто потому, что той простили бы выбор в пользу стрельбы, а не группового изнасилования. А ей, Свитари, сказали бы что-то в духе: “И что тебя смутило в этом предложении?”. Неразумное гадкое чувство, основанное лишь на том, что жизнь Мин Юн сложилась иначе, лучше, чем у Ри.
– Она шутит, – поспешила пояснить Эйнджела и, чтобы сменить тему, хмыкнула. – Зато у этих ребят теперь будет очень жёсткий секс с начальством.
– Хоть у кого-то интересный досуг, – рассмеялась Свитари и расслабленно откинулась на сидении. – Сколько нам ещё до города?
– Около часа, – обрадовал её Грэг.
До города они не доехали. Минут через двадцать после отъезда от поста машину нагнал бронетранспортёр. Вспыхнули проблесковые маячки и по ушам ударил рёв сирены.
– Что за… – Грег послушно прижался к обочине.
– Нэйв... – обречённо выдохнула Эйнджела.
Всё же сообразил, кого ему напомнили две идиллийки? Дерьмо...
Броневик остановился перед ними, перекрывая дорогу. Стволы орудийнго модуля уставились точно в лобовое стекло машины.
Откинулась кормовая аппарель и на дорогу сбежали трое в броне. Все трое – с эмблемами карателей. Ни Грэма, ни желтоглазого. Лорэй облегчённо выдохнули и заученно нацепили на лица приветливые улыбки. Несколько часов унижений – всяко лучше, чем попасться контрразведке Союза.
Но стоило карателю подойти ближе, как надежда на благоприятный исход истаяла, как снег под идиллийским солнцем. В корпорате больше не ощущалось желания развлечься – в нём кипела жажда крови, густо замешанная на пережитом унижении. И они, ставшие невольными свидетелями этого унижения, должны заплатить за произошедшее.
– Ребята… – начал было Грэг, приветливо улыбаясь.
– Заткнись, педрила, – идущий впереди вскинул автомат и нажал спуск.
Из плеча идиллийца выбило фонтанчик крови. Грэг вскрикнул и боль ожгла каждого, кому не повезло оказаться рядом. Мгновение замешательства, и обе Лорэй сжались и закричали от боли, имитируя нормальную реакцию идиллийцев на подобное. Мин Юн скорчилась на заднем сидении, мысленно матеря командование, запретившее брать с собой оружие.
– Дебила кусок! – заорал один из карателей на стрелка, рефлекторно хватаясь за плечо. – Добей его!
– Стоять! – проскрипел третий.
Вытащив парализатор, он выстрелил в раненого идиллийца, милостиво избавляя его и окружающих от боли. Затем настала очередь кричащих идиллиек и Мин Юн. Но прежде, чем тело перестало слушаться, капитан успела активировать аварийный маячок.
– С собой педрилу возьмём, – пояснил каратель. – Вместе с девками.
– Ты чё? – шарахнуся от него товарищ. – По заднеприводным?!
– Ща кэ-э-эк влуплю по роже, – пообещал желающий забрать Грэга. – Чтоб не тупил. Я просто фишку одну придумал.
– А… – успокоился каратель. – Извиняй, я уж решил что ты того… – и повертел пальцем у виска. – Чё придумал-то?
– Эта ж их эмпатия метров на десять-пятнадцать лупит, так? – ублюдок убрал парализатор в подсумок. – Привяжем гомика к столбу в поле. Как девки надоедят – кинем их рядом. Будем в педика ножи метать, а сучки будут воем отмечать попадание. Главное – не кокнуть педрилку быстро.
– А прикольно! – загорелся идеей третий каратель.
– Машину с собой забирай, там в лес загоним, – распорядился “парень с фантазией”. – Педику дыру залепите, чтоб не сдох раньше времени. В плече, ять, а не в дупе! – под гогот товарищей добавил он.
– Слушай, – отсмеявшись, один из карателей откинул забрало, демонстрируя миру зелёную рожу с свежим фингалом под глазом. – А комендант...
– ...идёт на хрен,– злобно отозвался “фантазёр”. – Полковник Шеридан обещал забрать наш батальон к себе и разобраться с этим китежским дерьмом. Вяжи девок, харэ языками чесать.
Через пару минут желтый автомобиль в сопровождении броневика поехал обратно к блокпосту.
  
Глава 18
 
Планета Идиллия. Лес, восемьдесят километров от Зелара
Обитатели леса настороженно следили за непрошенными гостями, засевших под выворотнем — упавшим деревом-исполином. Две едва различимые фигуры вроде и не проявляли агрессии к окружающей фауне, но выработанный эволюцией инстинкт безошибочно подсказывал животным: эти двое – беспощадные хищники.
Звериное чутьё не ошибалось: репликанты действительно были хищниками, только нацеленными на совершенно иную добычу – двуногую и наделённую разумом.
– У меня до сих пор всё болит, – поморщившись, шёпотом сообщил Блайз.
Высадка не прошла бесследно даже для усовершенстованных организмов репликантов. И хоть повреждения искусственных солдат заживали в разы быстрее, чем у обычных людей, полученные ушибы и растяжения всё равно доставляли сильный дискомфорт.